Попутанные берега молочных рек
Антимонопольная служба будет разбираться с тем, что происходит в молочной отрасли. Письмо с описанием возникших проблем направили в ФАС депутаты Госдумы. Они сообщают, что из-за сокращения реальных доходов населения меняется поведение потребителей: с полок в магазинах берут, что дешевле и в меньших объемах. В итоге рынок затоварен, переработчики молока не могут сбыть со складов переизбыток сливочного масла, сыров, сухого молока. И снижают закупочную цену для производителей молока, сдающих свою скоропортящуюся продукцию на комбинаты. Однако конечный покупатель не видит этого снижения в цене на полке: торговые сети не уменьшают свою наценку в 40-70% (100-150% в отдельных случаях продажи высокомаржинальных продуктов). Инициаторы обращения в антимонопольную службу просят ведомство проверить механизм ценообразования. Псковская Лента Новостей узнала у местных производителей и переработчиков, как обстоит дело в регионе. Полученная от них информация оказалась неутешительной.
Корень зла
Хозяйство «Красное знамя» из Псковской области ежедневно отправляет молоковозы на предприятия по переработке, принадлежащие международным корпорациям. Генеральный директор объединения Владимир Довгун подтверждает падение цены на молоко.
«Цену устанавливает завод, который у нас берет молоко. Это такой продукт, который производится каждый день, и каждый день его надо реализовать. Хочешь продавай, не хочешь - выливай», - описывает Владимир Довгун реальность, в которой живут производители молока.
В начале года литр уходил за 40 рублей, сегодня переработчики готовы платить только 31 рубль, то есть на 25% меньше. В супермаркетах, куда «краснознаменское» молоко попадает под известными торговыми марками, все это время цена для потребителей неизменно держится на уровне 65-70 рублей за бутылку.
Владимир Довгун призывает не спешить возлагать вину на ритейл.
«Хапуги - не сети. Корень зла в переработке, - смотрит аграрий на ситуацию со своей точки зрения. - Выплачивая нам по 40 рублей, зарубежные предприятия заработали колоссальные деньги. Сейчас нам платят меньше, а их прибыль только выросла. Как будто специально делают так, чтобы наше молочное животноводство загнулось. Это моя субъективная точка зрения, могу сильно заблуждаться. Но если есть возможность навредить, они навредят. Торговлю винить я бы не стал».
«Красное знамя» и самостоятельно занимается переработкой. Долгое время реализация шла только через локальные продуктовые магазины. В крупную сеть удалось зайти только в этом году. А вот Псковский городской молочный завод 70% продукции, выходящей под брендом «Прасковья Молочкова», реализует через ритейл. Заместитель генерального директора предприятия Роман Марчуков видит ситуацию иначе. Он рассказывает, что в прошлом году закупочные цены на молоко, напротив, росли, что сказалось на повышении себестоимости продукции. Однако торговые сети полгода не пропускали рост цены, понимая, что это не понравится покупателям, а свою наценку там снижать не хотели. Когда ценники все-таки были переписаны, гормолзавод ощутил падение спроса, что подтверждает данные федеральной аналитики - каждый дополнительный рубль в ценнике отталкивает покупателя, но на снижение свой прибыли продажники не идут, издержки ложатся на переработку и на потребителя.
«Не все поняли»
Директор Пушкиногорского маслосырзавода Николай Щураков критически настроен по отношению с торговым сетям:
«Лет десять назад говорил: "Торговые сети нас погубят". У них сфера деятельности такая, им до лампочки, как мы в псковской губернии живем. Им главное - прибыль. А мы ее уже три года не видели, отдать бы деньги за работу и расплатиться с хозяйствами, только этим и живем».
Он подтверждает тезисы, изложенные в письме для ФАС. Во-первых, свое молоко Николай Щураков встречает в ритейле с наценкой в 80%. Во-вторых, прямо сейчас на складах ждет отгрузки 300 тонн готового сыра. Однако покупателя для него не найти. Руководитель предприятия видит сразу несколько причин. Среди них не только снижение покупательской активности, но и увеличение за последние несколько лет процента белорусской молочки в российских магазинах. Продажам продукции из соседнего государства помогает стереотип, согласно которому белорусские продукты - более качественные.
