У любящих супругов много лет не было детей. Они не подозревали, что скоро их семья неожиданно станет многодетной – чудеса иногда случаются!
Ксения и Олег очень долго мечтали о ребенке, но все как-то не получалось. Верно говорят: когда дом не наполнен веселыми детскими голосами, в нем нередко поселяются кошмары. Доктора уверяли, что супруги здоровы и вроде бы ничто не должно мешать их семейному счастью. Но где-то, видимо, на небесах кто-то был очень против того, чтобы появился, наконец-то, у Ксюши с Олегом малыш. Или сам малыш этого не хотел – кто знает?
Они и консультировались, и проверялись, и вместе ездили на курорт, и даже в церкви ставили свечи особым святым покровителям, хоть Олег и не верил в это, – ничего не помогало! Может, потому и не получалось, что веры не было?
Когда молодая жена стала потихоньку плакать в подушку по ночам, Олег однажды не выдержал:
– Ну что ты, Ксюша, плачешь? Перестань, слезами горю не поможешь! А ведь мы могли бы сделать счастливым маленького одинокого ребенка – вон сколько их обитает в доме малютки!
Все еще вытирая горькие слезы, Ксения повернулась к мужу:
– Олежка, а ведь ты прав! Я сама об этом думала, вот только боялась тебе сказать об этом! Знаешь, я уже на прошлой неделе побывала там, узнавала у заведующей, как можно усыновить малыша. Она сказала, что, скорее всего, нам не откажут: жилье у нас имеется, оба мы здоровы, работаем…
– Ты молодец, Ксюха, умница моя! – Олег воспрянул духом, ему уже надоели уныние и грусть в семье, которые буквально сопровождали любое событие. Придет кто-то в гости с ребятишками или пойдут супруги вместе на прогулку – Ксения при взгляде на чужих детей менялась в лице, украдкой смахивала слезу. Особенно она грустила, когда видела, как любит ее муж малышей – Олег устраивал с сыновьями своего родного брата Игоря кучу-малу, бегал с ними во дворе наперегонки и играл в казаки-разбойники. Ксения представляла, как славно занимался бы ее муж с их малышом…
– Все, решено! Послезавтра идем в дом малютки и посмотрим, нет ли там нашего Женьки! – заявил Олег.
– А почему – Женьки? – улыбаясь сквозь слезы, спросила Ксения, которой, впрочем, было уже все равно, как зовут их будущего ребенка.
– Не знаю, почему-то это имя пришло в голову! – засмеялся Олег. – у меня в детстве лучший друг был – Женька, это когда мы с родителями во Владивостоке жили. А потом мы переехали сюда, на Волгу, и больше я его не видел. Потерялись. Хороший был парень!
…И вот, наконец, они отправились в дом малютки. Маленькие отказнички – а именно так называют детей, от которых по каким-либо причинам отказались их биологические родители – находились в отдельном боксе. Огромное окно позволяло наблюдать, как за ними ухаживают сестры милосердия, как крохотные дети радуются чужим рукам, которые привычно берут их из кроватки, меняют пеленки, проводят необходимые процедуры и дают бутылочку со смесью и соской. Это вместе с водичкой пока единственные «блюда», которые в своем возрасте могут пробовать такие малыши.
Один ребенок, лежащий близко от окна, привлек внимание Ксении и Олега: в его глазенках стояла какая-то недетская тоска. Словно он кого-то долго ждет, а этот кто-то все не приходит. Взгляд малыша был прикован именно к большому окну, которое отделяло бокс от коридора.
Казалось бы – что может понимать младенец, которому от роду нет еще и двух месяцев? Вся его нынешняя жизнь заключена пока в этой казенной кроватке, покрытой серой простынкой поверх клеенки. Ешь, спи, жди, пока переменят сырые или испачканные пеленки – так нет – внимательно следит глазами за тем, что происходит за стеклом, провожает взглядом каждого, кто проходит мимо. А потом, убедившись в том, что это не к нему пришли, вновь замирает в немом ожидании.
Олег и Ксения переглянулись, а потом вышли на середину окна. До этого они наблюдали за происходящим украдкой – сбоку, чтобы детки их не видели. Малыш остановил на них осмысленный взгляд и вдруг просиял! Лицо его озарила такая светлая и радостная улыбка, что сомнений быть не могло: это он, их Женька!
