Самовар-кофейник и ездящий стул. Краевед Алексей Шишкин — о том, как в Петербург приходил прогресс
Как в Петербурге раньше заваривали кофе, кто изобрел городской водный автобус и какими были первые лифты?
Для партнерского материала с онлайн-магазином Самокат, который доставляет товары за 15–30 минут, «Бумага» поговорила с краеведом и автором рассылки о домах Алексеем Шишкиным. Он рассказал, как в городе начали использовать «ездящий стул», самовары-кофейники и центральное отопление.
Если вы еще не пользовались Самокатом, при оформлении заказа до 28.02 укажите промокод PAPER — с ним покупка будет дешевле на 300 рублей (при условии заказа от 800 рублей).
Алексей Шишкин
Краевед
Кто жил в дореволюционном Петербурге и кому были доступны прогрессивные новинки
— «Дореволюционный Петербург» — понятие растяжимое, но если говорить о последних годах перед революцией, то город был огромным. В Петербург ехали за процветанием, славой и деньгами — это был город для карьеры, а не для жизни. Все основные деньги крутились здесь.
После отмены крепостного права повсеместным стал переезд крестьян в город. Они уезжали сезонно на заработки либо перебирались жить в Петербург насовсем — таким людям давали прозвище «питерщик». Доходило до того, что в городе у крестьянина могла быть одна семья, а дома в деревне — другая.
Узкой прослойкой в пару сотен тысяч человек были самые состоятельные классы. Основная часть дореволюционного города — рабочее население: малоквалифицированные рабочие, прислуга, артельщики, солдаты и так далее.
Внушительный средний класс — уже сотни тысяч человек, так называемая «чистая публика»: часть купечества, квалифицированные рабочие, мастера цехов, врачи, инженеры, педагоги, офицеры и чиновники невысокого ранга, богема. Все, кого на аристократический бал вряд ли пригласили бы, но и полицейский лишний раз на улице не останавливал. Эти люди жили довольно неплохо. Скажем, рабочий-металлист, не говоря уже об опытном электромонтере, мог легко зарабатывать больше сотни рублей в месяц. Это уровень современного IT-профессионала.
В Петербурге не было разделения на богатые и бедные районы, зачастую в одном доме могли жить представители обеих групп. Только бедняки жили в четвертом дворе, где-то в глубине, а богачи в первых флигелях. Из-за такой близости друг к другу о прогрессивных изобретениях все слои населения узнавали одновременно. Некоторые жители могли не владеть приспособлениями, но знали, что в господских домах они существуют.
Кухня: появление кофе и традиция ездить «на воды» на Черную речку
— Впервые кофе в России появился еще задолго до революции, в XVII веке. Его употребляли при царском дворе в качестве лекарства для нервной системы и желудка. Укрепил статус кофе Петр I, который регламентировал бытовой образ жизни чиновников и приближенных. Среди их обязанностей было выводить дочерей в свет, одеваться в европейское платье, курить табак и обязательно пить кофе. Кофе был напитком, непонятным для российской публики: во-первых, он был очень дорогим и — по сравнению с современным — ужасно горьким из-за неправильной обработки и приготовления.
Изначально кофе заваривали как чай: брали железный кофейник, закладывали в него зерна, заливали их кипятком и процеживали [жидкость] через ситечко. Какое-то время существовала даже мода на повторное заваривание. Некоторым гурманам казалось, что на второй раз кофе вкуснее.
По мере того как кофе приживался в России, технология совершенствовалась. Альтернативный способ заваривания появился, когда началось завоевание Кавказа (Кавказская война началась в 1817 году — прим. «Бумаги»), где уже сложилась своя кофейная культура и метод заваривания в турке и на песке, пришедший из Турции.
В XIX веке кофе уже был одним из любимых напитков петербуржцев. На его успех указывают кофейные суррогаты для тех, кто совсем не мог себе позволить этот напиток, — например, кофе из цикория или желудей. Их обжаривали до черноты, чтобы визуально они напоминали кофейные зерна, но тонизирующим эффектом они, конечно, не обладали.
Считается, что именно в Петербурге, самом кофейном городе страны, к середине XIX века появились самовары-кофейники. Заваривали кофе в этом приспособлении по принципу гейзерной кофеварки: в нижнее отделение заливали воду, верхнее оставляли пустым, а между ними закладывали холщовый мешочек с кофе. Закипая, вода поднималась наверх и процеживалась через мешочек. Некоторые, особенно экзотичные самовары, конструировали с двумя отделениями для кофе и чая одновременно.
