Три угла: вера, надежда, любовь
0
408
Фронтовые письма… Кажется, и сегодня они по-прежнему пахнут порохом и дымом, бесконечно дороги эти пожелтевшие от времени листочки, к которым прикасаемся с таким волнением и осторожностью. Само время определило их судьбу – быть исторической ценностью. Они подлежат вечному хранению в наших сердцах. В них сама история, величие и трагедия Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.)
Письма с фронта. Они не шли в конвертах, на них не было марок. Они были сложены треугольником, такую форму письма придумали находчивые воины, и они занимают особое место в нашей истории. Письма складывались простым треугольником, что не требовало конвертов, которых всегда не хватало на фронте. Конверт-треугольник – обычный тетрадный листок, сначала загнутый справа налево, потом слева направо. Оставшаяся полоса бумаги вставлялась, как клапан, внутрь треугольника. Готовое письмо не заклеивалось – его должна была прочитать цензура, почтовая марка была не нужна, адрес писался на наружной стороне листа. Постановление №ГКО-37 сс от 6 июля 1941 года о мерах политического контроля почтово-телеграфной корреспонденции: не включались сообщения и сведения военно-экономического и политического характера, объём каждого письма не превышал четыре страницы формата почтовой бумаги, а также виды и фото с территории расположения.
В фондах Копейского краеведческого музея бережно хранятся 219 экземпляров этих бесценных документов, оживляющих суровую правду о войне. Родственники передавали письма в музей с надеждой: пока память жива – живы будут и их сыновья, отцы, отдавшие свои жизни за самое святое – Родину. Подробнее о письмах рассказала научный сотрудник сектора учета музейных предметов МУ «Краеведческий музей» Дарья Регнер.
Расскажем о нескольких фронтовых письмах копейчан, в том числе принадлежащих А.К. Рункову.
Довоенная биография Анатолия Рункова проста. Родился в 1922 году. В 15 лет стал комсомольцем. Учился в школе № 6. Вот и всё. Но кто из парней тех лет не мечтал стать лётчиком? Загорелся этим желанием и он. Поступил в аэроклуб. В 1940 году Копейский горком комсомола по путёвке направил его в школу военных лётчиков. Анатолий был рад и горд безмерно. Начались дни напряжённой боевой учёбы. 23 сентября 1940 года принял военную присягу. После окончания лётного училища в 1942 году Анатолий был направлен на фронт.
Интересна история одного из писем Рункова. Эта история началась, когда семья Анатолия вынуждена была уехать из родного города в Иркутскую область, куда на строительство Черемховского завода срочно был направлен его отец. Так родные потеряли друг друга. На все запросы в воинской части о сыне приходили неутешительные ответы. Помогло письмо Анатолия от 02.07.1944г. отправленное секретарю Копейского горкома комсомола. Оно было зачитано по местному радиовещанию. Родители узнали адрес сына. И вот пришло долгожданное первое и … последнее письмо от Анатолия, в котором он писал:
«Дорогие папа, мама и Вовочка! Какое счастье! Я получил ваши письма. Я был на аэродроме, мне позвонили из штаба, что пришли письма от родителей, ведь в полку все знали, что я ищу родных…, напишу коротко о себе. Я прошёл путь от Чёрного моря и до Балтийского… Был в Закавказье, на Северном Кавказе, на Кубани, на Волге… Здоровье хорошее, настроение тоже неплохое. Обо мне не беспокойтесь. Пули и снаряды меня не трогают, прямо сам удивляюсь… Вот о себе и всё. Бью фашистских гадов и за себя, и за вас, за кровь родных товарищей. Будут помнить сволочи Россию и народ русский… Целую крепко. Ваш Анатолий. 1августа 1944 года».
А вскоре пришла похоронка, извещавшая родителей о том, что их сын погиб смертью храбрых за освобождение Прибалтики 5 августа 1944 года:
«… Ваш сын Анатолий, выполняя задание командования, проявляя мужество и геройство в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками… 5августа 1944 года погиб смертью храбрых за освобождение Советской Прибалтики…».
