Шляпа борсалино, оксфорды и пальто лондонского франта: как Янка Купала стал самым стильным белорусским литератором
Татьяна Терешкович - историк моды, которую она исследует не с позиции глянца, а как полноправную часть культуры. На ее счету более 35 книг - в том числе 4-томная «Энциклопедия моды», где рядом с Диором и Карденом около 30% отведено белорусскому шляхетному и народному костюму. А еще Татьяна Анатольевна - внучка литератора Миколы Целеша, который в годы войны эмигрировал из оккупированного Минска и осел в США.
- Преподавателем деда в учительской семинарии, первым критиком, а затем крестной его сыновей Леонида и Анатолия была Владислава Францевна, жена Янки Купалы, - рассказывает Татьяна Терешкович. - Одно из моих первых воспоминаний - шофер тети Влади катает меня на ее авто, пока она с моей мамой и крестной ходит по магазинам...
Носил воротник «Альберт» и усы Пуаро
- На молодость Купалы, родившегося в 1882 году, пришлось время коренных изменений в мужской одежде рубежа XIX - ХХ веков, - говорит Татьяна Терешкович. - Так, сюртуки и визитки у горожан сменились пиджачными костюмами. Тогда же появились и по лизингу продвигались в Российской империи швейные машинки «Зингер», журналы мод стали публиковать выкройки, а в провинции одно за другим открывались ателье. Пошив приличного выходного костюма стоил 20 - 25 рублей - доступнее, чем раньше, но все-таки недешево: скажем, мой дед, чиновник 11-го класса, до Первой мировой, получал в месяц 35 рублей...
На службу чаще носили однотонные костюмы, в свободное время или на торжества - комплекты в полоску или в клетку.
- Костюмы Купалы выглядят как сшитые на Сэвил Роу в Лондоне - улице лучших английских мужских портных. Под однобортный пиджак, как у поэта, носили двубортный высокий жилет с пуговицами, который был виден из-под застегнутого пиджака. А под двубортный костюм, наоборот, выбирали однобортный жилет с большим вырезом, часто - из пижонского шелка в цветочки.
На снимках 1908 - 1909 годов поэт в рубашке со стоячим воротником «Альберт» - считается, в моду он вошел, когда в последние годы жизни его предпочитал муж английской королевы Виктории принц Альберт. Спустя пару лет Купала снялся в сорочке с отложным воротником со скругленными концами.
- Для сохранения идеальной формы с обратной стороны подстрачивали карман под вставку из слоновой кости, китового уса, а позже - пластика, - рассказывает Татьяна Терешкович. - Еще по снимкам видно, что шелковые галстуки-самовязы у Купалы не из дешевых, а повязывал он их самым распространенным и в наше время одинарным узлом (в истории моды - простой). Как и шейные платки XIX века, их фиксировали булавкой, чтобы узел не разъезжался.
Полуботинки поэта - вариации на тему оксфордов, известных с конца XIX века. Цена добротной пары обуви до революции была от 10 рублей. Для сравнения: фунт хлеба стоил копейку.
- У Купалы ухоженно выглядят и прическа, и английские усы (более известные нам как усы Дэвида Суше в сериале «Пуаро Агаты Кристи»). Для ухода за усами запасались специальными ножницами, щеточками. Волоски, нарушающие линию, не сбривали, а выщипывали. На ночь на них надевали наусники, на день усы смазывали фиксатуарами на основе воска с травами, а за едой пользовались двойными ложками и накладками на чашки.
НЭП вернул оксфорды, а белорусизация дала галстук с вышиванкой
На снимках в Смоленске, где в 1918-м Купала служил агентом по обеспечению красноармейцев, а затем в Минске (который занимали то большевики, то немцы, то поляки) у Купалы прослеживаются веяния моды военного времени.
- Крупные пуговицы пальто - это от военных тренчкотов, нагрудный карман на жакете - в духе куртки «Норфолк», а еще - высокие офицерские сапоги, - говорит Татьяна Терешкович.