Оказалось, что его именно так и зовут! Женька! Это совпадение лишний раз убедило Олега и Ксюшу, что они приняли верное решение – взять себе в сыновья отказничка, если силы небесные пока не дают им возможности родить своего ребенка.
Мальчика бросила мать, у которой не было ни своего жилья (переезжала из одной съемной комнаты в общежитии в другую), ни мужа, а дома, как говорится, семеро по лавкам (ну, не семеро, а двое старших – дочка и сын). Мамаша любила выпить, часто пропадала из дома, и ее детей – от разных, кстати, отцов – уже готовили к переводу в детский приют: семья стояла на учете как находящаяся в социально опасном положении.
Все это рассказали Олегу и Ксюше в доме малютки, показав при этом приобщенное к делу заявление матери о том, что она от сына отказывается, претензий к его возможным будущим родителям иметь не будет и никаких прав на него, с ее слов, она больше не имеет и иметь не хочет.
Очень быстро супруги приучили к себе младенца: ходили к нему через день, а то и каждый день. Женька, завидев их за окном, уже радостно молотил ножонками в новых ползунках, которые Ксюша накупила ему с запасом. Мальчик был крупненький и в пеленках уже находиться не желал – быстро выпутывался из них. Он с охотой шел на ручки, весело играл и гулил, всем своим видом показывая, что он очень рад гостям.
Время шло, наконец, все формальности были преодолены, документы оформлены, все нужные разрешения от чиновников и медиков получены. Наступил счастливый день переезда Жени из дома малютки в новую квартиру, где ему новые родители подготовили отдельную комнатку с уютной кроваткой, массой игрушек и всем прочим, в чем нуждаются малыши.
Как тут и был! – радовались Олег и Ксюша, наслаждаясь своей новой ролью. Женька, словно поняв, что он теперь по-настоящему дома, рос спокойным, веселым и здоровым. Но вот одна мысль не покидала молодых родителей: судьбы родных брата и сестры их любимого сыночка.
Они знали, что дети находятся в приюте, куда их поместили после очередного дикого загула их непутевой мамаши. Дальнейшая их доля – жить в детском доме. Эта мысль не давала семье жить спокойно и счастливо. Не дело, что родные их Жени будут расти врозь! И вновь, как у них в семье заведено, Ксюша и Олег пришли к общему выводу – надо сделать все возможное, чтобы все трое детей росли в одной семье. Их семье.
Так и сделали: вновь была долгая процедура оформления, сбор справок, документов, визиты в приют, где супруги познакомились с ребятами – пятилетней Люсей и трехлетним Максимом. Намучавшись и наголодавшись со своей мамашей, которая бросала их дома одних порой без еды и питья, дети потянулись к Олегу и Ксении, словно хрупкие ростки к теплому солнышку. Вначале их брали просто в гости, где они узнали, что Женя – их родной братик, а потом, когда все процедуры оформления завершились, Люся с Максимкой вошли в дом как приемные (пока) дети.
Они быстро отогрелись, эти подранки, эти большеглазые птенчики, перестали пугаться звонков в дверь, радостно бежали навстречу папе, который, возвращаясь с работы, приносил им вкусняшки и игрушки, и уже стали забывать, какво им было в семье их биологоческой мамаши. Чуть позже Олег и Ксения узнали, что эта женщина погибла от рук очередного своего пьяного сожителя… Детям, понятно, об этом ничего не сказали – ни к чему им такое знать.
…В хлопотах с ребятами Ксения как-то не заметила, что ей однажды неожиданно стало плохо: тошнота, рвота, головокружение… Неужели? Не веря себе, она купила тест на беременность. Две полоски! Медики потом сказали: такое бывает, когда женщина становится матерью чужих детей, у нее в организме начинают вырабатываться какие-то не совсем еще изученные гормоны, способствующие беременности.
УЗИ показало: будет девочка. Олег уже дал дочке имя: пусть у нас в семье будет еще Женька! – решил он. И семья со временем станет уже не приемной, а – многодетной. Они заслужили свое счастье!