Рункову шёл 22-й год. Он навсегда остался молодым. Его имя написано золотыми буквами на мемориальной доске, установленной на здании школы № 6, в которой он учился.
В Копейском краеведческом музее храниться персональная папка нашего героического копейчанина, которая содержит фотографии, письма, статьи из газет. А также содержится удивительный артефакт – земля с могилы героя, похороненного в псковской области, которую он освобождал.
О чём думал солдат, когда, склонившись над листком бумаги, торопливо сочинял письмо домой – родителям, жене, невесте? Конечно, о семье, о товарищах, о войне. Он спешил поделиться своими радостями и горестями, бедами и победами, спешил рассказать о солдатском своём житье. Главная его забота – успокоить близких, сообщить, что жив – здоров, воюет, бьёт врага, и заверить, что вернётся с победой.
В фондах музея хранится 130 писем копейчанина Ивана Михайловича Старикова, призванного Копейским горвоенкоматом 15 июня 1943 года в Красную армию.
Согласно сохранившейся легенде, эти письма несколько лет назад в МУ «Краеведческий музей» сдали жильцы, которые случайно обнаружили их в купленной квартире. Письма были аккуратно прошиты вместе с дневниковыми записями, постранично пронумерованы и вложены между картонными обложками скоросшивателя. На обложке едва заметная потёртая надпись карандашом: «Личное дело. Не местный». Хронологически дневниковые записи охватывают период с 1 июля 1942 года по 7 ноября 1942 года, а письма, адресованные Анне Трофимовне Блиновой, с 17 июня 1943 года по 8 ноября 1945 года. На обложке дневника – многократные росписи, аналогичные тем, которые на треугольниках писем.
В одном из писем, датированным 05.07.1944 г., содержится стихотворение, посвящённое Иваном своей невесте Ане Блиновой:
Ане Блиновой! – Любимой!
Ты не злись пурга и вьюга
Не запугивай меня
На Урале есть подруга
Синеглазая моя.
Уезжал на фронт из дома
Оставлял свою семью
Целовал я крепко Аню
Синеглазую свою.
Провожала руку жала
Взгляд бросала на меня
И осталась на вокзале
Синеглазая моя.
Не возьмет меня усталость
Запою я у огня
Где-ж ты милая осталась
Синеглазая моя!
Скоро. Скоро я приеду
В свои вольные края
Привезу с собой Победу
Синеглазая моя!
От твоего: И. Старикова.
Читаешь такие строки, и на душе становится светло и тепло.
Хочется поделиться с читателем информацией о нашем копейчанине, участнике Великой Отечественной войны Григории Михайловиче Жданове. Ксерокопии его писем принесла нам в музей краевед, ветеран педагогического труда Зинаида Ивановна Окольничникова. Нам представилась возможность познакомиться с письмами с фронта, написанными Григорием своей матери Анастасии Николаевне Ждановой.
Григорий Жданов родился 20 января 1910 года в деревне Мало-Дюрягино Шумихинского района Курганской области. Трудовую деятельность начал слесарем в машинно-тракторной станции Красовского района Омской области, где проработал с 1934 года по 1936 год. В 1937 году Григорий Михайлович переезжает в Копейск. Начинает работать старшим пионерским вожатым в школе № 2.
Весной 1941 года Жданова призвали в армию на переподготовку. И уже 18 июня, за 4 дня до начала войны, подразделение было отправлено на запад. О нападении фашистов на нашу страну солдаты узнали в дороге. Так началась фронтовая судьба нашего земляка.
В 1943 году Жданов был ранен. О чём свидетельствует его письмо домой, датированное 30.12.1943 г.
«Здравствуй, дорогая мамаша! Шлю тебе горячий фронтовой привет и желаю самого наилучшего здоровья. Сообщаю тебе, что пока я жив, и, можно считать, здоров. Пока нахожусь на лечении по случаю ранения, как я уже Вам писал об этом в письме, которое было 10 октября. На днях, наверное, вернусь в свою часть. Мама, если бы пришёл домой, то ты, наверное, не узнала бы меня. Я порядочно изменился, немного постарел, кое-где в волосах есть седины, прибавились морщины. Мы с тобой не виделись уже 28 месяцев: это 2 года и 4 месяца. Я уходил только на 45 дней, но вот война, и сколько она ещё продлится – неизвестно. Но всё-таки должен ей быть скоро конец. Немцы бегут, мы их гоним на запад. Проклятый враг жжёт всё: деревни и города. Поздравляю тебя с праздником, с Великим Октябрём. Твой сын Григорий Жданов».
