«Отучилась полгода на врача в Москве, славян пока не встречала». Студентка показала сокурсников по медвузу

Вы, конечно, замечали, как в наших поликлиниках и больницах как-то подозрительно извенился состав врачей. В кабинетах через одного - все жгучие брюнеты, никак не ссотносящиеся со славянской внешностью.

Вы думаете, это наши ребята не хотят учиться на медиков? Да нет, все дело в другом. Поступление в московский медицинский ВУЗ до сих пор остается престижным. Послушайте историю Марины, которая отучившись в московском медицинском ВУЗе полгода, сделала серию фотографий своих однокурсников и опублиоковала видео...

Марина, решившая после школы пойти учиться на стоматолога, долго взвешивала этот шаг, а потом долго готовилась: репетиторы по химии и биологии, бессонные ночи над учебниками, ЕГЭ, серьезный отбор и, наконец, вот он — долгожданный приказ о зачислении.

В её воображении университет представлялся этаким храмом науки, где рядом бок о бок учатся будущие корифеи от медицины, где существуют традиции преемственности и царит особая атмосфера врачебного товарищества, описанная во множестве книг. Но уже в первый день учебы в одном из ведущих медицинских институтов Москвы девушка столкнулась с действительностью, которую в социологии называют «культурным шоком», а в обиходе — «выпадением в осадок».

Как только Марина заняла свое место в аудитории все ее представления мигом рухнули. То, что она увидела на потоке, заставило её всерьез задуматься о том, как функционирует современная система медобразования в столице.

Уже на первой паре Марина невольно начала оглядываться по сторонам, попутно занявшись «визуальной статистикой». Итог ошеломил: из 80 учащихся она смогла заметить лишь двоих людей со славянской внешностью, включая саму себя. Подавляющая часть студентов были представителями, скажем так, национальных меньшинств.

— Смотрю по сторонам и не могу осознать, как вообще оказалась среди этих людей, — делилась Марина своими первыми ощущениями в видеоролике, который впоследствии выложит в сеть.

Замешательство возникло не из неприязни, а от разительного несоответствия с ожиданиями. Марина выросла в Москве и была уверена, что состав престижного вуза будет в целом отражать демографию региона. Но концентрация приезжих студентов оказалась настолько высокой, что привычная ей социальная среда словно испарилась.

— Видите ли вы хоть одного русского студента? — риторически спрашивает Марина, водя камерой смартфона по аудитории.

Ну вот одно из этих видео, где она снимает аудиторию:

https://vk.com/video893348904_456239260?t=10s

Постепенно удивление сменилось тревогой профессионального характера. Врачебная деятельность, и стоматология здесь не является исключением, подразумевает тесный контакт с людьми, тонкое понимание их привычек, особенностей речи, образа мышления. Марину беспокоит, как её одногруппники смогут через несколько лет выстраивать контакт с российскими пациентами.

— Ведь именно эти ребята будут потом принимать нас в поликлиниках, — рассуждает она, предполагая будущие трудности в коммуникации.

Девушка сомневается, смогут ли студенты, выросшие в иных культурных условиях, полностью адаптироваться к специфике работы в отечественном здравоохранении. По её убеждению, медицина — это не только умение поставить пломбу или выписать лекарство, а еще и эмпатия, основанная на общности ценностей и привычек. Когда же обучающиеся говорят на разных языках и воспитаны в разных традициях, создание единой профессиональной среды становится гораздо сложнее.

Марину искренне занимает вопрос: каким образом формируется столь необычный состав учебных потоков в вузе с традиционно высоким конкурсом.

— Как они вообще сюда поступили? Неужели без взяток не обошлось? — признается она, озвучивая сомнения, которые у неё возникают, глядя на происходящее.

Девушке трудно поверить, что такой перекос мог возникнуть естественным путем только за счет баллов ЕГЭ.

Да, не исключается наличие квот, целевых направлений, программ для иностранцев и жителей отдельных регионов. Но Марине кажется, что приоритеты сместились в сторону выполнения формальных показателей или финансовых договоренностей, а абитуриентам — местным жителям — всё сложнее пробиться на бюджет.

