Экскурсия в Музей предпринимателей, меценатов и благотворителей
16 февраля в рамках проекта «Память о лучших сынах Московии» в Музее предпринимателей, меценатов и благотворителей состоялась молодежная встреча-беседа, посвященная истории благотворительности. Группу встретила заместитель директора музея Лисицына Алла Владимировна и провела увлекательную экскурсию по экспозиции музея.
Перед тем, как рассказать о том, что мы узнали нового и интересного, хотелось бы поделиться некоторыми мыслями.
За последние десятилетия мы как-то стали считать за норму, что нам все, и в первую очередь - государство, должны. А мы при этом никому, и в первую очередь – государству, ничего не должны. Вот такое вот паразитирующее мировоззрение. И как-то совсем забывается, что люди – это государство, а государство – это люди. До революции Россия жила мыслью о Боге, верой и страхом Божием, в советское время – мыслью о равенстве и всеобщем благе и с глубоким чувством ответственности. В век XXI Россия ступила с мыслью о собственном брюхе и корыте и с извращенным представлением о свободе, которым прикрывается вседозволенность и безответственность. «После меня хоть потоп» - самая продвигаемая ныне установка. Нет, не в материальном плане. Сортировать мусор, сажать деревья, перерабатывать отходы и бережно относиться к природе мы все больше и больше привыкаем. Установка про «потоп» все более начинает доминировать в духовной области. И речь даже не о религии, а о нравственности, понятии нормы, дозволенности, приличии, стыде в конце концов. Всякое «самовыражение» (читай - испражнение) в социальное пространство теперь признается либеральной общественностью «правом» или «свободой» человека. При этом ответственность за то, что в твои экскременты может кто-то вляпаться (особенно, дети, которые «всякую гадость пробуют на вкус»), по непонятным причинам снимается. «Не хочешь, не смотри», «не нравится, не читай».
Сейчас в стране множество проблем, но, укрепляясь в мысли, что нам все должны, а мы – никому, делаем ли мы лично хоть что-то, помимо тяжелых вздохов или зубоскаленья в социальных сетях, чтобы жизнь наша выправилась? Нет, это не призыв броситься спасать мир, наплевав на свою семью, близких друзей. Каждый хорош на своем месте, у каждого разные возможности и способности. Но будем честными, многие ли из нас задумываются не только о том, чтобы заработать, но и о том, чтобы плоды нашего труда приносили какую-то пользу, ну или хотя бы не вредили? Трудимся ли мы по совести, или просто зашибаем бабло здесь и сейчас, а проблемы остальных нас не волнуют. Ведь и хлеб продавать, и полы мыть, и за компьюером работать можно по-разному.
Гуляя по городу, всмотритесь в старинные здания, храмы, учреждения. Многие из них появились на средства жертвователей и меценатов. Причем это была не та «благотворительность», которую ныне совершают ради хэштегов в инстаграме, модного браслетика, от продажи которого нуждающимся переводится 0,01 р., а остальное – карман организаторов, или ради налоговых льгот. Это была действительная деятельная благотворительность.
В ходе экскурсии мы услышали об истории семей Хлудовых, Солодовниковых, Абрикосовых, Бахрушиных, Рябушинских и других.
Хлудовы
С историей династии я частично познакомилась во время паломничества «Владимирская Русь». Одним из заключительных мест маршрута стал город Егорьевск, в котором младший их сыновей И.И. Хлудова - Давид Иванович - был городским головой, и в котором хранят добрую память о нем.
П.Б. Струве называл Хлудовых "пионерами подлинной самобытной русской промышленности". С этой фамилией связано возникновение Хлудовской псалтири, Хлудовской богадельни, Хлудовских бань, детской Хлудовской больницы.
Иван Иванович Хлудов, основатель династии меценатов и промышленников, родился в 1786 году в семье крепостного крестьянина Ивана Афанасьевича Хлудова в деревне Акатово Егорьевского уезда Рязанской губернии. Предприимчивый молодой человек в 1817, скопив немного денег, перебрался в Москву и попробовал себя на стезе купечества, в чем быстро преуспел.