Вернувшись из госпиталя на фронт, Григорий Жданов воевал в 1122 стрелковом полку, был командиром 76-миллиметрового орудия. В письме от 03.05.1944 г. рассказывает:
«Здравствуй, дорогая мама! Шлю тебе горячий фронтовой привет, желаю крепкого здоровья и долгих лет жизни. Праздник 1 Мая провели по-фронтовому, выпили водки по 300 грамм, закусили селёдочкой… Всё как положено. Беспокоюсь о тебе. Обеспечена ли ты? Здорова ли? Моя жизнь Вам уже известна. Живём в лесах, в болотах, не видим мирных жителей. В домах не был уже полгода. Живём в землянках. Бьём немца, освобождаем Советскую землю от гитлеровских разбойников. Остаюсь жив, здоров. Твой сын Григорий».
Не было на фронте человека, который бы не скучал по родному дому. Неслучайно почти все письма начинаются с обращения к родным и близким: «милая мама», «мои родные», «дорогие мои дети», «любимая Аня» и т.д.
Письма с фронтов Великой Отечественной войны – документы огромной силы. В пропахших порохом строках – дыхание войны, грубость суровых окопных будней, нежность солдатского сердца, вера в Победу.
В краеведческом музее хранятся 20 фронтовых писем из семейного архива Заломовых. В одном из писем Антонина Фёдоровна Заломова (к сожалению, о её жизни ничего неизвестно) пишет своей сестре копейчанке Евдокии Фёдоровне. Письмо, датированное 02.04.1944 г.
«Дорогая моя сестра. Сегодня мне особенно скучно. Решила черкнуть тебе. Хотя сколько раз зарекалась не писать первой. Но думаю, что может быть ты и невиновата, а причина, почта. Вообщем пишу:У меня некоторая перемена в жизни. Именно: Я перешла работать в другой госпиталь нашей армии. Работаю палатной сестрой. Удовлетворения в работе нахожу мало. Хочется, чего-то нового, да и вообще всё осточертело. Хотя бы на минуту забыть настоящее и уйти в прошлое. Ах! Да что и говорить. Из дому вообще ничего не получаю, не знаю, что они молчат. С кем я переписываюсь, это только с мамой изредка, да с Алей Моргуновой. А сестрицы, очевидно, решили порвать связь. Ну что уж бог с ними. Навязывать себя не буду. У меня ведь тоже есть самолюбие и упрямство. Постараюсь молчать, хотя я сейчас одна, как сосна на севере диком. Получила одно письмо от Алексея, ещё в ноябре и больше нет. Пиши, ты моя дорогая. Жду, как соловей лета. Целую. Твоя Тоня».
Письмо автора передаёт тревогу и переживания за родных, оставшихся в тылу. В этом фронтовом письме, как и в тысячи других содержится целый мир мыслей, чувств, страстей людей, познавших на себе, что такое война.
Письмо от 10 августа 1943 года написано в такой переломный момент в истории Великой Отечественной войны – как победа на Курской дуге. Оно отражает уверенность в силах по разгрому фашистов. Почтовые открытки этого периода сопровождались не только изображениями военной тематики, но и цитатой И.В.Сталина: «Мы можем и должны очистить свою землю от гитлеровской нечисти!».
На таких открытках фронтовики писали о своей жгучей ненависти к врагу за страдания и потери родных, за слёзы любимых, за Родину: «я буду бить врага до последних сил…», «…отомщу за разрушенное село», «верю, что расквитаемся с фрицами», «мама, немчура бежит от нас, мы им зубы переломали».
Фронтовым письмам, уже почти 80 лет. Они дошли до нас обожжённые, надорванные, полуистлевшие как свидетельства Великой Победы. Анализируя и изучая эти письма, возникла проблема расшифровки их текстов.
