Святитель из семейного альбома. А вы знаете, были ли в вашем роду святые?
4 июля православные отмечают День Всех Святых, в земле Российской просиявших. Праздник, достойный того, чтобы в каждой семье его отмечали как личное торжество. Давайте разбираться вместе с «Российской газетой»
«Есть люди, — изумлялся Пушкин, — не имеющие никакого понятия о житии того святого угодника, чье имя носят от купели до могилы и чью память празднуют ежегодно. Не дозволяя себе никакой укоризны, не можем, по крайней мере, не дивиться крайнему их нелюбопытству». Сам Александр Сергеевич, названный в честь святого архиепископа Константинопольского, не только почитал своего небесного покровителя, но и внимательнейшим образом изучал агиографические сборники (агиография — это жизнеописания святых). Попробуем и мы понять, кем были Божьи угодники, в земле Российской просиявшие.
Во-первых, сколько их? Посчитать не так-то просто. Синодик, то есть памятная книжка, в которую вносятся имена умерших для поминовения их во время богослужения, содержит чуть более 4 тысяч имен. Если учесть, что не все святые официально канонизированы, а многие вообще нам неизвестны, то есть прославлены Богом, но не людьми, выходит целая дивизия. Небесное воинство, охраняющее нас, живущих.
Особенно остро это заступничество ощущается в тяжелую годину. Не стану приводить примеры из Жития святых, процитирую строчки из стихотворения Симонова «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины», написанные в ноябре 1941-го, после командировки на Западный фронт. Цензура не допустила их на страницы газеты «Красная Звезда», но тем ценнее они для нас — как акт искреннего прозрения.
Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в Бога не верящих внуков своих.
А во время богослужения праздника звучит: «Бесчисленный сонм сродников наших предстоит Царю Славы и молебно ходатайствует о нас».
Причем «сродники наши», просиявшие в земле Российской, — вот удивительно! — не только русские! Тут и греки, болгары, немцы, евреи, поляки, татары, венгры…
«Самый русский из апостолов», Андрей Первозванный (I в. н.э.), был галилейским рыбаком, родившимся и выросшим в еврейской Вифсаиде. А расписывающий русские каменные храмы гениальными фресками, создавший «Донскую икону Божьей Матери», Феофан Грек — выходец из византийского Константинополя (ок. 1340 — ок. 1410). Византийские Фессалоники подарили нам Кирилла (827-869) и Мефодия (815-885) — то ли греков, то ли болгар, то ли славян, ученые до сих пор спорят, но как святые они точно наши, русские. Что касается родившегося в Тырново митрополита Киевского и всея Руси Киприана (ок. 1330 — 1406), то он-то точно был болгарином. Проявившим поразительный патриотизм по отношению к русской земле: святой Киприан, писатель и переводчик, единственный из митрополитов Владимиро-Московской Руси XIV века, не подчинился власти Золотой Орды.Святых называют нашими сродниками, и, бывает, в наших жилах течет их кровь
Среди наших святых есть сразу три брата-венгра, укрывшиеся у нас от преследования христиан в Трансильвании: мученик Георгий Угрин (кончина в 1015-м), монах Киево-Печерского монастыря Моисей Угрин (кончина в 1043-м) и основатель Борисоглебского мужского монастыря Ефрем Новоторжский (80-е годы X в. — 1053). А вот преподобная Харитина (1221-1281) была «из рода королей литовских» Великого княжества Литовского, но после смерти жениха приняла у нас постриг и стала настоятельницей новгородского Петропавловского монастыря, оправдывая свое монашеское имя, в переводе с греческого означающее «творящая милосердие». Святые Петр и Стефан Казанские — татары, причем один из них принял православие уже в преклонном возрасте, после чуда исцеления больных ног, погибли оба от рук родни в 1552-м. Православие в России принимали и немцы (вспомним великую княгиню Елизавету Федоровну (1864-1918), и поляки (достаточно назвать святителя Луку Войно-Ясенецкого (1877-1961).
