Мигрантский кризис в Европе: бумеранг возвращается…
0
21
Для бегущих из своей страны за лёгкой жизнью европейский берег, так же, как и британский, никогда не перестанет «магнитить», так как уже первый камешек под ногой, даже если иммигрант ещё в море покалено, даёт ему финансовую поддержку, место для проживания, право обучать детей в местных школах и получать медицинскую помощь. Конечно, работать беглецы не могут, пока не будет одобрено заявление на иммиграцию, да кто же из них рвётся к лопате, если им еженедельно уже полагаются 55 евро в дополнение к «беженским» 250 евро сразу по приезде, а потом на 210 евро в неделю на каждого члена семьи. Пока беглец ждёт решение о предоставлении убежища, он получает медпомощь, питание и жильё за государственный счёт. Даже 55 фунтов в неделю это больше, чем месячная зарплата бенинца, марокканца, мавританца, нигерийца, эфиопа, египетского араба, ну и далее до самой Ганы. А глянем на восток – средняя месячная зарплата в Ираке не тянет даже на 236 фунтов, в Афганистане – на 116. И давно подсчитано, что средний подушевой доход в развитых странах по паритету покупательной способности в 50 с лишним раз выше, чем в странах развивающегося мира. Есть вопрос, зачем они бегут? За мультикультурализмом, конечно. Следующий шаг – ещё перспективнее. Получившие статус беженца или временную защиту в стране могут оформить льготный кредит «на интеграцию в британское общество» – для покрытия расходов на аренду жилья, на приобретение предметов домашнего обихода, на получение образования или подготовку к найму на работу. Добавляем еженедельные социальные выплаты по беременности и родам, на поиск работы, по инвалидности или проблемам со здоровьем – а мало тысячи фунтов в месяц? Тогда деваться некуда, вперед на биржу труда. Получай свои вожделенные 3 266 евро – средний уровень ежемесячной заработной платы в стране. 28 афганских зарплат в месяц. Ради них не только через Сахару до ливийского берега добредёшь или через Ла-Манш вплавь кинешься... В прошлом году таких в Великобританию «приплыло» 1,22 миллиона человек. Понятно, все они заполнили бланки заявок на получение убежища и пошли отсыпаться в миграционные центры, нимало не заботясь о том, что их содержание, по данным газеты The Times, обходится британским налогоплательщикам примерно в 4 миллиарда фунтов стерлингов в год. Заполнив до отказа центры, они требуют гостиницы и теперь на размещение нелегалов в отелях уходит порядка 6 миллионов фунтов в сутки. Толерантность стоит дорого. Эта идея – толерантность – в Европе оформилась в концепцию мультикультурализма, требующего поддержки культурного разнообразия у себя стране, с либерального пьяна не углядевшей, что не всякое разнообразие есть культура, то есть то, что от древних греков представляло собой сферу человеческой деятельности по созданию, сохранению и передаче будущему материальных и духовных ценностей. Терпимость без разбору ко всякому «иному» сделало европейцев «терпилами», а «нетолерантность» к представителям других религий, культур, взглядов, традиций тотчас стала «правым экстремизмом», «расизмом», «нацизмом», а теперь ещё и «влиянием Москвы». И что же британцы? Заигравшиеся мультикультурализмом, они показывали Европе пример толерантности по отношению к гостям даже когда фрау Меркель распахнула немецкие объятия, спровоцировав миграционный кризис 2015 года. Это же не британским девочкам арабы задирали юбки в новогоднюю ночь 2016 года в Кёльне... Напомню, около тысячи мигрантов-арабов в ночь на 1 января на вокзале и привокзальной площади очень развеселились, стреляя из петард друг в друга, а потом и в полицию. Приехавшим на праздник в Кёльн немцам приходилось идти сквозь толпу арабов, которые окружали отдельных прибывших и грабили их, охотились за женщинами, окружали их, хватали за интимные места и, конечно, тоже грабили, нисколько не смущаясь присутствием двух сотен полицейских. Причём вполне толерантно, тогда не был арестован ни один из насильников. А британцы только ухмылялись через Ла-Манш. Но в минувшие выходные к вящему изумлению Европы стали бунтовать. С чего бы? В приморском городке Саутпорт на севере Англии 29 июля в центре искусств «Аткинсон» 17-летний Аксель Рудакубана, родители которого иммигрировали из Руанды, зарезал ножом троих детей от шести до девяти лет и ранил ещё десятерых человек, восемь из которых были тоже дети. Полиция поспешила заявить, что произошедшее никак не связано с терроризмом. Guardian пишет, что семья детоубийцы бежала из Руанды «от геноцида». Однако именно туда собирается высылать своих нелегалов Великобритания и уже даже заплатила Руанде 240 миллионов фунтов стерлингов за такую «услугу». Но это к слову... Следующим вечером возле центра искусств на Истбанк-сквер состоялось всенощное бдение, на котором присутствовали тысячи людей. Другая большая группа собралась возле мечети на Сент-Люкс-роуд, куда массово стекаются на молитву иммигранты. Протестующие против засилья чужеземцев и роста их преступности поджигали автомобили, мусорные баки, бросали кирпичи в местную мечеть и повредили магазин. Полиция в ответ применила слезоточивый газ, пишет The Guardian: «В результате стычек демонстрантов