Каждое письмо, которое бережно хранится в фондах Копейского краеведческого музея имеет особую ценность, особый смысл. Нам необходимо сохранить память об этих людях сильных духом.
Письма с фронта. Они не шли в конвертах, на них не было марок. Они были сложены треугольником, такую форму письма придумали находчивые воины, и они занимают особое место в нашей истории. Письма складывались простым треугольником, что не требовало конвертов, которых всегда не хватало на фронте. Конверт-треугольник – обычный тетрадный листок, сначала загнутый справа налево, потом слева направо. Оставшаяся полоса бумаги вставлялась, как клапан, внутрь треугольника. Готовое письмо не заклеивалось – его должна была прочитать цензура, почтовая марка была не нужна, адрес писался на наружной стороне листа. Постановление №ГКО-37 сс от 6 июля 1941 года о мерах политического контроля почтово-телеграфной корреспонденции: не включались сообщения и сведения военно-экономического и политического характера, объём каждого письма не превышал четыре страницы формата почтовой бумаги, а также виды и фото с территории расположения.
В фондах Копейского краеведческого музея бережно хранятся 219 экземпляров этих бесценных документов, оживляющих суровую правду о войне. Родственники передавали письма в музей с надеждой: пока память жива – живы будут и их сыновья, отцы, отдавшие свои жизни за самое святое – Родину. Подробнее о письмах рассказала научный сотрудник сектора учета музейных предметов МУ «Краеведческий музей» Дарья Регнер.
Расскажем о нескольких фронтовых письмах копейчан, в том числе принадлежащих А.К. Рункову.
Довоенная биография Анатолия Рункова проста. Родился в 1922 году. В 15 лет стал комсомольцем. Учился в школе № 6. Вот и всё. Но кто из парней тех лет не мечтал стать лётчиком? Загорелся этим желанием и он. Поступил в аэроклуб. В 1940 году Копейский горком комсомола по путёвке направил его в школу военных лётчиков. Анатолий был рад и горд безмерно. Начались дни напряжённой боевой учёбы. 23 сентября 1940 года принял военную присягу. После окончания лётного училища в 1942 году Анатолий был направлен на фронт.
Интересна история одного из писем Рункова. Эта история началась, когда семья Анатолия вынуждена была уехать из родного города в Иркутскую область, куда на строительство Черемховского завода срочно был направлен его отец. Так родные потеряли друг друга. На все запросы в воинской части о сыне приходили неутешительные ответы. Помогло письмо Анатолия от 02.07.1944г. отправленное секретарю Копейского горкома комсомола. Оно было зачитано по местному радиовещанию. Родители узнали адрес сына. И вот пришло долгожданное первое и … последнее письмо от Анатолия, в котором он писал:
«Дорогие папа, мама и Вовочка! Какое счастье! Я получил ваши письма. Я был на аэродроме, мне позвонили из штаба, что пришли письма от родителей, ведь в полку все знали, что я ищу родных…, напишу коротко о себе. Я прошёл путь от Чёрного моря и до Балтийского… Был в Закавказье, на Северном Кавказе, на Кубани, на Волге… Здоровье хорошее, настроение тоже неплохое. Обо мне не беспокойтесь. Пули и снаряды меня не трогают, прямо сам удивляюсь… Вот о себе и всё. Бью фашистских гадов и за себя, и за вас, за кровь родных товарищей. Будут помнить сволочи Россию и народ русский… Целую крепко. Ваш Анатолий. 1августа 1944 года».
А вскоре пришла похоронка, извещавшая родителей о том, что их сын погиб смертью храбрых за освобождение Прибалтики 5 августа 1944 года:
«… Ваш сын Анатолий, выполняя задание командования, проявляя мужество и геройство в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками… 5августа 1944 года погиб смертью храбрых за освобождение Советской Прибалтики…».
Рункову шёл 22-й год. Он навсегда остался молодым. Его имя написано золотыми буквами на мемориальной доске, установленной на здании школы № 6, в которой он учился.
