"Это "обычная" кровожадность прокуратуры". Гособвинение просит ужесточить наказание четырем фигурантам "Баймакского дела"

Прокуратура просит до десяти лет увеличить сроки лишения свободы четырем фигурантам "Баймакского дела", ранее осужденным в Тольятти. Правозащитники и знакомые с делом адвокаты считают, что гособвинение использует формальную процедуру обжалования "как инструмент реализации политической функции". Подробнее — в материале "Idel.Реалии".
"Наказание, назначенное подсудимым, является мягким, не соответствующим степени общественной опасности содеянного"Прокуратура Автозаводского района Тольятти (Самарская область) потребовала увеличить сроки лишения свободы фигурантам "Баймакского дела" Фидану Исмагилову, Айтугану Китикову, Шафкату Ульмасбаеву и Раяну Фаттахову. Об этом сообщил правозащитный проект "ОВД-Инфо".
27 марта этого года Автозаводский районный суд Тольятти признал их виновными по ч. 2 ст. 212 УК РФ ("Участие в массовых беспорядках") и по ч. 1 ст. 318 УК РФ ("Применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти") и приговорил Исмагилова к шести годам лишения свободы в колонии общего режима, Китикова — к семи годам, Ульмасбаева — к семи с половиной годам, Фаттахова — к пяти с половиной годам колонии.
Гособвинение в суде первой инстанции просило приговорить Китикова, Ульмасбаева и Фаттахова к семи годам лишения свободы каждого, Исмагилова — к семи с половиной.
Как указано в карточке дела на сайте суда, приговор обжаловала не только прокуратура, но также осужденные и их защитники.
Семнадцатого января 2024 года судья Баймакского районного суда Башкортостана Элина Тагирова признала активиста Фаиля Алсынова виновным по ч. 1 ст. 282 УК РФ ("Возбуждение ненависти либо вражды") и приговорила его к четырем годам лишения свободы в колонии общего режима. Гособвинение запрашивало для активиста те же четыре года, но в колонии-поселении.

На оглашение приговора приехало несколько тысяч сторонников Алсынова, которые встретили решение суда с возмущением. На площади перед зданием суда произошли столкновения с силовиками, которые забрасывали протестующих гранатами со слезоточивым газом и избивали их дубинками. Протестующие в ответ закидывали полицию снегом. В итоге силовикам удалось вывезти Алсынова из здания суда только после того, как к ним прибыло значительное подкрепление.