Иван Иванович Хлудов
Так как в Егорьевском уезде было очень развито кустарное ткачество по избам, то и Хлудовы, зная это ремесло, стали ткать кушаки. Пряжу красил сам глава семейства, а сыновья Тарас и Савелий полоскали ее в Яузе. Сняв первый кушак со стана, Иван Иванович с трепетом понес его на Красную площадь, в тогдашние старые Ряды. Показав свою работу купцу, Хлудов, изучивший к тому моменту цены на аналогичную продукцию, запросил за изделия сто рублей (самому ему изготовление этих кушаков обошлось в 35 р.). Начинающий торговец ожидал какой угодно реакции на столь смелую цену. Однако купец, внимательно осмотревший хлудовский товар, достал требуемые деньги и велел Ивану Ивановичу впредь приносить свои изделия только ему. Так понемногу дело пошло. Со временем появились и наемные рабочие.
В московское купечество Хлудов был приписан в 1824 году, в 1831 стал купцом 1-й гильдии. А десять лет спустя Иван Иванович приобрел в Москве для своей торговли две лавки: одну в Гостином дворе, другую в Городских рядах. В 1835 году Хлудов наконец-то купил собственный дом по Старо-Косьмодемьяновскому переулку (дом сохранился и по сей день), куда переехал со всей многочисленной семьей, кроме одного сына — Савелия, который за несколько лет до этого женился и отделился от отца.
Всего у Хлудовых родилось 11 детей, но 4 из них скончалось в раннем возрасте.
После кончины Ивана Ивановича в 1835 году его братья Савелий, Алексей, Назар, Герасим и Давыд на полученные в наследство деньги учредили Торговый дом «А., Н., Г и Д. Ивана Хлудова сыновья».
Сыновья не только удержали отцовское дело на плаву, но и существенно его расширили. Так, в 1842 году они решились на постройку в Егорьевске бумагопрядильной фабрики.
Младший из братьев, Давид Иванович, унаследовал особое устремление к духовной благочестивой жизни, принятой в семье Хлудовых, и в после 39 лет посвятил свою жизнь строительству и благоустроению храмов. Он благотворительствовал Бобреневу монастырю в Коломне, Николо-Пешношскому монастырю, Иоанно-Богословскому монастырю на Рязанщине.
В 1857 году Давид Иванович становится городским головой Егорьевска, а в 1861 г. выходит из Торгового дома при его разделе, чтобы иметь достаточное количество средств для дел милосердия.
"Не нравится мне, что люди богатые капиталы для дела благотворительности завещают после свой смерти. Отдам все из теплых рук; умру - валяться не буду; кто-нибудь да похоронит," - говорил Давид Иванович.
Давид Иванович Хлудов
В к. 1850-х по пути из Егорьевска в Коломну Давид Иванович увидел полуразрушенный монастырь. Так его чаяниями началось восстановление Богородицерождественский Бобренев монастырь, выстроенный в 14 веке воеводой святого благоверного князя Димитрия Донского в благодарность Царице Небесной после победы на Куликовой поле. Бобренев монастырь в то время был приписан к Новоголутвинскому монастырю, и чтобы сделать его самостоятельным, Хлудов - младший купил и пожертвовал обители два больших участка земли. Митрополит Филарет (Дроздов), узнав о такой щедрости, написал свою благодарность и благословил мецената.
В 1857 году Давид Иванович был избран на должность старосты Успенского собора г. Егорьевска. Трудами Давида Ивановича в 1861 году в Сергиевском храме Николо-Пешношского монастыря был установлен позолоченный иконостас, храм был отреставрирован, а старый иконы получили серебряные ризы.
