С любовью к Северу. При поддержке бизнеса биологи изучают Белое море

В Белом море стартует масштабный научно-экологический проект «Роснефти» и «Иннопрактики». В течение 3 лет учёные будут изучать обитателей акватории и сравнят свои результаты с данными экспедиции Дерюгина 1922-1923 гг.

Повторить на новом уровне

Детальное изучение Арктики закончилось вместе с распадом СССР. С тех пор в регионе многое изменилось. Россия стала активнее использовать Северный морской путь. Арктический регион стал важной частью стратегического развития страны.

Чтобы собрать воедино старые и новые данные, в 2011 г. «Роснефть» создала Арктический научный центр – корпоративный научно-исследовательский институт. Одна из его задач – сохранение биологического разнообразия в высоких широтах. Это очень важно, ведь Арктика – дом примерно для 20 тыс. биологических видов. Всем известные белые медведи, моржи, белые чайки и песцы – это только верхушка айсберга. В северных морях обитает огромное количество всевозможной живности, которую с удовольствием изучают биологи.

Арктический центр как агрегатор знаний о регионе взаимодействует сегодня со многими профильными научными организациями. Среди них - Центр морских исследований МГУ имени М. В. Ломоносова, Институт океанологии им. П. П. Ширшова РАН, Биологический факультет Санкт-Петербургского государственного университета, Зоологический институт РАН и др.

«Не так давно кто-то из коллег напомнил, что 100 лет назад молодое советское государство не пожалело средств на проведение комплексной Беломорской экспедиции 1922 – 1923 гг. Её возглавил выдающийся океанолог и зоолог Константин Дерюгин. Так родилась идея повторить те же исследования, но на новом научном и техническом уровне», - рассказывает Илья Серёжкин, главный специалист Арктического научного центра.

Как раз сейчас, летом 2023 года, НК «Роснефть» совместно с негосударственным институтом развития «Иннопрактика» начинает реализацию крупного экологического проекта в высоких широтах, в ходе которого учёные проведут новые исследования и сравнят результаты с теми, что собрали их предшественники 100 лет назад.

Базой для проекта стала Беломорская биологическая станция (ББС) биологического факультета МГУ им. Ломоносова. Благодаря ей исследования имеют надежную научную основу, а благодаря бизнесу – устойчивое финансирование. Академическим и корпоративным учёным предстоит трудиться рука об руку.

Цель – стратегическая: собрать данные и отработать методики, необходимые для долгосрочного планирования устойчивого развития арктического региона России, защиты северных экосистем и их обитателей, отслеживания климатических трендов и составления прогнозов.

Секвенатор для «северов»

В ходе трёхлетних исследовательских работ учёные будут оценивать влияние глобальных климатических и локальных антропогенных факторов на состояние экосистем северных морей.

«Сегодня в ходе исследований мы можем применить не только классические гидробиологические методы, но и лучшие современные методики, в т.ч. молекулярно-генетические», - говорит технический руководитель проекта, исполнительный директор Центра морских исследований МГУ имени М. В. Ломоносова Николай Шабалин.

Для последних на ББС имеется секвенатор – прибор, с помощью которого можно провести автоматическое определение последовательности нуклеотидов в цепочке ДНК. Секвенатор – прибор сложный и дорогой, но для научной работы по «северам» он важен, и корпоративная наука готова к таким вложениям.

«Арктика – это четверть российского ВВП, пятая часть экспорта и 28% территории. Нужны совместные усилия и ученых, и бизнеса, и государства, чтобы отслеживать происходящие здесь процессы», - говорит Шабалин. – Экспедиция «по дерюгинским местам» - дело необычное и фундаментальное. Мы будем повторять исследования в тех самых точках, где их вели 100 лет назад, чтобы понять, что изменилось в биосфере из-за деятельности человека, а что – в силу неподвластных ему процессов. Кроме того, будем стремиться спрогнозировать, что ждёт регион в ближайшие десятилетия».

Поле – в море

Самое романтическое время в жизни биолога – это полевые работы. У морских биологов они по понятным причинам проходят на воде. Полевой сезон 2023 г. открыл флагман флота ББС МГУ «Профессор Зенкевич», названный в честь легендарного основателя биостанции. На практике это выглядит так: судно выходит на точку проведения работ и там опускает за борт самые разные зонды, сети и тралы (век назад в распоряжении исследователей был только один трал – донный, да термометр). К концу дня у учёных имеются данные по температуре и солёности воды, по содержанию в ней кислорода, фито- и зоопланктона. Информацию по последнему надо обрабатывать на борту и как можно быстрее – пока одни представители планктона не поужинали другими, объясняет начальник рейса на «Профессоре Зенкевиче» Александр Кокорин.

Его наставник и научный руководитель проекта - Александр Цетлин, директор ББС МГУ, сам закончил биофак. Впервые он побывал в Арктике в 1971 г. – на практике после 1 курса. И влюбился в Север навсегда. Сейчас, конечно же, он вдохновлен идеей стать «Дерюгиным» для будущих поколений.

