Ветеран уголовно-исполнительной системы Потапова Анастасия рассказала о своей службе
Потапова Анастасия почти 30 лет наравне с мужчинами достойно несла службу в УФСИН России по Республике Саха (Якутия). С 1992 года она проходила ее на разных должностях в отделе специального учета, отделе безопасности, инспекции по личному составу. Завершила свою служебную деятельность в звании полковника внутренней службы, в должности помощника начальника УФСИН России по Республике Саха (Якутия) по соблюдению прав человека в УИС, которую замещала с 2012 по 2021 год.
— Расскажите, какой трудовой опыт имелся у вас до начала службы в УИС?
— Моя трудовая деятельность началась в 1984 году. В то время я с семьей жили в Нюрбе. Я работала копировщиком бюро оформления в Амакинской геологоразведочной экспедиции. В 1988 году переехали в Якутск. Работу по специальности мне найти не удалось, так как в то время началась реорганизация геологоразведочных предприятий. Поэтому я поступила на курсы воспитателей детских дошкольных учреждений, работала в детских садах поселка Большая Марха и города Якутска.
— Какие обстоятельства повлияли на выбор службы в УИС? С какой должности и в каком учреждении началась Ваша служба?
— В октябре 1992 года я осталась без работы. Меня уволили по сокращению штатов, а на руках были двое малолетних детей. Я сразу занялась поиском работы, но долго ее искать не пришлось. Как-то я была у мамы в гостях, она в то время жила рядом со следственным изолятором. Мы пили чай, я посмотрела на серые стены здания СИЗО за окном. И тут вдруг подумала, неужели в этом большом здании для меня не найдется работы? На следующий день взяла документы и вместе с мамой пошла в СИЗО. Спросите, почему с мамой такая взрослая женщина? Да потому, что меня всегда пугала неизвестность, да еще за железными дверями и решетчатыми окнами СИЗО. Но в действительности оказалось, что в СИЗО работают обычные люди.
В спецотделе как раз имелись вакансии, и мне предложили должность переводчика. В те годы, вплоть до конца 90-х, приговоры судов с якутского языка переводили на русский язык сотрудники спецотдела СИЗО, а не судов, их вынесших.
Я стала переводить все поступившие приговоры судов, в том числе на несовершеннолетних, женщин. Для одного человека это была огромная нагрузка. В СИЗО тогда содержалось порядка 1200 человек, что превышало установленный лимит содержания спецконтингента в два раза. Были проблемы с перевозкой осужденных, этапируемых в колонии, находящихся за пределами республики. Ситуация стала постепенно нормализоваться только с 1996 года, когда был принят Уголовный кодекс Российской Федерации. Сначала я не задумывалась и не стремилась на аттестованную должность. Карьеристом никогда не была. Перемещения по службе происходили как-то сами собой. Руководители мне предлагали должности и я соглашалась. В августе 1995 года я была переведена в спецотдел Управления, тогда это — СИД и СР МВД РС (Я). В сентябре я получила свое первое звание — рядовой внутренней службы. Так началась моя управленческая деятельность на разных должностях: в спецотделе, отделе безопасности, инспекции по личному составу. В 2021 году я завершила свою службу с должности помощника начальника по соблюдению прав человека в УИС.
— Были ли в первые годы службы, сотрудники, которых Вы могли бы назвать своими наставниками?
— В первые годы работы молодые сотрудники всегда сталкиваются с различными сложностями. В профессиональном становлении всегда нужны люди, имеющие опыт работы, готовые щедро делиться своими знаниями. И в моей трудовой деятельности такие люди были, я им очень благодарна.
Хочу вспомнить Сюн-Цин-Фана Анатолия Михайловича, тогда начальника специального отдела СИЗО. Он мне говорил, что в нашем деле главное — внимательность. Всегда четко ставил передо мной задачи и смотрел, как я справляюсь. В ходе их выполнения подправлял и объяснял. Это то же самое, когда человек находится в большом городе один и самостоятельно ищет правильный путь. При этом думает куда надо пройти, где-то ошибается и возвращается снова. Если же с человеком, не знающим дорогу, окажется тот, кто ее знает, он не станет запоминать маршрут следования, а будет просто следовать за ним.