На следующий год Хлудов вместе с Н.И. Каулиным выстроили церковь в честь Рождества Пресвятой Богородице в с. Никольское-Трубецкое (сейчас - Балашинский район).
Когда в 1860 г. Давид Иванович приобрел имение поблизости Иоанно-Богословского монастыря в Рязанской губернии, он был поражен плачевным состоянием обители. Хлудов принялся за восстановление монастыря. В 1865 году он написал прошение в Священный Синод сделать монастырь общежительным и дал обещание пожертвовать обители свой дом, усадьбу, луговую землю и выстроить паломнические гостиницы. Свое обещание он выполнил. В 1867 появилась двухэтажная гостиница, а также было организовано транспортное сообщение от станции до монастыря. Стараниями Хлудова был восстановлен Иоанно-Богословский храм, выстроен Успенский собор и колокольня. Спустя год для увеличившейся братии был выстроен новый корпус. В 1869 г. при обители появилось училище для крестьянских детей. В 1873 году началось строительство богадельни при монастыре с домовым храмом в честь Казанской иконы Божией Матери.
Свой дом в Москве на Ордынке Хлудов пожертвовал для Московского епархиального училища иконописания и ремесел.
Многие храмы и обители хранят память о доброте и щедрости Давида Ивановича. Он содействовал строительству храма в с. Крестовоздвиженском Богородского уезда, украсил храм св. Косьмы и Дамиана, при котором 32 года был старостой.
Помогал Давид Иванович и другим храмам.
Давид Иванович был удостоен ордена святого Станислава II-й степени и ордена святой Анна II-й степени за общественно-полезную деятельность и благотворительность. В 1870 году указом Императора был награжден орденом св. князя Владимира IV-й степени "За примерное усердие и пожертвования его по устройству Рязанского Богословского третьеклассного общежительного монастыря". В 1874 году Император удостоил его ордена св. князя Владимира III-й степени "За примерное усердие к Церкви и значительные в пользу оной пожертвования".
Скончался Давид Иванович Хлудов в 1886 году в бедности, отдав все свои средства на строительство Александро-Невского храма в Егорьевске. Его похоронили в Московском Покровском монастыре в усыпальнице Хлудовых.
Продолжение - в следующей части.
Перед тем, как рассказать о том, что мы узнали нового и интересного, хотелось бы поделиться некоторыми мыслями.
За последние десятилетия мы как-то стали считать за норму, что нам все, и в первую очередь - государство, должны. А мы при этом никому, и в первую очередь – государству, ничего не должны. Вот такое вот паразитирующее мировоззрение. И как-то совсем забывается, что люди – это государство, а государство – это люди. До революции Россия жила мыслью о Боге, верой и страхом Божием, в советское время – мыслью о равенстве и всеобщем благе и с глубоким чувством ответственности. В век XXI Россия ступила с мыслью о собственном брюхе и корыте и с извращенным представлением о свободе, которым прикрывается вседозволенность и безответственность. «После меня хоть потоп» - самая продвигаемая ныне установка. Нет, не в материальном плане. Сортировать мусор, сажать деревья, перерабатывать отходы и бережно относиться к природе мы все больше и больше привыкаем. Установка про «потоп» все более начинает доминировать в духовной области. И речь даже не о религии, а о нравственности, понятии нормы, дозволенности, приличии, стыде в конце концов. Всякое «самовыражение» (читай - испражнение) в социальное пространство теперь признается либеральной общественностью «правом» или «свободой» человека. При этом ответственность за то, что в твои экскременты может кто-то вляпаться (особенно, дети, которые «всякую гадость пробуют на вкус»), по непонятным причинам снимается. «Не хочешь, не смотри», «не нравится, не читай».