«Сыра - завались, никому не нужен. Не знаю, как мы выкрутимся. Если положение не изменится, мы прекратим закуп молока», - предупреждает Николай Щураков.
Предприятие с начала года уже снизило на 10-15% цену, по которой принимает молоко у фермеров. Николай Щураков прогнозирует вскоре новое снижение. Уже сейчас он вынужден регулярно отказывать производителям, заинтересованным в сотрудничестве. Молока на рынке много, локальные переработчики не успевают освоить объемы, поступающие от фермеров. Раньше псковские молокопроизводители везли солидную часть своего скоропортящегося товара в Новгород, Смоленск и Петербург на заводы, принадлежащие крупным международным конгломератам. Часть готовой продукции, выпущенной в России, переработчики с мировым именем вывозили за рубеж. Однако в конце прошлого года прекратили подобную практику. Соответственно, снизилась их потребность в сыром молоке, у которого не оказалось достаточной востребованности на внутреннем рынке.
«Хозяйства окажутся крайние. Положение очень серьезное. Кажется, еще не все это поняли. А фермерам куда молоко девать? В реку выливать?» - задается вопросами Николай Щураков.
Ответы на его вопросы могут оказаться неутешительными для будущего молочного животноводства. Пока получается так. Торговые сети не готовы снижать свою наценку, что могло бы сказаться на повышении спроса. В предложенных условиях потребитель с оскудевшим кошельком покупает меньше и ищет дешевле. Переработчикам не требуются прежние объемы сырого молока, сбывать его нужно ежедневно, рынок перенасыщен предложением, так что падает закупочная цена. Как бы в этой ситуации молочные коровы не превратились в мясных. Тридцать лет назад Псковская область уже проходила через вырезание колхозных стад. Колоссальными усилиями производство молока было восстановлено. Совсем недавно фермеры бурно развивали свои хозяйства на деньги от государственных грантов и на заемные средства банков. Теперь кредиты надо чем-то отдавать.
В финале потребитель может получить остатки молока по взвинченным ценам, а аграрная сфера - разрушенный сектор, на восстановление которого снова нужно будет потратить годы и миллиарды. Если госрегулирование торговых аппетитов и господдержка занятых в сельском хозяйстве подоспеют вовремя, этот негативный сценарий может никогда не быть осуществленным на практике.
Юлия Магера
Фото Вадима Боченкова
Корень зла
Хозяйство «Красное знамя» из Псковской области ежедневно отправляет молоковозы на предприятия по переработке, принадлежащие международным корпорациям. Генеральный директор объединения Владимир Довгун подтверждает падение цены на молоко.
«Цену устанавливает завод, который у нас берет молоко. Это такой продукт, который производится каждый день, и каждый день его надо реализовать. Хочешь продавай, не хочешь - выливай», - описывает Владимир Довгун реальность, в которой живут производители молока.
В начале года литр уходил за 40 рублей, сегодня переработчики готовы платить только 31 рубль, то есть на 25% меньше. В супермаркетах, куда «краснознаменское» молоко попадает под известными торговыми марками, все это время цена для потребителей неизменно держится на уровне 65-70 рублей за бутылку.
Владимир Довгун призывает не спешить возлагать вину на ритейл.
«Хапуги - не сети. Корень зла в переработке, - смотрит аграрий на ситуацию со своей точки зрения. - Выплачивая нам по 40 рублей, зарубежные предприятия заработали колоссальные деньги. Сейчас нам платят меньше, а их прибыль только выросла. Как будто специально делают так, чтобы наше молочное животноводство загнулось. Это моя субъективная точка зрения, могу сильно заблуждаться. Но если есть возможность навредить, они навредят. Торговлю винить я бы не стал».
