Герой Российской Федерации Михаил Ефремов

Михаил Григорьевич Ефремов (27 февраля [11 марта] 1897, Таруса, Калужская область — 19 апреля 1942, деревня Жари, Вяземский район, Смоленская область) — командующий 33-й армией Западного фронта, генерал-лейтенант Красной Армии. Герой Российской Федерации (1996, посмертно).

Служил в Российской императорской армии с сентября 1915 года. Первоначально он служил в 55-м запасном полку, но вскоре был направлен в училище младших лейтенантов в Телави (Грузия). Весной 1916 года он окончил Телавскую школу младших лейтенантов и был направлен на действительную службу в армию.[10].

Боевое крещение он получил в дивизии тяжелой артиллерии Юго-Западного фронта. В рамках этого он принял участие в Брусиловском прорыве в Галиции. Михаил любил военную жизнь и пользовался уважением подчиненных: на батарее его негласно называли «наш подпоручик». Он оказался втянут в хаос, царивший на фронте: офицеров убивали, находившихся на связи с врагом, солдаты массово покидали свои посты и становились ворами.

В 1917 году поручик Ефремов был демобилизован из армии и вернулся в Москву, где начал работать на заводе. В это время на улицах Москвы начались вооруженные столкновения между советской властью и сторонниками Временного правительства. Затем он вступил в отряд рабочих Московской реки и стал бойцом, а позднее был назначен инструктором Первого отряда Красной гвардии Московской реки. В составе этой организации он принял участие в Октябрьском восстании в Москве.

С апреля 1918 года М.Г. Ефремов служил в Красной Армии. Служил инструктором в дивизионе тяжелой артиллерии 1-й советской пехотной дивизии в Москве. Участвовал в Гражданской войне в России. В августе 1918 года он был назначен командиром роты 1-й Московской особой пехотной бригады, и с этого момента его судьба была связана с пехотой. С марта 1919 года — начальник береговой охраны и войск обороны Астраханской области, с мая 1919 года — командующий 13-м Астраханским отдельным стрелковым полком, с сентября 1919 года — начальник войск внешней охраны и железнодорожной обороны 11-й армии, начальник Боевого отдела охраны железных дорог армии. Возглавлял сводный отряд в бою под Новохопельском. В 1919 году, в разгар боев под Царицыным, по рекомендации председателя Временного военно-революционного комитета Астраханской области С.М. Кирова вступил в ряды СРРБ.

На этих должностях он воевал на Южном и Кавказском фронтах. В мае 1920 года назначен командиром отдельной сводной бригады и успешно командовал отрядом из четырёх бронепоездов 11-й армии (командир М.К. Левандовский) в Бакинском сражении 1920 года, за что был награждён орденом Красного Знамени и орденом Красного Знамени Азербайджанской ССР № 1 (с надписью на обороте «Товарищу М.Г. Ефремову в Баку. 1920 год»). В приказе Ревкома Азербайджанской ССР говорилось, что медаль присуждается в знак признания: «За взятие города Баку и молниеносный и смертельный удар в сердце буржуазного мусаватского правительства Азербайджана». Тогда же Военно-революционный комитет 11-й армии наградил его именной золотой саблей, а Ревком Азербайджанской ССР вручил ему хрустальную вазу, инкрустированную драгоценными камнями. Награжден вторым орденом Красного Знамени Азербайджанской Республики с выгравированной надписью «За Гянджу». С июня 1920 года — начальник Корпуса железнодорожной охраны Азербайджанской ССР, с сентября 1920 года — командир и политический комиссар Особого отдельного корпуса.

В 1938 году он был срочно вызван в Москву, размещён в гостинице «Москва» (Гранд-отель «Москва») и помещен под домашний арест сотрудниками НКВД по подозрению в связях с «врагом народа» Тухачевским. Судебный процесс длился два с половиной месяца. В ходе очной ставки, устроенной бывшему командующему Приволжским военным округом, П.Е. Дебенко узнал, что он был завербован последним в апреле 1937 года в Куйбышеве. 17 апреля 1938 года он написал отчаянное письмо Ворошилову с просьбой о помощи, а через месяц написал еще одно письмо своему бывшему товарищу по атаке бакинского бронепоезда А.И. Микояну. Наконец, после допроса в присутствии Сталина, 7 октября 1938 года он был освобожден (по словам сына Микояна Серго, его отца, «освобождение командующего армейской группой Ефремова было его прямой заслугой») и утвержден членом Военного комитета при Народном комиссаре обороны Советского Союза.