Сейчас заказать кофе можно в Самокате. Кроме обычных зерен там есть кофе в капсулах, дрипы и молотый кофе для заваривания в турке или френч-прессе. Заказ в Самокате не нужно планировать заранее — после оплаты покупки вам за 15–30 минут привезут всё необходимое для приготовления напитка.
Маркерами прогресса можно считать рестораны. Например, в 1845 году владельцем патента на машину для изготовления мороженого в Петербурге стал швейцарец Иван Иванович Излер, держатель кофейни в доме армянской церкви — там, где сейчас находится кафе «Абрикосовъ».
Излер был пионером ресторанной области и владел знаменитым садом на Черной речке. Именно там он использовал свою машину для приготовления мороженого и внедрил в меню лимонад. Для создания газировки Излер применял искусственно сделанные с помощью углекислого газа минеральные воды, которые разбавлял сиропами. У петербуржцев была традиция ездить «на воды», не настоящие минеральные, а в ресторан на Черной речке — выпить содовой с пузырьками.
ЖКХ: центральное отопление и «фарштуль»
— Отопление в разных форматах в Петербурге было всегда, иначе зимой людям было бы не выжить. Например, тот же Петр внедрял в свое время печи-голландки, которые мы можем видеть во дворцах Петергофа или Меншиковском дворце.
Изначально центральное отопление представляло собой котел, который находился в подвале, а от него по трубам разводилось тепло, нагревающее печи, расположенные в квартирах.
В 1860-х годах русско-швейцарский изобретатель Франц Карлович Сан-Галли разработал радиаторы практически в том виде, который мы знаем. Это пример изобретения, которое создано непосредственно в Петербурге (главный завод располагался на Лиговском проспекте). Радиаторы стали внедрять постепенно: первым делом во дворцы, особняки и крупные общественные здания, затем в жилые дома высокого класса, но в виде исключения, а не правила.
Хороший пример того, как элемент прогресса появляется в верхушке общества, а потом распространяется и становится повсеместным, — это лифты. Первые лифты появились в Российской империи еще в XVIII веке, во дворцах знати: объяснялось это тем, что пожилым богачам сложно подниматься наверх. Такие лифты называли немецким словом «фарштуль», что дословно переводится как «ездящий стул». Подъемной силой были ручные лебедки, за которые отвечала прислуга.
Прогресс постепенно шел вперед, и в середине XIX века в мире появились более прогрессивные системы — лифты с паровыми двигателями и пневматические лифты. Последние работали на давлении воды: в шахте ставился поршень, подключенный к системе городского водоснабжения, вода давила на него и поднимала кабину вверх. Первые лифты ездили только наверх.
Массовый рассвет лифтостроения пришелся на начало XX века и наступил благодаря технологиям американского изобретателя Элиша Грейвса Отиса, который придумал способ сделать лифты безопасными. Существует история о знаменитой отисовской демонстрации, когда изобретатель поднимается в кабине наверх и обрезает тросы, но благодаря специальным защелкам кабина не падает вниз.
В начале XX века в Петербурге уже были подъемники всех видов. Кроме лифтов Отиса можно было обнаружить итальянские системы Штиглера, проекты стокгольмской фирмы братьев Грахне и лифты, изготовленные на петербургских заводах. Хоть это и были уже электрические лифты, они сильно отличались от тех, которыми пользуемся мы. Например, у современных лифтов мотор находится на чердаке, а до революции моторы размещались в подвале.
Транспорт: первые аквабусы, трамваи на льду Невы и проездные с фото
— Несмотря на то что по всему миру принято считать, что электрический трамвай создал Сименс, в России одновременно с ним трамвай изобрел украинский инженер Федор Аполлонович Пероцкий. Он первым поставил на вагон конки электромотор и протестировал рабочие образцы в Петербурге. Но из-за того, что в городе были заключены долгосрочные контракты с коночными компаниями, возможности массового внедрения изобретения Пероцкого не было.
Из-за монополии конок массово технологию стали использовать лишь в 1904 году — сильно позже, чем в Москве, Киеве и маленьких городах по всей стране. Первый электрический трамвай Пероцкого поехал по льду Невы, потому что дороги были заняты конным транспортом, а в зимнее время можно было создать временные трамвайные пути.
Публика была в восторге. Трамвай стал одновременно и транспортным средством, и недорогим модным развлечением. Особенно любили его студенты Академии художеств, рядом с которой проходила одна из линий. На пике популярности ледовый трамвай перевозил за сезон до 900 тысяч пассажиров, несмотря на протесты всё тех же коночных операторов.