В Копейском краеведческом музее храниться персональная папка нашего героического копейчанина, которая содержит фотографии, письма, статьи из газет. А также содержится удивительный артефакт – земля с могилы героя, похороненного в псковской области, которую он освобождал.
О чём думал солдат, когда, склонившись над листком бумаги, торопливо сочинял письмо домой – родителям, жене, невесте? Конечно, о семье, о товарищах, о войне. Он спешил поделиться своими радостями и горестями, бедами и победами, спешил рассказать о солдатском своём житье. Главная его забота – успокоить близких, сообщить, что жив – здоров, воюет, бьёт врага, и заверить, что вернётся с победой.
В фондах музея хранится 130 писем копейчанина Ивана Михайловича Старикова, призванного Копейским горвоенкоматом 15 июня 1943 года в Красную армию.
Согласно сохранившейся легенде, эти письма несколько лет назад в МУ «Краеведческий музей» сдали жильцы, которые случайно обнаружили их в купленной квартире. Письма были аккуратно прошиты вместе с дневниковыми записями, постранично пронумерованы и вложены между картонными обложками скоросшивателя. На обложке едва заметная потёртая надпись карандашом: «Личное дело. Не местный». Хронологически дневниковые записи охватывают период с 1 июля 1942 года по 7 ноября 1942 года, а письма, адресованные Анне Трофимовне Блиновой, с 17 июня 1943 года по 8 ноября 1945 года. На обложке дневника – многократные росписи, аналогичные тем, которые на треугольниках писем.
В одном из писем, датированным 05.07.1944 г., содержится стихотворение, посвящённое Иваном своей невесте Ане Блиновой:
Ане Блиновой! – Любимой!
Ты не злись пурга и вьюга
Не запугивай меня
На Урале есть подруга
Синеглазая моя.
Уезжал на фронт из дома
Оставлял свою семью
Целовал я крепко Аню
Синеглазую свою.
Провожала руку жала
Взгляд бросала на меня
И осталась на вокзале
Синеглазая моя.
Не возьмет меня усталость
Запою я у огня
Где-ж ты милая осталась
Синеглазая моя!
Скоро. Скоро я приеду
В свои вольные края
Привезу с собой Победу
Синеглазая моя!
От твоего: И. Старикова.
Читаешь такие строки, и на душе становится светло и тепло.
Хочется поделиться с читателем информацией о нашем копейчанине, участнике Великой Отечественной войны Григории Михайловиче Жданове. Ксерокопии его писем принесла нам в музей краевед, ветеран педагогического труда Зинаида Ивановна Окольничникова. Нам представилась возможность познакомиться с письмами с фронта, написанными Григорием своей матери Анастасии Николаевне Ждановой.
Григорий Жданов родился 20 января 1910 года в деревне Мало-Дюрягино Шумихинского района Курганской области. Трудовую деятельность начал слесарем в машинно-тракторной станции Красовского района Омской области, где проработал с 1934 года по 1936 год. В 1937 году Григорий Михайлович переезжает в Копейск. Начинает работать старшим пионерским вожатым в школе № 2.
Весной 1941 года Жданова призвали в армию на переподготовку. И уже 18 июня, за 4 дня до начала войны, подразделение было отправлено на запад. О нападении фашистов на нашу страну солдаты узнали в дороге. Так началась фронтовая судьба нашего земляка.
В 1943 году Жданов был ранен. О чём свидетельствует его письмо домой, датированное 30.12.1943 г.
«Здравствуй, дорогая мамаша! Шлю тебе горячий фронтовой привет и желаю самого наилучшего здоровья. Сообщаю тебе, что пока я жив, и, можно считать, здоров. Пока нахожусь на лечении по случаю ранения, как я уже Вам писал об этом в письме, которое было 10 октября. На днях, наверное, вернусь в свою часть. Мама, если бы пришёл домой, то ты, наверное, не узнала бы меня. Я порядочно изменился, немного постарел, кое-где в волосах есть седины, прибавились морщины. Мы с тобой не виделись уже 28 месяцев: это 2 года и 4 месяца. Я уходил только на 45 дней, но вот война, и сколько она ещё продлится – неизвестно. Но всё-таки должен ей быть скоро конец. Немцы бегут, мы их гоним на запад. Проклятый враг жжёт всё: деревни и города. Поздравляю тебя с праздником, с Великим Октябрём. Твой сын Григорий Жданов».