В январе 1941 года он был назначен первым заместителем генерал-инспектора пехоты Красной Армии.

В начале Великой Отечественной войны Ефремов оказался в центре главных сражений — его 21-я армия блокировала яростное наступление немецко-фашистских войск на Могилевском направлении. Уже 7 августа генерал-лейтенант был назначен командующим Центральным фронтом, единственной задачей которого было замедлить продвижение противника, если не полностью остановить его. Эта миссия была выполнена с большим трудом и привела к большим потерям.

В октябре 1941 года генерал-лейтенант Ефремов был назначен командующим 33-й армией, отвечавшей за оборону реки Нарья. Армии не хватало оружия, и ее пополняли добровольцы, записавшиеся в ополчение. Задача командующего группой армий — в кратчайшие сроки привести подчиненные ему войска в боевую готовность.

Задачей ефремовцев было отразить последнюю попытку немцев прорваться в Москву. 1 декабря 1941 года командование Центральной группы армий направило 20-ю армию германского вермахта для противодействия 33-й армии. 2 декабря немцы прорвали оборону в районе 222-й стрелковой дивизии и овладели населенными пунктами Петровское и Бульчево.

Командующий 33-й армией приготовился к танковой контратаке. 120 танков при поддержке стрелковой бригады, полка НКВД и двух лыжных батальонов сначала сумели остановить дальнейшее продвижение противника, а затем, начиная с 4 декабря, нанесли немцам сильный урон, отбив их позиции на реке Нара.

С началом общего контрнаступления под Москвой войска генерала Ефремова стали планомерно продвигаться вперед. 26 декабря 33-я армия освободила Наро-Фоминск, 4 января — Боровск, 19 января — Верею.

В начале 1942 года советское высшее руководство, только что изгнавшее немецкую армию из стен столицы, пребывало в состоянии экстаза. Ожидалось, что наступающий год станет годом окончательного разгрома нацистов. Считалось, что теперь Красная Армия будет стремительно наступать.

Но перед нами не новичок, а опытный немецкий генерал. Получив пощечину, они быстро усвоили урок. Уже в январе 1942 года советское наступление начало сталкиваться с трудностями. Наш прогресс дался ценой огромных потерь.

Красная Армия имела крайне мало опыта в проведении крупных наступательных операций, ее резервы не использовались должным образом, а навыки взаимодействия частей и соединений были недостаточными.

33-я армия нуждалась в отдыхе и пополнении резервов, но 26 января она получила приказ начать наступление на Вязьму совместно с 1-й гвардейской кавалерийской армией и 4-й воздушно-десантной армией.

Много позже Георгий Жуков признал, что в начале 1942 года возможности немецких войск под Вязьмой были серьезно недооценены. Эта недооценка привела к контратаке нацистов, вынудив советские войска перейти к обороне.

Обратите внимание: 3 мифа российской истории ч.1.

Командование Западного фронта осознало серьезность ситуации и предприняло несколько попыток прорвать армию Ефремова и открыть для нее коридор снабжения. Эта задача была возложена на 43-ю армию генерал-майора Голубева. Но нацистская Германия прочно удерживала кольцо окружения.

Положение 33-й армии стремительно ухудшалось. Не хватало продовольствия и боеприпасов, личный состав был истощен. Начавшаяся в марте оттепель также создала проблему для техники — воевать по грязи в валенках было невозможно.

Войска 33-й армии долгое время не получали приказа на прорыв. Все еще есть надежда, что ситуация улучшится и наступление можно будет возобновить. Когда стало очевидно, что этого не произойдет, Ефремову предложили прорваться через территорию, удерживаемую партизанами, со стороны Кирова. Генерал доложил, что состояние армии не позволяет провести успешный рейд протяженностью 200 километров.

3 апреля 1942 года немецкое командование предложило армии Ефремова сдаться. Полный текст ультиматума выглядит следующим образом: «Главнокомандующему 33-й армией генерал-лейтенанту Ефремову и командирам 113-й, 160-й и 338-й стрелковых дивизий. Немецкие солдаты и немецкое руководство отдают дань уважения мужеству окруженной красной 33-й армии и подчиненных ей 113-й, 160-й и 338-й стрелковых дивизий. Эта армия сражалась храбро. Из-за непризнания Советским правительством значения немецкой военной мощи город с начала февраля находится в окружении. Все попытки ваших войск прорвать кольцо окружения потерпели неудачу. Они только понесли огромные потери... Немецкие солдаты считают, что сражаться с безоружным противником недостойно солдат.

Генерал Ефремов!

Командиры!

