ТРИ РАЗДРАЖАЮЩИХ ВОПРОСА О РАССЛЕДОВАНИИ ОТРАВЛЕНИЯ НАВАЛЬНОГО

Вопрос первый: как такое может быть, что множество сотрудников спецслужб более трех лет пытались отравить Навального, а он все еще жив?

Путинское: «Если бы уж хотели, наверное, довели бы до конца». То есть, «хотели бы убить, убили бы».

В головах сторонников Путина при слове ФСБ/КГБ возникают романтические образы Штирлица/Зорге/Абеля. В головах противников Путина – отвратительные образы Судоплатова/Сташинского/Дроздова. Общее у всех этих образов то, что они символизируют эффективность. Неважно, с каким знаком эта эффективность: с плюсом или с минусом.

Если отвлечься от того, что Навальный в конечном счете чуть не умер, то сюжет, который вырисовывается в ходе расследования напоминает мульт-сериал «Ну погоди!», в котором большой и зубастый вечно гоняется за маленьким и мирным, но в результате вечно промахивается и смешно падает, запутавшись в собственных ногах. Ну, не может же ФСБ сплошь состоять из одних придурков! – с недоумением задают вопрос скептики.

Расследование

Вопрос второй: почему мы верим (или не верим) расследованию?

Видео, в котором Алексей Навальный рассказывает о расследовании своего отравления, на момент написания этого текста набрало около 11 млн просмотров, 1 млн лайков и 39 дизлайков. То есть, число поддержавших в 26,4 раз больше тех, кто отнесся к этому видео негативно.

Анализ реакций на просмотр видео в ютубе – это, конечно, не репрезентативное исследование, позволяющее оценить отношение к этому расследованию в обществе, но, тем не менее, общий настрой это соотношение лайков и дизлайков увидеть позволяет. Почему люди сразу и безоговорочно поверили расследованию, достоверность исходных данных которого они проверить не в состоянии?

Тому есть две причины. Во-первых, устойчивая репутация российской власти в целом и ФСБ в частности. Характерно, что все возражения сторонников Путина, включая и его собственные пояснения, данные на большой пресс-конференции, касались только целесообразности (нецелесообразности) совершения руководством страны акта государственного терроризма – убийства политического оппонента руками сотрудников спецслужбы. Ни у кого не возникли сомнения в том, что если бы было выгодно, убили бы, не задумываясь. То есть, про моральную непредставимость убийства политического оппонента никто даже не заикнулся.

Во-вторых, доверие к расследованию вызывает его демонстративно фальсифицируемый характер. Карл Поппер называл фальсифицируемость сообщения важным критерием его научной ценности. То есть, сообщение (текст, теория) является научной, если есть принципиальная возможность ее опровергнуть. Для этого надо чтобы в сообщении было много эмпирических фактов. В расследовании, о котором идет речь, таких фактов сотни. Можно было бы привести неопровержимые доказательства того, что, например, никто их восьмерки любителей томского деревянного зодчества, следующих по пятам за Навальным никогда не был в Томске. Поскольку таких опровержений, фальсифицирующих расследование, до сих пор не представлено, доверие к расследованию будет возрастать с каждым днем.

Вопрос третий: чье это расследование – четверки медиа или западных спецслужб?

Есть три варианта ответа. Первый – журналист NYT, опубликовавший статью о том, что американские спецслужбы уже давно провели такое расследование и познакомили с ним немецкие спецслужбы, которые в свою очередь познакомили с этим расследованием журналистов, по каким-то причинам написал неправду.

Вариант № 2 - лукавит, прежде всего, главный мотор и мозг расследования, а именно Христо Грозев, который подробно рассказал уже нескольким СМИ о том, как именно он лично проводил это расследование, откуда брал базы данных, как сверял, искал и т.д.

Вариант третий – расследование проводили параллельно и независимо друг от друга журналисты и западные спецслужбы.

Второй вариант мне представляется крайне маловероятным. Первый вариант – тоже. Остается третий вариант, при котором достоверность расследования существенно повышается. Как во всех случаях, когда две независимые группы исследователей приходят к одинаковому ответу.

В данном случае ответом стал окончательный приговор путинскому режиму и его главе персонально. Во главе крупной ядерной державы стоит банда убийц-отморозков, для которых просто не существует никаких норм, тормозов и ограничений. Важно, что теперь в этом могут лично убедиться все, кто умеет читать и у кого есть Интернет.