На фото с начала 1920-х заметно все больше мятых воротничков, а ткань визуально оставляет желать лучшего. Шелка не достать - и в моду вошли трикотажные самовязы: перед белорусизацией у Купалы этот аксессуар с орнаментом, позже он снимается в пестрых тканевых галстуках.
- В середине 1920-х, в разгар НЭПа, когда частники шили по заказам, у Купалы, уже народного поэта, появились пиджаки по новой моде - лацканы сузились, швы их соединений с воротником пошли вниз. У него снова ботинки типа оксфордов - наверняка недешевые, раз на некоторых фото они защищены гамашами поверх шнуровки.
На фото 1927 года в Карловых Варах Купала и чешские писатели напоминают актеров довоенных американских боевиков.
- Ботинки с гамашами, брюки с небольшими отворотами, пальто английского типа, видимо, только сшитое на заказ в ателье - новенькое и идеально сидит, - замечает Татьяна Терешкович. - Палка тут и элемент стиля, и опора при ходьбе. И, конечно, борсалино. В конце XIX века эта шляпа сменила котелки и цилиндры, отличая человека, следящего за модой. Именно Джузеппе Борсолино (фамилия стала именем нарицательным, а у нас эту шляпу назвали федорой. - Ред.) сделал головной убор со специальным промином, благодаря чему его удобно снимать при приветствии тремя пальцами. Для изготовления фетра итальянец использовал шерсть и пух кролика, которые имеют малый вес, хорошие водоотталкивающие свойства и позволяют сохранять форму шляпы. Существует даже тест на Борсалино: шляпу очень плотно скатывают в трубочку и протягивают через обручальное кольцо. Если шляпа полностью восстанавливает изначальную форму, она настоящая.
Френч в духе сталинского и кардиган вместо жилета
Ближе к войне в мужскую одежду снова проникают силуэт и детали, характерные для мундиров и шинелей. Это заметно и по снимкам Купалы
- Расширяются брюки, на штанинах появляются обшлаги, углы лацканов пиджака поднимаются почти до середины плеча. А сами пиджаки расширились за счет многочисленных прокладок, вес их доходил до 5 кг. Мужчина в таком костюме визуально утяжелялся и укорачивался, - говорит историк моды. - Реформировали мужской костюм, значительно облегчив его, уже после войны итальянский модный дом «Бриони», а потом - Джорджио Армани.
В 1930-х в СССР под пиджачную пару надевали вязанные трикотажные жилеты с орнаментами или кофты типа кардигана - итог рекламы советского хлопка. Фото в таком жилете есть и у Купалы, как и более парадный вариант - с жилетом из тройки другого цвета.
- Вопрос в качестве... - уточняет Татьяна Терешкович. - Есть снимок Купалы середины 1930-х, где он лежит на диване. По сравнению с предыдущими снимками сразу бросается в глаза разница в качестве костюма и продукции обувьпрома.
На снимке 1935 года на классическом пальто со стильными крупными пуговицами появилась новая деталь - металлические уголки для воротника. Со временем такие типсы позаимствуют в моду субкультур - например, рокеров.
- На фото 1941-го Купала в чем-то среднем между френчем а-ля сталинский и недорогим костюмом. А вот на снимке 1937-го с курорта поэт напоминает себя на виленских фото: тройка, высокий жилет, аккуратный галстук, ботинки с каблуком...
МОДНОЕ РЕЗЮМЕ
- В молодые годы, как и вся богема до революции, Купала одевался на острие стиля - с иголочки, но без эпатажа. Думаю, свою роль отыграла и поддержка мецената Бронислава Эпимах-Шипилло: он помогал изданию книги поэта, его учебе в Петербурге и наверняка способствовал поддержке образа поэта.
Привычка к ухоженности у Купалы осталась даже во времена, когда с качественной одеждой в СССР было плохо. А уж когда перед поездкой за границу Купалу приодели - сразу видно человека с прекрасным чувством стиля: на нем все сидит как влитое. Это как умение ездить на велосипеде: научился - и его не отнять.
Иллюстрируют материал фоторепродукции снимков поэта, оригиналы которых хранятся в Государственном литературном музее Янки Купалы