Вернувшись из госпиталя на фронт, Григорий Жданов воевал в 1122 стрелковом полку, был командиром 76-миллиметрового орудия. В письме от 03.05.1944 г. рассказывает:
«Здравствуй, дорогая мама! Шлю тебе горячий фронтовой привет, желаю крепкого здоровья и долгих лет жизни. Праздник 1 Мая провели по-фронтовому, выпили водки по 300 грамм, закусили селёдочкой… Всё как положено. Беспокоюсь о тебе. Обеспечена ли ты? Здорова ли? Моя жизнь Вам уже известна. Живём в лесах, в болотах, не видим мирных жителей. В домах не был уже полгода. Живём в землянках. Бьём немца, освобождаем Советскую землю от гитлеровских разбойников. Остаюсь жив, здоров. Твой сын Григорий».
Не было на фронте человека, который бы не скучал по родному дому. Неслучайно почти все письма начинаются с обращения к родным и близким: «милая мама», «мои родные», «дорогие мои дети», «любимая Аня» и т.д.
Письма с фронтов Великой Отечественной войны – документы огромной силы. В пропахших порохом строках – дыхание войны, грубость суровых окопных будней, нежность солдатского сердца, вера в Победу.
В краеведческом музее хранятся 20 фронтовых писем из семейного архива Заломовых. В одном из писем Антонина Фёдоровна Заломова (к сожалению, о её жизни ничего неизвестно) пишет своей сестре копейчанке Евдокии Фёдоровне. Письмо, датированное 02.04.1944 г.
«Дорогая моя сестра. Сегодня мне особенно скучно. Решила черкнуть тебе. Хотя сколько раз зарекалась не писать первой. Но думаю, что может быть ты и невиновата, а причина, почта. Вообщем пишу:У меня некоторая перемена в жизни. Именно: Я перешла работать в другой госпиталь нашей армии. Работаю палатной сестрой. Удовлетворения в работе нахожу мало. Хочется, чего-то нового, да и вообще всё осточертело. Хотя бы на минуту забыть настоящее и уйти в прошлое. Ах! Да что и говорить. Из дому вообще ничего не получаю, не знаю, что они молчат. С кем я переписываюсь, это только с мамой изредка, да с Алей Моргуновой. А сестрицы, очевидно, решили порвать связь. Ну что уж бог с ними. Навязывать себя не буду. У меня ведь тоже есть самолюбие и упрямство. Постараюсь молчать, хотя я сейчас одна, как сосна на севере диком. Получила одно письмо от Алексея, ещё в ноябре и больше нет. Пиши, ты моя дорогая. Жду, как соловей лета. Целую. Твоя Тоня».
Письмо автора передаёт тревогу и переживания за родных, оставшихся в тылу. В этом фронтовом письме, как и в тысячи других содержится целый мир мыслей, чувств, страстей людей, познавших на себе, что такое война.
Письмо от 10 августа 1943 года написано в такой переломный момент в истории Великой Отечественной войны – как победа на Курской дуге. Оно отражает уверенность в силах по разгрому фашистов. Почтовые открытки этого периода сопровождались не только изображениями военной тематики, но и цитатой И.В.Сталина: «Мы можем и должны очистить свою землю от гитлеровской нечисти!».
На таких открытках фронтовики писали о своей жгучей ненависти к врагу за страдания и потери родных, за слёзы любимых, за Родину: «я буду бить врага до последних сил…», «…отомщу за разрушенное село», «верю, что расквитаемся с фрицами», «мама, немчура бежит от нас, мы им зубы переломали».
Фронтовым письмам, уже почти 80 лет. Они дошли до нас обожжённые, надорванные, полуистлевшие как свидетельства Великой Победы. Анализируя и изучая эти письма, возникла проблема расшифровки их текстов.
Каждое письмо, которое бережно хранится в фондах Копейского краеведческого музея имеет особую ценность, особый смысл. Нам необходимо сохранить память об этих людях сильных духом.