Сейчас в стране множество проблем, но, укрепляясь в мысли, что нам все должны, а мы – никому, делаем ли мы лично хоть что-то, помимо тяжелых вздохов или зубоскаленья в социальных сетях, чтобы жизнь наша выправилась? Нет, это не призыв броситься спасать мир, наплевав на свою семью, близких друзей. Каждый хорош на своем месте, у каждого разные возможности и способности. Но будем честными, многие ли из нас задумываются не только о том, чтобы заработать, но и о том, чтобы плоды нашего труда приносили какую-то пользу, ну или хотя бы не вредили? Трудимся ли мы по совести, или просто зашибаем бабло здесь и сейчас, а проблемы остальных нас не волнуют. Ведь и хлеб продавать, и полы мыть, и за компьюером работать можно по-разному.
Гуляя по городу, всмотритесь в старинные здания, храмы, учреждения. Многие из них появились на средства жертвователей и меценатов. Причем это была не та «благотворительность», которую ныне совершают ради хэштегов в инстаграме, модного браслетика, от продажи которого нуждающимся переводится 0,01 р., а остальное – карман организаторов, или ради налоговых льгот. Это была действительная деятельная благотворительность.
В ходе экскурсии мы услышали об истории семей Хлудовых, Солодовниковых, Абрикосовых, Бахрушиных, Рябушинских и других.
Хлудовы
С историей династии я частично познакомилась во время паломничества «Владимирская Русь». Одним из заключительных мест маршрута стал город Егорьевск, в котором младший их сыновей И.И. Хлудова - Давид Иванович - был городским головой, и в котором хранят добрую память о нем.
П.Б. Струве называл Хлудовых "пионерами подлинной самобытной русской промышленности". С этой фамилией связано возникновение Хлудовской псалтири, Хлудовской богадельни, Хлудовских бань, детской Хлудовской больницы.
Иван Иванович Хлудов, основатель династии меценатов и промышленников, родился в 1786 году в семье крепостного крестьянина Ивана Афанасьевича Хлудова в деревне Акатово Егорьевского уезда Рязанской губернии. Предприимчивый молодой человек в 1817, скопив немного денег, перебрался в Москву и попробовал себя на стезе купечества, в чем быстро преуспел.
Иван Иванович Хлудов
Так как в Егорьевском уезде было очень развито кустарное ткачество по избам, то и Хлудовы, зная это ремесло, стали ткать кушаки. Пряжу красил сам глава семейства, а сыновья Тарас и Савелий полоскали ее в Яузе. Сняв первый кушак со стана, Иван Иванович с трепетом понес его на Красную площадь, в тогдашние старые Ряды. Показав свою работу купцу, Хлудов, изучивший к тому моменту цены на аналогичную продукцию, запросил за изделия сто рублей (самому ему изготовление этих кушаков обошлось в 35 р.). Начинающий торговец ожидал какой угодно реакции на столь смелую цену. Однако купец, внимательно осмотревший хлудовский товар, достал требуемые деньги и велел Ивану Ивановичу впредь приносить свои изделия только ему. Так понемногу дело пошло. Со временем появились и наемные рабочие.
В московское купечество Хлудов был приписан в 1824 году, в 1831 стал купцом 1-й гильдии. А десять лет спустя Иван Иванович приобрел в Москве для своей торговли две лавки: одну в Гостином дворе, другую в Городских рядах. В 1835 году Хлудов наконец-то купил собственный дом по Старо-Косьмодемьяновскому переулку (дом сохранился и по сей день), куда переехал со всей многочисленной семьей, кроме одного сына — Савелия, который за несколько лет до этого женился и отделился от отца.
Всего у Хлудовых родилось 11 детей, но 4 из них скончалось в раннем возрасте.
После кончины Ивана Ивановича в 1835 году его братья Савелий, Алексей, Назар, Герасим и Давыд на полученные в наследство деньги учредили Торговый дом «А., Н., Г и Д. Ивана Хлудова сыновья».
Сыновья не только удержали отцовское дело на плаву, но и существенно его расширили. Так, в 1842 году они решились на постройку в Егорьевске бумагопрядильной фабрики.