с полицией были ранены 22 офицера. Восемь из них получили серьезные травмы, включая переломы, рваные раны, предположительно сломанный нос и сотрясение мозга. Пострадали также три полицейские собаки». Полицейские собаки это, конечно, тоже важно, но через два дня волнения стали массовыми. Протесты антиисламских и антииммиграционных групп распространились уже по всей Великобритании, их мишенями стали мечети и отели, в которых проживают мигранты, сообщил телеканал Sky News. Стало очевидно, что британцев от толерантности тошнит... Владелец SpaceX Илон Маск точно сказал, что массовая миграция и открытые границы повинны в беспорядках в Британии, и «гражданская война неизбежна». Но несмотря на то, что массовые акции протеста не смолкают уже неделю, известно, чем закончится этот всплеск национального самосознания, позвавший британцев на улицу защищать свою, британскую, культуру и честь. Подобное уже было в Австралии 11 декабря 2005 года – сама тому свидетель. В тот день более пяти тысяч местных жителей вышли на пляж, выгнали с него «либанизов» (так в Австралии называют арабов), собрались у станции городской железной дороги и устроили там шестичасовой митинг протеста с одним-единственным требованием: «либанизов» вон! Не индусов, пакистанцев, китайцев, иранцев, вьетнамцев, малайзийцев – всех их «этнической волной», каждой в свое время, прибило к австралийскому берегу – но «либанизов». Почему их? За неделю до этого группа молодых «либанизов» избила двух спасателей North Cronulla Surf Life Saving Club на пляже в Кроналле за то, что те запретили им играть в футбол прямо над головами отдыхающих людей, среди которых, как обычно, половину составляли дети. Спасатели – глубоко уважаемые австралийцами люди, которые совершенно бескорыстно дежурят на пляжах, чтобы в критический момент не дать человеку погибнуть. Сжатую картину того, что было 11 декабря, дал журналисту местной газеты «Лидер» Саре Аллали представитель жителей Кроналлы Брэд Вайттакер (Brad Whittaker): «Этот день был демонстрацией солидарности людей против разгула национальных банд, терроризировавших публику на наших пляжах в течение нескольких лет». И – что? Результатом протеста населения стало избиение этого самого населения полицией Сиднея. Вооруженные дубинками и баллончиками со слезоточивым газом, белые полицейские атаковали демонстрантов. При этом ложь о событии доминировала почти во всех средствах массовой информации Сиднея. Они утверждали, что в Кроналле бунтовали двадцатилетние хулиганы и пьяницы, однако Морису Батчеру, который дал прямо на улице интервью Домиену Мерфи из Sydney Morning Herald, двадцать восемь лет, и на демонстрацию протеста он пришел прямо в своих рабочих бутсах. А «Стили» не назвал своего имени только потому, что «лебанизы придут и застрелят. А у меня четырехлетняя дочь и сыну одиннадцать, и они видят, как эти хамы приходят, окружают бассейн, чтобы никто не мог туда подойти, и купают своих женщин. Или слышат грязные оскорбления в адрес наших девочек. Мой дед дрался с японцами, чтобы видеть Австралию свободной от такого дерьма, и я то же самое делаю здесь сегодня». Насчёт застрелят – далеко не шутка. Уже на следующий день, 12 декабря вечером, более двухсот человек собрались около мечети в Лакемба – часть из них была вооружена пистолетами «Глок» (семнадцать патронов в обойме, запрещен в частном пользовании, является штатным оружием полиции). Потрясая пистолетами, они собирались в рейд на пляж в Марубру. Десятки полицейских машин собрались вокруг мечети, но ни один человек там не был арестован. А через полтора часа около пятидесяти автомобилей, полных «либанизов», вооруженных бейсбольными битами, палками и кольями, прокатились по Марубра Роуд и расколотили всмятку все попавшиеся на пути автомобили и витрины магазинов. Вместе с Кроналлой и Каринба подверглись атакам «либанизов» все пляжные районы Сиднея – Майранда, Брайтон-ле-Сенд, Рокдэйл и Марубра. Не надо быть особенно проницательным, чтобы понять, что именно избиение полицией протестующих жителей Кроналлы накануне спровоцировало волну «либанизского» насилия по отношению к белым австралийцам на следующий день. Власть решила расправиться с родным населением, вместо того чтобы его защитить. То же самое ждёт и британцев. Ответные акции, организованные мусульманскими общинами и левыми политическими силами, уже прошли в Бирмингеме, Брайтоне, Бристоле, Дерби, Ливерпуле, Лондоне, Ньюкасле, Олдершоте, Саутгемптоне и Шеффилде. Обратите внимание на плакаты: «Нет расизму и фашизму», «Национальная служба здравоохранения работает благодаря мигрантам», «Фашисты – вон, беженцы – добро пожаловать», «Сопротивляйся фашизму, выбирай любовь, мир и единство», «Нет ненависти»... По-видимому, негр Рудакубана убивал детей из чистой любви. Уже в первый день протестов по всей Великобритании задержали 378 человек, участвовавших в митингах, заявил глава Национального совета начальников полиции (NPCC) Гэвин Стивенс. И не исключил, что это число будет расти ежедневно. Но это только цветочки. Ягодки пойдут, когда вернётся на британские улицы австралийский «бумеранг», и «Англичане – вон!» станет главным лозунгом пришельцев. ЕЛЕНА ПУСТОВОЙТОВА