После протестов в Баймаке Следственный комитет возбудил уголовные дела по двум статьям: организация и участие в массовых беспорядках (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ), а также применение насилия в отношении представителя власти (ч. 1 ст. 318 УК РФ). Фигурантами этих дел стали около 80 человек.
В апелляционном представлении, подписанном прокурором Автозаводского района Тольятти Иваном Макогоном (копия есть в распоряжении редакции), сказано, что "наказание, назначенное подсудимым, не отвечает целям и задачам уголовного закона и является мягким, не соответствующим характеру и степени общественной опасности содеянного".
"Не учтены в полной мере обстоятельства совершения подсудимыми преступлений, то есть <…> произошли именно массовые беспорядки, сопровождающиеся насилием, погромами, применением предметов, представляющих опасность для окружающих, участие в которых приняли подсудимые", — указал Макогон, перечислив далее эти обстоятельства.
Напомним, в материалах уголовного дела утверждалось, что Айтуган Китиков, "подобрав с земли предмет, внешне похожий на защитный шлем сотрудников правоохранительных органов, <…> умышленно, прицельно, с силой бросил" его в силовиков, а также "совместно с Исмагиловым, Фаттаховым и иными участниками массовых беспорядков <...> схватили [полицейского] за форменное обмундирование, с силой выдернули из боевого построения и втащили в толпу агрессивно настроенных протестующих, среди которых находился Ульмасбаев".
Следствие также считало, что "Фаттахов нанес потерпевшему не менее одного удара по голове, <…> Китиков — не менее одного удара кулаками обеих рук в область его левого плеча, а также не менее одного удара ногой в область правой ноги потерпевшего, Ульмасбаев — не менее одного удара рукой в область задней поверхности шеи потерпевшего, Исмагилов — не менее одного удара кулаком по правому плечу потерпевшего, а также не менее одного удара ногой по его правой ноге".
В представлении прокурора и публикации "ОВД-Инфо" названа фамилия потерпевшего силовика — Нурлыгаянов. Из материалов дела известно, что во время событий в Баймаке он был инспектором патрульно-постовой службы (ППС) УМВД России по Уфе.
"Суд явно переоценил значение положительных данных о личности каждого из подсудимых, фактически оставив без надлежащего внимания характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельства их совершения, роль и конкретные действия каждого подсудимого", — резюмировал в своем представлении гособвинитель.
Он потребовал приговорить каждого из осужденных к десяти годам лишения свободы в колонии общего режима.
Ранее "Idel.Реалии" подробно рассказывали об обстоятельствах задержания Китикова, Ульмасбаева, Исмагилова и Фаттахова. В мае 2024 года "Idel.Реалии" опубликовали историю одного из обвиняемых — 25-летнего жителя деревни Максютово Кугарчинского района Башкортостана Айтугана Китикова.
Дата заседания в Самарском областном суде ещё не назначена.
"В действиях прокуратуры прослеживается не только юридическая, но и отчетливая политическая составляющая"Согласно подсчетам "Idel.Реалии", суды первой инстанции уже вынесли приговоры 40 фигурантам "Баймакского дела". При этом многие обвиняемые признавали вину на этапе следствия или в суде и получали реальные сроки лишения свободы. Тем не менее в ряде случаев прокуратура в апелляционных представлениях просила ужесточить им наказание.
Так, те же самарские прокуроры просили увеличить сроки лишения свободы осужденным в декабре 2024 года Халиду Ишкуватову, Ильфату Ишмуратову и Закиру Кульмухаметову — до девяти лет каждому. Однако Самарский областной суд оставил приговор без изменений.
Ранее оренбургские прокуроры, по данным башкортостанских активистов, требовали увеличить до девяти лет срок лишения свободы Илшату Ульябаеву — первому осужденному по "Баймакскому делу". Оренбургский областной суд также оставил приговор без изменений.
В правозащитном проекте "ОВД-Инфо" считают, что "в действиях прокуратуры по формальному соблюдению процессуальных норм в уголовном деле баймакцев прослеживается не только юридическая, но и отчетливая политическая составляющая".
— Анализ географии вынесенных приговоров по выделенным делам демонстрирует различия в назначенных сроках лишения свободы, — констатировал юрист "ОВД-Инфо" Евгений Гордиенко. — При этом отмечается единообразная процессуальная позиция прокуратуры в различных регионах — ужесточить наказание по и так не маленьким срокам. Поэтому возникает обоснованное предположение, что формальное следование процедуре используется как инструмент реализации политической функции, а не исключительно для обеспечения законности и справедливого судебного разбирательства.
С правозащитниками в определенной степени согласны и знакомые с ходом процессов по "Баймакскому делу" уфимские адвокаты.
— В целом это обычная позиция прокуратуры, — объяснил на условиях анонимности один из защитников. — Она постоянно требует увеличить наказание в случае обжалования приговора обвиняемыми или защитой и пишет представление всегда — независимо от того, является ли дело политическим. Суды в целом не склонны удовлетворять эти требования, если содержание представления прокурора не особо мотивированное, написано по шаблону, просто со ссылкой на законодательство. Но бывают и мотивированные представления — с анализом ошибок, ссылками на материалы дела, подробной мотивировкой. Такие представления суд — наоборот — склонен удовлетворять: причем часто с прямым использованием прокурорских мотивировок.
Собеседник "Idel.Реалии" уточнил, что "из общения с защитниками по "Баймакскому делу" он знает пока "только о дежурных, формальных представлениях прокуратуры".
— Я думаю, они пишутся для демонстрации лояльности прокуратуры правящему режиму. Насколько мне известно, пока суды никому срок не добавляли, — заключил он.
Другой адвокат отметил, что "прокуратура всегда так поступает, если приговор мягче, чем она просит".
— К тому же они [прокуроры] хотят держать обвиняемых и их защиту, что называется, "в тонусе". Это, если так можно выразиться, "обычная" кровожадность прокуратуры. А в "Баймакском деле" прокуроры смотрят на подсудимых, как на "врагов народа". Послушать некоторых обвинителей, почитать их формулировки образца 1937 года — можно подумать, что они впали в транс и в них вселился Вышинский (Андрей Вышинский — прокурор СССР, главный обвинитель на политических процессах в 1930-х годах — "Idel.Реалии").
Адвокат поделился мнением, что "конкретные сроки лишения свободы по каждому обвиняемому в "Баймакском деле" вряд ли согласовывались с политическими инстанциями".
— Директива, полагаю, была одна — всех закатать на реальные сроки. Если признают вину, то в зависимости от конкретики: в среднем на пять лет плюс-минус. Не признают вину — тогда больше, — резюмировал защитник.
Все материалы "Idel.Реалии", посвященные "Баймакскому делу", опубликованы в специальном разделе на нашем сайте.Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.