Младший из братьев, Давид Иванович, унаследовал особое устремление к духовной благочестивой жизни, принятой в семье Хлудовых, и в после 39 лет посвятил свою жизнь строительству и благоустроению храмов. Он благотворительствовал Бобреневу монастырю в Коломне, Николо-Пешношскому монастырю, Иоанно-Богословскому монастырю на Рязанщине.
В 1857 году Давид Иванович становится городским головой Егорьевска, а в 1861 г. выходит из Торгового дома при его разделе, чтобы иметь достаточное количество средств для дел милосердия.
"Не нравится мне, что люди богатые капиталы для дела благотворительности завещают после свой смерти. Отдам все из теплых рук; умру - валяться не буду; кто-нибудь да похоронит," - говорил Давид Иванович.
Давид Иванович Хлудов
В к. 1850-х по пути из Егорьевска в Коломну Давид Иванович увидел полуразрушенный монастырь. Так его чаяниями началось восстановление Богородицерождественский Бобренев монастырь, выстроенный в 14 веке воеводой святого благоверного князя Димитрия Донского в благодарность Царице Небесной после победы на Куликовой поле. Бобренев монастырь в то время был приписан к Новоголутвинскому монастырю, и чтобы сделать его самостоятельным, Хлудов - младший купил и пожертвовал обители два больших участка земли. Митрополит Филарет (Дроздов), узнав о такой щедрости, написал свою благодарность и благословил мецената.
В 1857 году Давид Иванович был избран на должность старосты Успенского собора г. Егорьевска. Трудами Давида Ивановича в 1861 году в Сергиевском храме Николо-Пешношского монастыря был установлен позолоченный иконостас, храм был отреставрирован, а старый иконы получили серебряные ризы.
На следующий год Хлудов вместе с Н.И. Каулиным выстроили церковь в честь Рождества Пресвятой Богородице в с. Никольское-Трубецкое (сейчас - Балашинский район).
Когда в 1860 г. Давид Иванович приобрел имение поблизости Иоанно-Богословского монастыря в Рязанской губернии, он был поражен плачевным состоянием обители. Хлудов принялся за восстановление монастыря. В 1865 году он написал прошение в Священный Синод сделать монастырь общежительным и дал обещание пожертвовать обители свой дом, усадьбу, луговую землю и выстроить паломнические гостиницы. Свое обещание он выполнил. В 1867 появилась двухэтажная гостиница, а также было организовано транспортное сообщение от станции до монастыря. Стараниями Хлудова был восстановлен Иоанно-Богословский храм, выстроен Успенский собор и колокольня. Спустя год для увеличившейся братии был выстроен новый корпус. В 1869 г. при обители появилось училище для крестьянских детей. В 1873 году началось строительство богадельни при монастыре с домовым храмом в честь Казанской иконы Божией Матери.
Свой дом в Москве на Ордынке Хлудов пожертвовал для Московского епархиального училища иконописания и ремесел.
Многие храмы и обители хранят память о доброте и щедрости Давида Ивановича. Он содействовал строительству храма в с. Крестовоздвиженском Богородского уезда, украсил храм св. Косьмы и Дамиана, при котором 32 года был старостой.
Помогал Давид Иванович и другим храмам.
Давид Иванович был удостоен ордена святого Станислава II-й степени и ордена святой Анна II-й степени за общественно-полезную деятельность и благотворительность. В 1870 году указом Императора был награжден орденом св. князя Владимира IV-й степени "За примерное усердие и пожертвования его по устройству Рязанского Богословского третьеклассного общежительного монастыря". В 1874 году Император удостоил его ордена св. князя Владимира III-й степени "За примерное усердие к Церкви и значительные в пользу оной пожертвования".
Скончался Давид Иванович Хлудов в 1886 году в бедности, отдав все свои средства на строительство Александро-Невского храма в Егорьевске. Его похоронили в Московском Покровском монастыре в усыпальнице Хлудовых.
Продолжение - в следующей части.