«Благодаря Дерюгину у нас есть шанс зафиксировать, что изменилось в здешней экосистеме за 100 лет, - говорит учёный. – Предшественник облёк результаты работ в хорошую монографию, которой легко пользоваться. Надеюсь, у нас получится не хуже. Такого рода проекты подобны правильно разбитым грядкам на огороде. Мы, в свою очередь, почву подготовили неплохо, будем ждать всходов».

Одна из тем исследований в ходе проекта на слуху у всех. Это влияние глобального потепления на флору и фауну Арктики. В том, что потепление – реальность, учёные – участники проекта «Роснефти» и «Иннопрактики» - не сомневаются. Прочувствовали, что называется, на собственной шкуре. Лёд на Белом море в районе станции всегда вставал в середине октября. В конце месяца вдоль заболоченного берега накатывали зимник, по которому проходили грузовики и более тяжёлая техника. Но в прошлом году болота не замёрзли в срок, а навигация по морю продолжалась до середины декабря.

Из века, прошедшего со времени экспедиции Дерюгина, 30–40 лет пришлись на время серьёзных климатических изменений, отмечает Ксения Кособокова, доктор биологических наук, главный научный сотрудник Института океанологии им. Ширшова РАН.

«Благодаря нашему нынешнему проекту исследования профессора Дерюгина выйдут за рамки одной человеческой жизни, - добавляет она. – А то, над чем трудимся мы, надеюсь, поможет сделать такой же подарок следующим поколениям биологов».

Не офисный планктон

Основа жизни в морях и океанах – уже упомянутый планктон. Вопреки распространённому мнению, не весь он микроскопических размеров. Встречаются в его рядах медузы диаметром по 2 метра. Живые существа зачисляются в планктон по другому признаку – неспособности плыть против течения (к «офисному планктону» это тоже относится).

По счастью, экспедиция, которая работала на Белом море в 1922 – 1923 гг., тоже изучала планктон.

Конечно, биологам очень интересно посмотреть на динамику его развития. Они хотят получить ответы на целый ряд вопросов. К примеру, начнётся ли рост фитопланктона из-за потепления раньше обычных сроков? Успеют ли его съесть рачки из состава зоопланктона или они погибнут? Тогда плохо придётся рыбе, которая питается этими рачками, а человек останется не только без ухи и селёдки под шубой, но и лишится важного сектора экономики.

Впрочем, пока что такие ужасы по факту отсутствуют. А учёные фиксируют только, что в северные моря приходят из Атлантики такие представители планктона, которых раньше здесь не встречали, т.к. им было холодно.

На дальней станции

Беломорская биологическая станция МГУ основана 10 августа 1938 г. Она находится на границе Мурманской области и Карельской республики, почти на границе Северного полярного круга. Точный адрес – берег Кандалакшского залива Белого моря, 15 км от железнодорожного полустанка Пояконда, на которой поезд Москва – Мурманск стоит 2 мин. Попасть сюда летом можно только по воде – на одном из 8 небольших судов научного флота станции. Именно по этой причине чужие здесь не ходят, двери не закрывают на замок, а сама биостанция может считаться местом высокой концентрации людей с хорошими лицами и собак с хорошими мордами. Собак здесь много, да и людей за лето бывает до тысячи. Студенты биофака каждое лето приезжают на практику.

На биостанции отсутствуют магазины и товарно-денежные отношения. Здесь все – из-за науки и ради науки. А стать ученым, по наблюдениям директора станции Александра Цетлина, что в его студенческие годы, что сейчас, есть только один верный способ - на полевой практике. Академические часы, проведённые на лекциях и в лабораториях, – лишь подготовка к «полю». И в этом еще один важный смысл проекта «Роснефти» и «Иннопрактики» - во время полевых работ, отбора проб и их обработки, бесценные знания и навыки получают новые поколения исследователей, формируются междисциплинарные команды специалистов, складываются научные коллективы, чьи великие открытия еще впереди.

Кстати

Константин Михайлович Дерюгин (1878—1938) сочетал в себе таланты к разным научным дисциплинам: зоологии, гидробиологии, океанологии. Современникам он также запомнился как выдающийся педагог и организатор науки.

Еще в студенчестве Дерюгин изучал животный мир Тобольской губернии, собирал материалы в экспедициях по Закавказью и северной Турции.

В 1900 г. он окончил Петербургский университет, много работал на русском Севере и за границей. Примерно с 1915 г. его научные интересы сместились в область гидробиологии, которой Дерюгин занимался всю оставшуюся жизнь.

После революции он, дворянин по происхождению, хорошо ужился с советской властью. В 1924 г. К. М. Дерюгин возглавил Петергофский биологический институт. В 1925 г. организовал во Владивостоке Тихоокеанскую научно-промысловую станцию, в 1927 г. работал на Черном море.

С 1931 по 1935 гг. организованная Дерюгиным Тихоокеанская экспедиция на 6 судах впервые выполнила одновременную океанографическую съемку в Беринговом, Охотском, Чукотском и Японском морях.

Константин Михайлович Дерюгин прожил всего 60 лет. Он умер своей смертью от естественных причин и был похоронен в Ленинграде. Именем Дерюгина названы залив в архипелаге Земли Франца-Иосифа, бухта в архипелаге Северной Земли, озеро на Новой Земле, гора на Земле королевы Мод в Антарктике и подводная котловина в Охотском море.