Подумайте о своей судьбе. В армии свирепствует опасная эпидемия. Голод подтачивал ряды солдат изнутри. Ваша армия движется к уничтожению. Ничто, как бы вы ни старались, не сможет предотвратить вашу неминуемую смерть.

В знак благодарности за вашу храбрость вы будете преданы военному суду. Окружившее вас немецкое командование советует вам сдаться.

Жизнь всех командиров и солдат Красной Армии будет защищена.

Немецкие солдаты не убивали пленных. Это ложь. Раненым и больным будет оказана немедленная помощь.

Мы будем ждать вашего посредника для переговоров до 18:00 3 апреля 1942 года».

Ответ генерала Ефремова представлял собой шифровку в штаб Западного фронта: «1. Германское командование прислало мне письмо, в котором предлагало капитуляцию армии и срок переговоров 3.04.42. 2. Прошу прочнее проникнуть в районы противника: Лосьмино, Кр. Татар, Гу. Греково, Кошелево, Ломовка, Ежевицы, Бесово, Мелихово».

Советская авиация действительно атаковала нацистов, но это принципиально не изменило ситуацию.

«Я следовал за солдатами здесь, и я последую за солдатами там»

9 апреля 1942 года в штаб 33-й армии прибыл самолет связи, направленный командованием Западного фронта. Генералу Ефремову было приказано немедленно эвакуироваться и передать командование одному из своих заместителей.

Командующий 33-й армией прекрасно понимал, что это значит: командование фронта считало шансы на прорыв практически нулевыми. Но генерал не спас себя и приказал убрать раненых и боевое знамя. «Я пришел с солдатами, и я пойду с солдатами», — такой приказ он доложил в штаб.

Единственным шансом для бойцов и командиров 33-й армии было прорываться небольшими группами на разных участках фронта. В их число войдет и сам генерал Ефремов.

Связь со штабом 33-й армии окончательно прервалась 13 апреля 1942 года. Судьбу генерала и его подчиненных пришлось восстанавливать по крупицам на основе показаний тех, кому удалось вырваться, а также показаний пленных немцев.

14 апреля произошел ожесточенный бой при прорыве дороги Беляво-Буслава, в котором генерал Ефремов был тяжело ранен.

Раненый командующий армией продолжал попытки прорваться к своим, пока не понял, что шансов нет. Захват был почти неизбежен. Жена генерала, Елизавета Васильевна, воевала вместе с ним в качестве санитара. 19 апреля 1942 года Михаил и Елизавета Ефремовы попрощались, после чего генерал застрелил жену, а затем и себя.

Тело генерала Ефремова обнаружили немцы. В показаниях пленного немецкого офицера говорится: «Могилу вырыли русские военнопленные и местные жители. Несчастных случаев не было. Я говорю, что героические войска фюрера уважают эту храбрость. По моему приказу на могиле была установлена ​​мемориальная доска с надписями на русском и немецком языках».

Когда советского генерала хоронили с воинскими почестями в деревне Слободка, немецкий офицер, как сообщается, сказал: «Сражайтесь за Германию, как Ефремов сражался за Россию.

Из 11 тысяч солдат 33-й армии вырваться удалось менее 900. При этом сами немцы отмечали высокий моральный дух бойцов генерала Ефремова — массовых сдач в плен не было, солдаты были готовы сражаться до конца.

Генеральный штаб Красной Армии, подводя итоги боев под Вязьмой, отмечал: «Западная группа 33-й армии сражалась самоотверженно и героически насмерть. Полностью изолированная от своих войск, она в течение двух с половиной месяцев, испытывая нехватку боеприпасов и продовольствия, наносила противнику большие потери в живой силе и сковывала своими действиями крупные силы противника...».

Прорвавшиеся бойцы и командиры 33-й армии были награждены медалями и орденами. Мужество генерала Ефремова спасло их от ярлыка «предатель».

В 1943 году, после освобождения Вязьмы советскими войсками, тело генерал-лейтенанта Ефремова было торжественно перезахоронено на Екатерининском кладбище. В 1946 году скульптор Вучетич воздвиг на одной из площадей Вязьмы величественный памятник, названный в честь генерала.

31 декабря 1996 года Президент Российской Федерации издал Указ о присвоении генерал-лейтенанту Михаилу Григорьевичу Ефремову звания «Герой Российской Федерации» посмертно в знак признания его «героических действий в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов против немецко-фашистских захватчиков.

Больше интересных статей здесь: История.

Источник статьи: Герой Российской Федерации Михаил Ефремов.