Упорно-двигательный аппарат. Как врачи ставят парализованных больных на ноги

«Она нырнула – и это случилось, – рыдала на пороге подруга Киры. – Её вытащили, но она не может пошевелиться. Кажется, у неё сломана шея»... Июль ­2024-го выдался жарким. 12-летняя Кира Сенаторова отдыхала в Крыму с родителями. Отпуская её с подругой на море, мама была спокойна: дочь занималась в секции плавания несколько лет, профессионально ныряла. Но тот день стал настоящим кошмаром.

Диагноз как приговор

«Все ныряли с пирса бомбочкой. А я решила прыгнуть так, как это делают ныряльщики. Оттолкнулась, вошла в воду. Руки врезались в дно и подогнулись, был сильный удар. На удивление, боли я не почувствовала. Просто поняла, что руки и ноги неожиданно перестали работать. В следующую минуту меня подняло на поверхность лицом вниз. Перевернуться я не могла, догадалась только задержать дыхание», – вспоминает сама Кира, для которой День медработника (в этом году пришёлся на 21 июня) – ещё один повод сказать спасибо врачам, которые вернули ей спобосность двигаться.

Девочку вытащили на берег взрослые. Вызвали медиков. Диагноз «перелом шейных позвонков» прозвучал как приговор.

Но сегодня, спустя два года, Кира снова ходит, пусть и с помощью вспомогательных устройств. Этот случай взявшиеся за лечение девочки специалисты московского НИИ неотложной детской хирургии и травматологии – Клиники доктора Рошаля считают своей победой.

«Мне позвонили вечером и рассказали про ЧП: ребёнок повредил позвонки и спинной мозг, – вспоминает руководитель отдела реабилитации клиники Светлана Валиуллина. – В местной больнице не смогли провести сложную операцию, поэтому понадобилась наша помощь. Счёт шёл на часы. Мы связались с Сергеем Гуменюком, возглавляющим в Москве медицину катастроф, и организовали доставку Киры к нам на реанимобиле».

Как только Киру привезли в Москву, ей установили вместо повреждённых позвонков штифты и перевели в реанимацию, где она провела последующие несколько дней.

«Страшно, когда твой ребёнок лежит парализованный, а ты не знаешь, чего ждать, – признаётся мама Киры Юлия. – Хорошо ещё, что мы успели привезти дочку к специалистам в первые сутки, которые врачи называют «золотыми».

Настоящее чудо

А потом началась долгая реабилитация. Первые шаги – самые простые: специалисты, а после и мама по несколько раз в день делали девочке суставную гимнастику.

«Важно было, чтобы разрабатывался каждый сустав от плечей до пальчиков на ногах, – вспоминает Юлия. – Через несколько недель «отозвались» руки.

Как же мы радовались! –улыбается мама Киры. – Представьте только, 12-летний ребёнок не может даже руки поднять, а потом они начинают работать. Сначала мы делали самое простое – учились держать огурчик. Через несколько недель Кира уже ела сама».

Самую большую тревогу вызывали ноги: подвижность была полностью утрачена. Для того чтобы развить мышцы и суставы, Киру стали тренировать на специальном аппарате «Локомат». В нём девочку закрепляли специальными ремнями, а механические ноги ходили за неё по беговой дорожке.

«Это было настоящее счастье – снова встать, – признаётся Кира. – Когда несколько недель лежишь и не можешь пошевелиться, а потом пусть и на автомате, но снова идёшь, это воспринимается как волшебство».

«Локомат» – стационарный аналог экзоскелета, который помогает таким сложным пациентам, как Кира, разрабатывать ноги и даёт шанс на возвращение подвижности.

«Конечно, это уникальная разработка, – говорит Светлана Валиуллина, – но сам по себе ни один аппарат не поможет. С девочкой работала группа специалистов: и реабилитологи, и физиотерапевты, и специалисты по лекарственным препаратам, и психолог – в плотной связке».

Есть опора!

Кира и её мама верили, что усилия дадут результат. «Мы продолжали работать с дочкой и дома, делали все упражнения, которые показал нам врач. И в один из дней я почувствовала, как нога отозвалась на гимнастику. Я давила на ножку, и она давила в ответ», – говорит Юлия.

Успех подтвердили и в Клинике Рошаля: девочка опирается на стопы. «Следующего курса реабилитации я ждала с тем же ощущением, с которым маленькие дети ждут Нового года», – признаётся девочка.

Всего она прошла три этапа реабилитации в клинике, и очередное занятие на «Локомате» привело к успеху: Кира смогла сделать первый шаг – неуверенный, но сама...

Сегодня, спустя два года после трагедии, Кира может ходить. Правда, с поддержкой.

«Я могу самостоятельно пройти от своей комнаты до кухни, – улыбается Кира. – Это тяжело, но я не прикована к кровати! Думаю уже, куда буду поступать после школы. Пока не определилась с профессией, но точно знаю, что хочу делать что-то важное – такое же, как сделали для меня врачи, благодаря которым я могу ходить».

Девочка входит в паралимпийскую сборную по бочче. Она двукратный чемпион Москвы и серебряный призёр России.

«В следующем году надеемся взять золото, – улыбается мама. – Хотя дочку могут не допустить к соревнованиям, потому что она станет ещё крепче. И это будет ещё более приятная награда, чем медаль».

Направление на спасение

По словам Светланы Валиуллиной, программа восстановления детей с такими повреждениями, как у Киры, работает в клинике доктора Рошаля очень успешно. Сюда обращаются не только жители Москвы и Подмосковья. Среди тех, кому помогли медики, есть пациенты с Сахалина, Камчатки, из Уфы... Попасть на реабилитацию в московскую клинику пациенты из регионов могут по направлению от врача местной больницы и по итогам телемедицинской консультации. На более поздних этапах необходимо пройти комиссию по госпитализации. Но в этом, как говорят врачи, нет ничего сложного.