Кто ответит, почему на Руси считали своими, родными даже тех угодников Божьих, кто на нашей земле никогда и не бывал? Например, любимого пророка русских — Илию, уроженца Царства Израильского (IX в. до н.э.), что вовсе не мешает ему сейчас считаться покровителем Воздушно-десантных войск и Воздушно-космических сил России. Хотя логичней было бы связывать его с метеорологами — на Руси, знающей назубок Жития, у Ильи издавна просили дождей. Или вот святые-бессребреники, врачи-чудотворцы Косма и Дамиан Римские (вторая половина III — начало IV в.), у нас их по-свойски называли Кузьма и Демьян. А великомученик Георгий Победоносец, обезглавленный в 303 (или в 304) году? И снова целитель — Пантелеймон, покровитель больных и осужденных. Помните, у Цветаевой?
На каторжные клейма,
На всякую болесть —
Младенец Пантелеймон
У нас, целитель, есть.
Хотя врача, исцеляющего безмездно, то есть бесплатно, из зависти обезглавили, когда от роду ему было лет тридцать, на наших иконах Пантелеймона изображают безбородым юношей. Может, поэтому Цветаева, вслед за народом, в стихе называет его «младенцем»?
В дивизию русских святых входит и бесстрашный Димитрий Солунский, который, как и Пантелеймон, пострадал в гонения римского императора Диоклетиана в 306 году. На Руси Димитрия Солунского почитали небесным помощником в борьбе с Мамаем. В наших летописях имя Димитрия встречается на первых же страницах. О нем повествует преподобный Нестор Летописец, рассказывая о взятии великим князем Олегом Константинополя в 907 году. По слову Нестора, свое поражение греки приписывали не храбрости славян, а покровительству Димитрия Солунского! Ну а наши предки так полюбили святого, что до сих пор стараются доказать его славянское происхождение!
Но не только воинов и мучеников поминают в этот праздник. Да, среди наших святых были малограмотные юродивые (к которым, правда, прислушивались и цари), но были и величайшие умы своего времени. И тут принцип был такой же: всех великих, ну, тех же Отцов Церкви, считаем своими! Например, «просиявшие в земле Российской» писатели и богословы Григорий Богослов (ок. 325-389), Василий Великий (ок. 330-379), Иоанн Златоуст (347-407). Перевели светочей мысли, проштудировали, а дальше и местные кадры подтянулись: святые подвижники, писатели. Нестор Летописец (ок. 1056 — ок. 1114), Епифаний Премудрый (умер в 1420 г.), Димитрий Ростовский (1651-1709)… С годами цветник расцветал и расцвел: святители Филарет Дроздов (1782-1867), Игнатий Брянчанинов (1807-1867), Феофан Затворник (1815-1894). Всех не счесть.
Но Россия как брала отовсюду лучшее, так и делилась с другими: христианское служение русских выходило за пределы родной земли. Праведный Иоанн Русский просиял в Греции (ок. 1690-1730). Преподобный Герман трудился на Аляскинских островах (1751-1836). Святитель Иннокентий был апостолом Америки (1797-1879). А святой Николай стал основателем церкви Японской (1836-1912). Святитель Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский (1896-1966), прозорливец, чудотворец, покоривший Париж 50-х, писал: «Нам до сих пор неизвестно: сколько русских подвижников в ХХ веке окончили жизнь свято во Франции, Америке, Австралии. Самое ценное — это святость. Как путники, идя по пустыне ночью, взирают на небо и по звездам находят дорогу — так и мы должны взирать на наше русское небо, чтобы Господь указал нам путь, привел к миру и единству. А День памяти святых, в земле Российской просиявших, указывает на духовное небо, под которым создавалась и жила земля Русская».
Фото: wikipedia.ru
Фото: wikipedia.ru
Поразительно, но факт
Если внимательно изучать синодик русских святых, в нем можно встретить много фамилий, распространенных у нас и по сей день. Самый яркий пример — фамилия Дроздов. Но я сейчас не о том, что знаменитый телеведущий, путешественник и популяризатор науки Николай Николаевич Дроздов — двоюродный прапраправнук знаменитого святителя Филарета, митрополита Московского, образованнейшего человека XIX века, который вел стихотворную переписку с Пушкиным. Я сейчас про вас, дорогие читатели. А среди ваших сродников были святые, не в курсе?