У курсантов все получилось: Борис Коробец оценил первый этап программы “Муравьев-Амурский”

Ректор ДВФУ о госуправленцах нового формата и международной миссии университета Борис Коробец. Фото: ИА PrimaMedia Первый поток выпускников программы “Муравьев-Амурский 2030” стал вливаться в систему государственной власти и институты развития Дальнего Востока. Молодые и подготовленные кадры (их наставниками выступали губернаторы и крупные госуправленцы) должны, по идее, принести свежий взгляд на развитие Дальнего Востока и в решение проблем регионов. Так ли это, каковы итоги первого этапа конкурса рассказал ИА PrimaMedia ректор ДВФУ Борис Коробец. — Недавно завершился первый этап конкурсной программы “Муравьев-Амурский 2030”. Сейчас, насколько понимаю, у выпускников идут собеседования с будущими работодателями. Какие итоги сейчас можно подвести? — Спрос на выпускников огромный, они все разные, из разных регионов — от Приморья до Москвы. Большой открытый конкурс позволил самым талантливым ребятам попасть на программу дополнительного образования “Муравьев-Амурский 2030”. Программа посвящена пониманию специфики региона, его сильных сторон и проблем, которые сегодня требуют решения. Не будут подводить окончательные итоги процесса, который еще продолжается, но, по-моему, у ребят все получилось. Сегодня они получают рабочие места и должности в структурах, где их компетенции и свежий взгляд принесет наибольший положительный эффект в развитии наших регионов. — Речь идет о госслужбе? — Да, это заложено в логике самой программы. Чтобы самые талантливые ребята со всей России, получив дополнительные компетенции, смогли прийти на государственную службу и проявить себя. Но это могут быть и институты развития, и другие органы, которые принимают участие в развитие Дальнего Востока. — Может быть, так и школу мэров можно организовать? — Программа позволяет нарастить навыки управления в госсекторе. По своему опыту и по тому, что ДВФУ является одним из потенциальных работодателей для курсантов, могу судить об этом достаточно компетентно. По наиболее близкому мне направлению — в части развития системы образования, поддержки школы, кадровому насыщению промышленной сферы — я видел у ребят и глубокое погружение в проблематику, и креативные идеи. Видел, как они формируют условия для того, чтобы эти потребности были восполнены. — Принципиально программа “Муравьев-Амурский 2030” отличается от MBA? — Конечно. Если MBA — это, скорее, история про бизнес, то здесь история ближе к публичному государственному управлению. Понятно, что на Дальнем Востоке крайне важной является задача привлечение инвестиций. Без частных средств, за счет одних государственных программ, ни о каком развитии макрорегиона говорить не приходится. Другое дело — посмотреть с государственного уровня, с “верхнего этажа”, каким образом взаимодействуют разные институты развития — и частные, и государственные, — и попробовать в этом взаимодействии предложить что-то новое. — Последний месяц прошел под своеобразным флагом международных событий. Я говорю, конечно, о трехдневном визите председателя КНР Си Цзиньпина в Москву. Недавно завершилась рабочая поездка делегации Минвостокразвития в Индию. Озвучивались расширение сотрудничества во многих сферах, совместные проекты. А в области образования планируется расширение сотрудничества между этими странами? — Если говорить о системе образования, сложившейся на Дальнем Востоке, наш потенциал сильно недооценен — и с точки зрения ресурсов, и с точки зрения тех интересных тем, которые можно с коллегами из АТР развивать. На следующей неделе в Ханое в рамках межправительственной комиссии под председательством вице-премьера РФ Дмитрия Чернышенко анонсировано подписание соглашения между ДВФУ и Ханойским университетом об открытии центра искусственного интеллекта. Еще недавно идея выходить на рынок АТР с темой искусственного интеллекта вызывала улыбки. А это образовательные программы, современные технологии. Это большой пласт, за которым стоит будущее. Сегодня мы на высоком уровне подписываем такие межправительственные соглашения, которые будут позволять развивать новую отрасль в сфере высоких технологий. Сегодня это становится возможным и есть понимание, что это будет реализовано. На прошлом ВЭФ (16+) мы с премьер-министром Республики Мьянма подписали соглашение об открытии в этой стране филиала университета. Казалось, что это договоренность на далекую перспективу. Но это не так. Филиал уже строится. В нем будут проходить обучение несколько тысяч человек. Процесс организован по сетевому принципу. Часть образовательных программ студенты будут проходить в Мьянме, а часть — во Владивостоке. В Индии есть огромный интерес к медицинскому направлению. Индийская сторона просит открывать новые магистерские программы. В рамках ДВФУ существует федеральный медицинский центр, пожалуй, крупнейший на всем Дальнем Востоке. На его базе обучаются сотни индийских студентов. Мы могли бы взять еще и еще, но есть ряд инфраструктурных ограничений, который необходимо преодолевать. В целом, у системы образования на Дальнем Востоке огромные резервы. Я говорю не только про Владивосток, но и про Хабаровск, Благовещенск, Читу и другие образовательные центры макрорегиона. И Китай, и Мьянма, и Индия открыты для сотрудничества. Просто надо переориентироваться с тех потоков, которые были раньше, и формулировать хорошие предложения для наших коллег. — Если вспомнить историю возникновения высшего образования на Дальнем Востоке, то родоначальник ДВФУ — Восточный институт — был как раз направлен на связи с нашими соседями. Есть ли такая же миссия у современного университета — получить международное направление. — Задача ДВФУ — быть мостом между образованием России и АТР. Скажу больше, даже в той точке развития отношений с Японией, в которой мы сейчас находимся, японские студенты проявляют огромный интерес к российскому образованию. Японцы до сих пор учатся в ДВФУ. Часть покинула нашу страну, а часть вернулась и продолжают учиться. Какие бы не были отношения с точки зрения политики, научно-образовательное сообщество продолжает общаться друг с другом. И эти связи должны сохраняться, становиться шире — независимо от того, о какой из стран Азии мы говорим. У нас есть, что предложить. Мы можем хорошо позиционировать нашу страну, продвигая русский язык и, конечно, наше влияние в АТР.