Так вот, по истечении двух недель работы, Анатолий Михайлович вызвал меня в свой кабинет и дал поручение подготовить к освобождению 3-х подследственных и 2-х осужденных. Он объяснил, что я должна прочесть приказ и подумать, а потом придти и сказать ему, как и какие документы необходимо заполнить. Я взяла приказ, нашла нужный раздел и прочитала. Наметила последовательность действий, взяла личные дела освобождаемых, постановления и бланки справок об освобождении. Заполнила одну справку и показала Анатолию Михайловичу. К моему удивлению, он похвалил меня и отправил заполнять остальные. А после этого вместе со старшим инспектором я пошла смотреть процедуру освобождения.
В 1995 году была объявлена амнистия в связи с 50-летием Победы в Великой Отечественной войне. Амнистия коснулась почти всех следственно-арестованных и осужденных. Кому-то снизили срок наказания, кого-то освободили. Тогда большую помощь оказал помощник прокурора республики Хабибуллин Марс Насыбулович. С ним я изучала и проверяла все личные дела спецконтингента. Благодаря этому нарушений законности не было допущено. В отделе безопасности азы режимной деятельности я постигала с Ситниковым Сергеем Александровичем и Мирошниковым Юрием Григорьевичем, которые впоследствии стали начальниками исправительных учреждений.
Деятельность начальника инспекции по личному составу и помощника начальника по соблюдению прав человека я постигала уже сама. У меня за плечами был большой опыт работы в УИС, которым я всегда делилась, никому не отказывала в помощи.
— Как бы Вы охарактеризовали свои отношения со спецконтингентом, как эти отношения менялись по мере накопления Вами профессионального и жизненного опыта?
— По роду занятий сотрудники спецотдела следственного изолятора, в их числе и я, посещали в режимном корпусе подследственных и осужденных для ознакомления с поступившими в их адрес документами через, так называемые, «кормушки» — форточки на двери. В это время заключенные всегда оживлялись. Кто-то из них ждал ответ на обращение, кто-то — копии судебных документов. И когда открывали форточку, все подходили и смотрели, кто из работников пришел. Они все разные, у каждого свой характер, кто-то мог подшутить, а кто-то нагрубить.
Поначалу я из-за этого переживала, но потом стала относиться к ним спокойно. Поняла, что сотрудник должен обладать лучшими человеческими качествами: быть порядочным, неравнодушным и справедливым, независимо от возраста и жизненного опыта.
В ходе общения осужденные и подследственные изучают сотрудника. Прямо вроде и не смотрят, но успевают все приметить: во что и как одет, как разговаривает, с какой интонацией. Когда я работала в спецотделе и в отделе безопасности, мое общение с осужденными и подследственными было ограничено в основном такими фразами: «Иванов, получите и распишитесь!», «Иванов, наведите порядок в тумбочке!» А в должности помощника начальника по соблюдению прав человека я стала проводить личные приемы. Должность обязывала к тому, чтобы выслушивать все обращения, вникать в них, разбираться, проверять. Бывало, что жалобы подтверждались и тогда принимались меры по восстановлению нарушенных прав.
Хотелось бы отметить Уполномоченного по правам человека в Республике Саха (Якутия) Сардану Михайловну Гурьеву. У Сарданы Михайловны я научилась методам проведения приема по личным вопросам. А именно выслушивать человека полностью, вникать в суть его вопроса, при необходимости задавать уточняющие вопросы, самостоятельно изучать все документы, ставить задачу перед руководством колонии о проверке доводов осужденного. И главное — всегда все доводить до конца. Такая тактика работы в последующем всегда исключала повторные обращения.
— Какие должности в ИТУ казались Вам самыми опасными и сложными, почему?
— Самыми опасными и сложными я считаю должности в оперативной, режимной и воспитательной службах. Потому, что сотрудники именно этих подразделений ежедневно сталкиваются с осужденными. Им необходимы такие качества, как выдержка, терпение и быстрая реакция при изменении ситуации.
— Что бы Вы пожелали молодым сотрудникам в служебной деятельности и в личной жизни?
Молодым сотрудникам я хочу пожелать, чтобы они всегда были выдержанными, бдительными, внимательными и гуманными. А еще, чтобы больше внимания и заботы уделяли своим родным и близким. Ведь время так быстротечно и если упустить что-то в нашей жизни сейчас, то можно это никогда не наверстать.