Летний водный транспорт в Петербурге изобрел Рафаил фон Гартман. Конечно, до фон Гартмана тоже существовали лодочники и перевозчики, но то, что мы сейчас называем аквабусами, появилось благодаря ему. Причем масштабы бизнеса были несравнимо больше, чем сегодня.
Пристани были организованы у каждого моста и у важнейших общественных зданий. Они работали как современные системы общественного транспорта: раз в 10–15 минут на каждую остановку приходил трамвайчик и двигался по воде дальше. Постепенно появились протяженные маршруты — например, в Кронштадт и Петергоф.
У каждого пароходства был свой цвет, но главным было «Финляндское легкое пароходство» — компания Гартмана. Его работников называли «финляндчиками», и вскоре это слово стало нарицательным для всего водного судоходства. Чтобы горожанам было удобнее передвигаться, ввели проездные с фотографией, но их количество ограничивалось простым фактором: не у всех имелись деньги на фото. Конечно, трамвайчики работали только в теплое время, на зиму бизнес приостанавливался.
Появление линий быстрого общественного транспорта помогло жителям дореволюционного города экономить время на дорогу. В XXI веке Самокат строит линии «товаропровода», которые помогают сделать жизнь горожан еще комфортнее. Время доставки продуктов и товаров для дома в Самокате — 15–30 минут.
Освещение: электрические фонари на мостах и свечи Яблочкова
— Регулярно получалось так, что прогрессивные технологии изобретались в России параллельно с Европой, но на родине не находили применения. Поэтому их создатели уезжали за границу.
Показательный пример — история Павла Николаевича Яблочкова, который изобрел осветительный прибор под названием «свечи Яблочкова». Они работали благодаря химической реакции: два угольных элемента соприкасались, между ними возникала реакция, затем они разводились и появлялась светящаяся дуга.
Яблочков пытался работать в России и продвигать свое изобретение, но ему это не удалось. Тогда он обратился к британским инвесторам и начал внедрять свои лампы в Лондоне. Две главных пиар-акции со свечами Яблочкова — освещение всемирной выставки в Париже и освещение Лувра. Уже прославившийся Яблочков выкупил у своих инвесторов патент на свечи и вернулся в Россию.
Изобретатель приехал в Петербург, но, даже обладая европейской славой, грандиозного успеха снова не добился. Стоит сказать, что дуговые лампы Яблочкова оказались тупиковой ветвью развития и постепенно ушли в прошлое, уступив лидерство лампам накаливания, которыми мы пользуемся до сих пор.
В 1873 году в Петербурге провели публичный эксперимент. На коротком отрезке тротуара поставили фонари разных систем: газовый, масляный (керосиновый) и электрический — первый в мире использовавший лампу накаливания системы Алексея Лодыгина. Петербуржцев приглашали приходить к фонарям в темное время суток, захватив с собой газету. Эксперимент заключался в том, что человек должен был определить, на каком расстоянии от каждого фонаря ему будет удобнее и приятнее читать.
Электрический фонарь, очевидно, понравился всем больше всего, но внедрить его массово было невозможно. Причина — та же, что и с электрическими трамваями. У чиновников были заключены долгосрочные контракты с компаниями, которые использовали для освещения масло и газ. В итоге в 1879 году лампами Лодыгина был освещен только что построенный Литейный мост, не упоминавшийся в договорах. Это была юридическая лазейка, позволявшая обойти условия контрактов с газовиками и керосинщиками.
Ну а отцом уличного электрического освещения в Петербурге в итоге стал не Яблочков и не Лодыгин, а Карл фон Сименс, брат немецкого промышленника и изобретателя Вернера Сименса. Именно его фирме принадлежали первые фонари, которые зажглись на Невском проспекте в 1883 году. Сперва Сименсу удалось осветить только часть магистрали — от Адмиралтейства до Фонтанки.
Позже Сименсу всё же удалось исполнить мечту и осветить Невский проспект, правда небольшую часть — от Адмиралтейства до реки Мойки. Из-за того, что этот район был сильно застроен, ученому негде было разместить электрогенераторы. В итоге ему пришлось поместить их на баржу, которую загнали под Зеленый мост. Первое время электрические фонари на Невском работали от временной электростанции. С подобными проблемами юридического и технического характера прогресс в дореволюционном Петербурге сталкивался постоянно.
Онлайн-магазин Самокат освобождает своих клиентов от необходимости тратить время в переполненных супермаркетах. Заказ в приложении не нужно планировать заранее, а оформив его, можно посвятить свободное время отдыху или общению с близкими людьми. Самокат уже работает в 43 городах России, в онлайн-магазине есть собственная линейка товаров. Доставка у Самоката занимает 15–30 минут.