«Красное знамя» и самостоятельно занимается переработкой. Долгое время реализация шла только через локальные продуктовые магазины. В крупную сеть удалось зайти только в этом году. А вот Псковский городской молочный завод 70% продукции, выходящей под брендом «Прасковья Молочкова», реализует через ритейл. Заместитель генерального директора предприятия Роман Марчуков видит ситуацию иначе. Он рассказывает, что в прошлом году закупочные цены на молоко, напротив, росли, что сказалось на повышении себестоимости продукции. Однако торговые сети полгода не пропускали рост цены, понимая, что это не понравится покупателям, а свою наценку там снижать не хотели. Когда ценники все-таки были переписаны, гормолзавод ощутил падение спроса, что подтверждает данные федеральной аналитики - каждый дополнительный рубль в ценнике отталкивает покупателя, но на снижение свой прибыли продажники не идут, издержки ложатся на переработку и на потребителя.
«Не все поняли»
Директор Пушкиногорского маслосырзавода Николай Щураков критически настроен по отношению с торговым сетям:
«Лет десять назад говорил: "Торговые сети нас погубят". У них сфера деятельности такая, им до лампочки, как мы в псковской губернии живем. Им главное - прибыль. А мы ее уже три года не видели, отдать бы деньги за работу и расплатиться с хозяйствами, только этим и живем».
Он подтверждает тезисы, изложенные в письме для ФАС. Во-первых, свое молоко Николай Щураков встречает в ритейле с наценкой в 80%. Во-вторых, прямо сейчас на складах ждет отгрузки 300 тонн готового сыра. Однако покупателя для него не найти. Руководитель предприятия видит сразу несколько причин. Среди них не только снижение покупательской активности, но и увеличение за последние несколько лет процента белорусской молочки в российских магазинах. Продажам продукции из соседнего государства помогает стереотип, согласно которому белорусские продукты - более качественные.
«Сыра - завались, никому не нужен. Не знаю, как мы выкрутимся. Если положение не изменится, мы прекратим закуп молока», - предупреждает Николай Щураков.
Предприятие с начала года уже снизило на 10-15% цену, по которой принимает молоко у фермеров. Николай Щураков прогнозирует вскоре новое снижение. Уже сейчас он вынужден регулярно отказывать производителям, заинтересованным в сотрудничестве. Молока на рынке много, локальные переработчики не успевают освоить объемы, поступающие от фермеров. Раньше псковские молокопроизводители везли солидную часть своего скоропортящегося товара в Новгород, Смоленск и Петербург на заводы, принадлежащие крупным международным конгломератам. Часть готовой продукции, выпущенной в России, переработчики с мировым именем вывозили за рубеж. Однако в конце прошлого года прекратили подобную практику. Соответственно, снизилась их потребность в сыром молоке, у которого не оказалось достаточной востребованности на внутреннем рынке.
«Хозяйства окажутся крайние. Положение очень серьезное. Кажется, еще не все это поняли. А фермерам куда молоко девать? В реку выливать?» - задается вопросами Николай Щураков.
Ответы на его вопросы могут оказаться неутешительными для будущего молочного животноводства. Пока получается так. Торговые сети не готовы снижать свою наценку, что могло бы сказаться на повышении спроса. В предложенных условиях потребитель с оскудевшим кошельком покупает меньше и ищет дешевле. Переработчикам не требуются прежние объемы сырого молока, сбывать его нужно ежедневно, рынок перенасыщен предложением, так что падает закупочная цена. Как бы в этой ситуации молочные коровы не превратились в мясных. Тридцать лет назад Псковская область уже проходила через вырезание колхозных стад. Колоссальными усилиями производство молока было восстановлено. Совсем недавно фермеры бурно развивали свои хозяйства на деньги от государственных грантов и на заемные средства банков. Теперь кредиты надо чем-то отдавать.
В финале потребитель может получить остатки молока по взвинченным ценам, а аграрная сфера - разрушенный сектор, на восстановление которого снова нужно будет потратить годы и миллиарды. Если госрегулирование торговых аппетитов и господдержка занятых в сельском хозяйстве подоспеют вовремя, этот негативный сценарий может никогда не быть осуществленным на практике.
Юлия Магера
Фото Вадима Боченкова