Далее девушка практически срывается на эмоциональный монолог:

— Почему так много нерусских студентов? Особенно выходцев с Кавказа? В других университетах ведь их не так много. Откуда такая массовость? У всех — высочайшие баллы, по русскому языку — по сотне, хотя при этом, как выясняется, даже заявление заполнить правильно не могут. Поступают на бюджет с первой волны, занимают верхние строчки. А я с трудом пробилась, месяцами готовилась к ЕГЭ, тратила деньги на репетиторов. Родным языком владею с рождения — а написала хуже многих. Обидно до слез! Ведь сколько ребят честно старались ради этих баллов. А здесь, уверена, многие вообще толком не готовились — а оценки получили. Почему власти не ужесточат контроль? У нас на экзаменах нельзя было не то что телефоном пользоваться — нас до туалета сопровождали и время отмечали.

Теперь каждый поход на пары для Марины — это проверка её внутренней устойчивости. Она признается, что ощущает себя «чужой» там, где мечтала быть своей. Вместо того чтобы целиком погружаться в анатомию, физиологию и фармакологию, ей приходится ежедневно преодолевать чувство оторванности.

— Атмосфера в нашем медвузе не вызывает оптимизма, — говорит студентка, сравнивая его скорее с «конвейером дипломов», чем с хранителем национальных врачебных традиций.

Марина рассматривает происходящее как часть более масштабного процесса, постепенно меняющего облик российской медицины. По её мнению, университет должен оставаться местом, где чтят культуру страны проживания и бережно передают опыт. Но когда демографический состав резко меняется, разрушается тот самый мост между поколениями, которым всегда гордились отечественные медики. Марина опасается, что через несколько лет пациенты обычных городских поликлиник испытают то же самое чувство неловкости и непонимания, которое испытывает она сейчас, сидя на одной лекции с будущими врачами.

И подобная картина наблюдается не только в стоматологических факультетах. Преобладание студентов нерусского происхождения заметно практически во всех направлениях медицинского образования. Подтверждение этому нетрудно найти в откровениях самих представителей этих сообществ. Так, один будущий хирург-брюнет делится на портале Pikabu:

— Я учусь в медвузе, и среди моих однокурсников лишь около 30% носят русские фамилии. Все остальные — нет. Чаще всего в медицину поступают армяне, азербайджанцы, чеченцы и жители Дагестана. Это сугубо мои личные наблюдения. Значит, через 5–10 лет можно ожидать заметного роста числа таких специалистов среди медработников.

Свою трактовку низкой доли русских студентов молодой человек объясняет тем, что, по его мнению, немногие готовы мириться с длительным и тяжелым процессом обучения. Однако все прекрасно понимают, что проблема явно кроется в другом.

Один из комментаторов под постом пишет:

— Моя супруга — акушер-гинеколог, хирург от Бога. В этом году закончила ординатуру. Но пройти на бюджет ей удалось только с повторной попытки (ведь существуют квоты — преимущественно для приезжих). В их группе русские составляли лишь около 40%, и далеко не все они обучались бесплатно. А вот приезжие — все учатся на бюджете. При этом большая их часть просто профнепригодны по специальности. Выпустятся, ну а дальше — кто "косметологом" устроится работать, кто "суетологом"...

Так что, не удивляйтесь, когда приходите в поликлинику...

Ну а почему мы к этому пришли?.. Когда СССР только образовался, министром зравоохранения новой страны 12 лет был Семашко. Когда СССР заканчивался - академик Чазов. Имена, которые в медицине были известны любому.

А кто в нынешней России у нас отвечал за здоровье нации?

Экономист-кибернетик Зурабов?

Экономист Голикова, которая до сих пор в Правительстве является куратором социальной сферы? И карьера которой пошла в гору только потому, что в 2003 году она вышла замуж за министра промышленности Христенко.

Сейчас у нас главный - медик Мурашко. Но это все равно не Семашко, в преподавателях у которого 150 лет назад во время его медицинского обучения были Сеченов, Эрисман, Склифосовский...

Подпишитесь, поставьте лайк) Я буду вам очень признателен.