Памятники, которые хотят власти, но не очень хочет народ
В 2015 году во Владимире на улице Большой Московской в районе закрытого, а затем снесенного кафе «Блинчики», открыли памятник князю Владимиру Святому. Второй по счету во Владимире и не самый выразительный монумент историческому персонажу, чье участие в основании города до сих пор подвергается сомнению, владимирцы встретили холодно, а некоторые в штыки. Жаркие дискуссии продолжаются до сих пор.
фото из архива Зебра ТВ
Спустя 10 лет, летом 2025 года, во Владимире должен появиться памятник князю Андрею Боголюбскому. Судя по всему, в обществе из-за этого монумента произойдет новый раскол.
Между двумя историями много общего. Оба монумента — подарки. В случае с князем Владимиром в роли благодетеля выступил ювелирный «король», депутат ЗакСобрания Владимирской области, называвший себя активом губернатора Орловой, Сергей Авакян. Структуры, аффилированные с этим предпринимателем, в то время заняли существенную нишу автобусных перевозок, выигрывали крупные тендеры по ремонту дорог, приватизировали исторические здания в центре Владимира. В 2014 году Авакян презентовал планы по строительству отеля Hilton на Студеной горе. В случае с князем Владимиром меценатом стал крупный российский бизнесмен Али Узденов, возглавлявший такие структуры, как «Газпром межрегионгаз Ростов-на-Дону», ОАО «Ростовоблгаз».
В обоих случаях власти предпочли «дареным князьям в зубы не смотреть» и поставили владимирцев перед фактом. О том, что в городе будет стоять второй бронзовый «основатель города», люди узнали, за три месяца до его открытия — в мае 2015 года. В это время территорию у «Блинчиков» обнесли забором с растяжкой, на которой указывалось, что на месте бывшего кафе будет не только церковь, но и монумент князю Владимиру. В начале июня проект бронзового князя Владимира работы московских скульпторов Петра Панченко и Алексея Крйнова уже утверждала городская комиссия по установке объектов монументального искусства, а в конце июня монтаж памятника санкционировал Владимирский горсовет. Мнения владимирцев никто не спрашивал, публичных обсуждений не проводилось.
Бронзового Боголюбского во Владимире «вымучивали» больше 15 лет. Но весть, что скульптор определен, памятник почти готов и стоять будет не там, где все предполагали, свалилась, как снег на голову. Об этом в феврале на первой пресс-конференции сообщил новый митрополит Владимирский и Суздальский Никандр. После этого власти заявили, что ни конкурса проектов памятника, ни публичных обсуждений скульптуры белорусского художника Ильи Кирьянова проводить не будут, поскольку монумент — дар городу от уже известного Али Узденова.
История обоих памятников туманна. Непонятно, кто все инициировал, кто вышел на скульпторов - власти города или области, или это сделал меценат Узденов? Или скульпторы (в обоих случаях они далеко не из тех мастеров, в резюме которых множество реализованных проектов) сами попытались через мецената записать свои имена в историю Владимира? Какой интерес у властей и меценатов воплощать в жизнь неоднозначные проекты? Почему Владимирская епархия так горячо поддерживает возведение обоих памятников? Отчего все делается в пожарном режиме, с не высохшими чернилами на проекте, без учета научного и общественного мнения и, судя по всему, без учета профильных федеральных ведомств?
Вопросы без ответов порождают слухи и версии. Одна из таких версий обсуждалась в 2015 году: злые языки предполагали, что памятник Владимиру Святому был изготовлен для другого города, но по каким-то причинам там проект реализован не был и поэтому бронзовый князь отправился туда, где его взяли. В этот раз злые языки гадают: зачем этому же меценату понадобилось делать новый подарок городу Владимиру, а не, например, Ростову-на-Дону, в котором он много лет жил и работал. Злые языки, не слыша ответов на вопросы, делают предположение, что это может быть своего рода подношение местным властям за возможные преференции.
Владимирцы, зная поговорку, про музыку и тех, кто ее заказывает, задаются вопросами. Почему власти не стали отстаивать свои наработки с памятником Боголюбскому? Почему не настояли на том, чтобы Али Узденов, например, профинансировал проект, победивший в конкурсе? Почему отказались от выбранного места на Спасском холме, с которым было согласно большинство?
Многими отмечается сходство образов Владимира Святого и Андрея Боголюбского, выбранных скульпторами. По мнению критиков, во Владимире надо устанавливать памятники князьям в образах самодержцев, градостроителей, основателей российской государственности, а не в виде безликих благообразных старцев с крестами и иконами.
Неудачным с точки зрения владимирских архитекторов и скульпторов является размещение обоих памятников: темные фигуры с лицом, обращенным на север, на фоне светлого неба визуально превращаются в серое невыразительное пятно. Боголюбский на смотровой площадке может еще и испортить вид на Дмитриевский собор со стороны Клязьмы: монумент при определенном ракурсе будет накладываться на древний храм.
фото сервиса Яндекс.Аэропанорамы
Про обоснованность размещения Боголюбского у Дмитриевского собора идут жаркие споры. Шли они и 10 лет назад, когда историки заявляли, что никаких оснований для установки памятника князю Владимира на территории этой части старого города не было.
Спешка — характерная черта обеих историй. Князя Владимира надо было успеть поставить к дате - 1000-летию со времени смерти святого. Князя Андрея торопятся сделать ко дню его памяти - 17 июля. Для установки монумента осталось три месяца.
Как сообщает владимирская мэрия, проект по размещению памятника до сих пор находится в стадии разработки. Мэрия анонсирует, что за эти три месяца на смотровой площадке должны пройти археологические изыскания, должны быть проведены работы по укреплению насыпного холма, устроены буронабивные сваи. А неготовый еще проект должен пройти согласование не только с региональными органами охраны культурного наследия, но и с Минкультом РФ, а теоретически и с ЮНЕСКО, поскольку смотровая площадка попадает в зону охраны памятника ЮНЕСКО — Дмитриевского собора: появление в этом месте строительной техники может привести к негативным последствиям для храма XII века.
Все аргументы ученых и общественности в 2015 году были проигнорированы. Очевидно, они будут проигнорированы и в случае с Боголюбским.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции