«Мы должны убрать перегретый, избыточный спрос!»: Набиуллина взвинтила ставку до максимума за пять лет
ЦБ не скрывает, что 9,5% — это не предел, повышение продолжится, кредиты будут дорожать
«Этот год у нас переходный, когда нам нужно придавливать инфляцию и включать серьезные новые экономические стимулы», — говорят эксперты «БИЗНЕС Online», комментируя 8-е подряд повышение ключевой ставки. ЦБ рассматривал вариант поднять ставку сразу на 150 базисных пунктов, но в итоге остановились на уровне 9,5%, хотя Набиуллина намекнула, что денежно-кредитные условия будут ужесточаться и дальше, иначе Россию ждет перегретый рынок, неконтролируемый разгон инфляции и в пределе — рецессия. О том, когда инфляция вернется к цели и отыграет ли рынок шок пандемийных издержек, — в материале «БИЗНЕС Online».
Набиуллина вывела ключевую ставку на пятилетний максимум
«Экономика не просто отыграла потери периода пандемии, но и значимо превысила траекторию сбалансированного роста. Мы видим уверенное повышение деловой активности. Чистая прибыль российских компаний вдвое выше, чем до пандемии, безработица обновила исторический минимум. Это впечатляющие результаты, если бы не одно но — высокая инфляция», — говорила сегодня председатель ЦБ Эльвира Набиуллина, объясняя, почему регулятор принял очередное решение о повышении ключевой ставки на 100 базисных пунктов — до 9,5% годовых. Впрочем, рассматривалось повышение и на 150 пунктов, но на окончательный выбор шага, по словам Набиуллиной, повлияла высокая неопределенность и желание регулятора сохранить гибкость реакции денежно-кредитной политики.
Это уже 8-е повышение подряд, а последний раз ставка в 9,5% была пять лет назад. И такое ужесточение денежно-кредитной политики, как неоднократно предупреждала Набиуллина, только продолжится. Центробанку, по ее словам, пришлось существенно пересмотреть видение экономической ситуации и ее перспектив. Вопреки октябрьским ожиданиям ЦБ, инфляция не только не стала замедляться, но даже усилилась. «Основная причина — нарастающий дисбаланс в экономике. В результате требуется более жесткая кредитная политика, чем мы предполагали», — пояснила она.
По словам Набиуллиной, темпы роста экономики ошибочно считать устойчивыми и сбалансированными. «Высокая инфляция — индикатор нарастающего перегрева экономики. Если не принимать мер по возвращению экономики на траекторию сбалансированного роста, ее перегрев будет усиливаться и приведет к неконтролируемому разгону инфляции и последующему замедлению роста экономики вплоть до рецессии», — объясняла Набиуллина, надевшая сегодня брошку в виде весов — очевидно, как символ уравновешенности денежно-кредитной политики. Она говорила, что высокая инфляция угрожает реальным доходам и сбережениям людей, снижая уровень жизни, что перегрев — следствие усиливающегося дисбаланса между спросом и предложением, который многие заметили по ценам на рынках жилья, автотранспорта и внутреннего туризма. Что раздача дешевых кредитов не позволит быстро наладить производство, но продолжит подстегивать спрос…
«Чтобы обезопасить сбережения граждан от обесценения, мы должны убрать перегретый, избыточный спрос. Это не рост потребления, а рост цен», — пояснила глава ЦБ, уточнив, что за прошлый год цены выросли вдвое выше целевой инфляции в 4%, в январе годовая инфляция увеличилась еще. Временные факторы на стороне предложения оказались более длительными (международная логистика, дорогой внутренний туризм и т. д.).
«Появилось даже мнение, что повышение ключевой ставки никак не сдерживает рост цен. Если бы мы не начали повышать ставку весной прошлого года, инфляция сложилась бы гораздо выше 10 процентов, наша ставка это предотвратила. Но фактическое давление проинфляционных факторов оказалось гораздо сильнее, чем можно было предположить», — заверила она. Диапазон ключевой ставки в этом году составит 9,5–11%, 7,5–9% — в следующем и 5–6% — в 2024-м.
«Можем вернуть инфляцию к цели уже в этом году? Без рецессии — нет»
Каждому решению Центробанка по поводу ключевой ставки сопутствует релиз с прогнозом по ключевыми экономическим параметрам. Этот раз не стал исключением. В 2022-м ВВП вырастет на 2–3%, в следующем году — только на 1,5–2%, но к концу прогнозного горизонта вернется к 2–3%, что ЦБ считает «устойчивым темпом». Диапазон прогноза инфляции с учетом обстоятельств расширен и повышен до 5–6% в этом году, но Набиуллина ожидает, что к цели инфляция вернется к середине 2023-го. И менять таргет при этом не собирается: «Ворота не сдвигают в игре». «Можем вернуть инфляцию к цели уже в этом году? Без рецессии — нет. Для этого пришлось бы пойти на шоковое повышение ставки, которое означало бы угрозы для экономического роста и финансовой стабильности», — предупредила она. По словам главы ЦБ, пик инфляции по месячным значениям мы прошли — он был в октябре. А на пиковых значениях годовой инфляции находимся прямо сейчас: пока не произошло разворота к снижению.
Какие факторы привели к этому? Набиуллина назвала некоторые из них. Во-первых, по ее словам, темпы роста кредитования перестали ускоряться, но этого пока недостаточно. «Ссуды по льготным и сниженным ставкам малочувствительны к денежно-кредитной политике, более того, чем выше инфляция, тем привлекательнее эти программы для заемщиков. За последние два года доля таких ссуд в общем банковском портфеле как минимум удвоилась, составляет 10 процентов. Поскольку спрос на такие кредиты мало зависит от ключевой ставки, ЦБ и ужесточает условия для остальных заемщиков», — объяснила она.
Во-вторых, с середины прошлого года склонность населения к сбережениям немного повысилась, но процесс идет медленно — опять же из-за роста инфляционных ожиданий и неоднородности депозитных ставок. Таким образом, Банк России будет повышать ключевую ставку до тех пор, пока россияне не поймут, что ставки по вкладам «в полной мере» компенсируют им инфляцию. «Должны быть более высокие процентные ставки по депозитам, чтобы, даже если люди ожидают высокую инфляцию, они понимали, что эти депозитные ставки не съедят покупательную способность их сбережений. И это один из ключевых каналов, которым денежно-кредитная политика воздействует на экономику», — подчеркнула Набиуллина.
В-третьих, проинфляционные риски усилились: проблемы производства и логистики, вызванные пандемией, могут сохраняться дольше ожидаемого. «В октябре предполагали, что в 2022 году исчерпается влияние 40 процентов накопившихся во время пандемии временных факторов. В этом прогнозе мы понижаем данную оценку до 20 процентов, есть вероятность, что они будут еще ниже», — отметила глава ЦБ. Другой фактор, который «очень беспокоит» Набиуллину, — низкая безработица, из-за которой компании будут вынуждены острее конкурировать за трудовые ресурсы. На инфляцию наконец будут влиять и инфляционные ожидания населения и бизнеса, которые достигли максимума с начала 2016 года.
Следующее заседание совета директоров Банка России, на котором будет рассматриваться вопрос об уровне ключевой ставки, запланировано на 18 марта 2022-го.
«При такой инфляции экономика рискует свалиться в рецессию»
«БИЗНЕС Online» попросил оценить экспертов, может ли ставка превысить рубеж в 11% и удастся вернутся к инфляции 4% в 2023 году.
Ярослав Лисоволик — программный директор международного дискуссионного клуба «Валдай»:
— Мы, совершенно очевидно, направляемся в территорию двузначного уровня ключевой ставки. Во многом это связано с тем, что инфляционные риски оказались существенно выше, чем ранее предполагалось. В этих условиях Центральный банк будет действовать достаточно жестко, потому что, помимо всего прочего, в этих инфляционных процессах есть временные факторы, но есть и более долгосрочные, которые приводят к тому, что инфляция если и будет замедляться в течение года, то, возможно, не такими быстрыми темпами, как можно было предполагать ранее. Мы увидим пик по ставке выше 10 процентов, но его значение, видимо, станет зависеть от того, как будет выглядеть ситуация с инфляцией в ближайший квартал-два. Во второй половине года мы, скорее всего, увидим снижение инфляции и ставки, но пока очевидно, что мы находимся в повышательном периоде. Наверное, это повышение, которое мы увидим в ближайшие месяцы, будет выше тех ожиданий, которые были в прошлом году.
Я думаю, что цель в 4 процента [инфляции] в 2023 году вполне достижима. Конечно, здесь есть фактор неопределенности, прежде всего больше связанный с глобальной инфляцией. Все-таки есть в наших инфляционных процессах зарубежный компонент. Если эти инфляционные процессы, в том числе за рубежом, в развитых странах, окажутся более долговременными, то есть риски, что повышательное давление на цены у нас тоже будет более долгосрочным. Но мое ожидание заключается в том, что 4 процента в 2023 году достижимы. И регулятор будет достаточно внимательно отслеживать ситуацию, чтобы поддерживать инфляционный уровень рядом со своим долгосрочным ориентиром.
Я думаю, в дальнейшем мы увидим еще, что будет выравниваться динамика между ростом склонности населения к сбережениям, с одной стороны, и некоторым замедлением динамики роста кредитования. По мере дальнейшего повышения ставки данный процесс продолжится. Собственно говоря, именно это и было основанием для достаточно решительных действий со стороны ЦБ. Если мы увидим повышение еще на процент-полтора, если мы переходим по ключевой ставке рубеж 10 процентов, я думаю, что это придаст дополнительный импульс для склонности населения к сбережению. И вот такая динамика в большей степени будет выравниваться.
Сергей Суверов — инвестиционный стратег УК «Арикапитал»:
— Я надеюсь, что инфляция замедлится во второй половине года и у Центрального банка уже не будет необходимости так повышать ключевую ставку, потому что это негативно может отразиться на экономике, вызвать резкое замедление экономического роста, замедление кредитования. Об этом ЦБ хоть и не говорит публично, но он подобные цели преследует. Общая экономическая логика состоит в том, что повышение должно быть дозированным. С учетом того, что база для инфляции станет высокой уже во второй половине года, возможно, будет какое-то замедление.
Январские данные показали, что инфляция уже близка к 9 процентам. Возможно, она может замедлиться до 7–8 процентов во второй половине года. Многое зависит не только от политики Центрального банка, но и от ситуации с пандемией. Потому что нарушены логистические цепочки, которые тоже влияют на рост инфляции. Если пандемия как-то пойдет на спад, то это тоже стабилизирует ситуацию на потребительском рынке и приведет к нормализации логистики, все это приведет к снижению инфляции. Также еще от курса зависит. С начала года курс рубля немного укрепился, это тоже должно внести некоторый вклад в стабилизацию инфляции.
Никита Масленников, руководитель направления «Финансы и экономика» Института современного развития
— Прогноз инфляции на конец этого года поднят до интервала 5-6%, это означает, что при такой инфляции ставка в 11% невозможна. Даже инфляция 6% предполагает ставку где-то не выше 7%. Все будет зависеть от темпа роста цен, как они сложатся, когда годовая инфляция выйдет на плато, когда начнется разворот тренда. Пока, как и предполагалось, ситуация в первом квартале достаточно напряженная, рост годовой инфляции по сравнению с декабрем достаточно существенный. Видим, что держится еженедельный инфляционный шаг около 0,2 п. п., что в принципе означает, что по итогам февраля инфляция превысит 9%. Сегодняшнее решение позволяет перекрыть инфляционные потери.
Я думаю, что 11% мы не должны увидеть в этом году. Во второй половине года, ближе к концу, возможно даже некоторое снижение ключевой ставки. Все будет зависеть от того, на какой годовой темп инфляции мы будем выходить. Тот рабочий прогноз, который сегодня представили, интервал 5-6% по этому году — это пока вполне реалистично. Думаю, что годовая инфляция окажется где-то в середине этого интервала.
Цель (инфляция 4% к середине 2023 года — прим. ред.) в принципе достижима. Главное, что сегодня Набиуллина сказала, что Центральный банк не собирается ее менять, показывает якорь. Это уместно. Но все будет зависеть не только от Центрального банка. Конечно же, он делает максимум возможного в этой ситуации, но инфляция сохраняется и сохраняется сильный разрыв между предложением и спросом, что толкает цены производителей вверх, потом они перекладываются в потребительские цены. Этот момент требует существенной координации деятельности правительства. Центральный банк не может стимулировать экономический рост и тем более рост предложения.
Сегодня денежно-кредитная политика ЦБ нейтральна по отношению к экономике. Надев брошку в виде весов, Эльвира Набиуллина это и показала, что «наши действия нейтральны». Ставка — 9,5%, конечно, не стимулирует экономику к дополнительному росту, но она и не притормаживает ее. Пока мы не опустим инфляцию до 5% у нас инвестиции не включаются, поэтому ЦБ сегодня высказался о том, что переход к сбалансированному росту — это все-таки задача следующего года. А этот год у нас переходный, когда нам нужно придавливать инфляцию и включать серьезные новые экономические стимулы.
Правильно сегодня сказала Набиуллина о том, что высокая инфляция — это признак перегрева экономики. А если перегретое хозяйство не стараться поставить под холодный душ, то это заканчивается всегда глубокой рецессией. Если мы хотим получить сбалансированный рост около 3% в 2023 году, то в этом году надо внимательно смотреть. Я не исключаю, что придется затягивать пояса, потому что при такой инфляции экономика, действительно, рискует свалиться в рецессию.
Естественно, на гражданах в первую очередь сказывается продовольственная инфляция. Поэтому правительству необходимо обеспечить нормальный урожай и даже ввести какие-то дополнительные стимулы, например, субсидии на приобретение минеральный удобрений, чтобы обеспечить нормальную не снижающуюся урожайность. Говорить, что правительство ничего не делает, было бы чистой неправдой, тем не менее, я думаю, что стоило бы несколько усилить эти стимулы. Потому что урожай у нас влияет на инфляцию очень существенно, по меньшей мере в год до 1,5 п. п., а то может и больше.