Крепыш со «Спортивной». 60 лет со дня рождения Игоря Борисовича Никитина
Никитин – фамилия хоккейная, есть и два тезки, но Игорь Валерьевич как топ-тренер, понятное дело, на слуху, а Игорь Борисович слегка и незаслуженно подзабыт. Хотя воспитанник уфимского хоккея из блестящей плеяды рожденных в середине 60-х годов, был заметной фигурой, начиная с середины 80-х и вплоть до окончания столетия – он и в ЦСКА, том еще, практически непобедимом, успел засветиться, хотя надолго там не задержался. Все у него было для того, чтобы выйти на самые первые роли – не только друзья и партнеры по «Салавату Юлаеву», юниорской и молодежной сборной СССР считают, что Игорь Никитин был одним из самых талантливых молодых защитников советского хоккея, вполне выдерживавшим конкуренцию с будущими звездами. В плечах широк, мощный и координированный, голова светлая, техника отменная, игру читал легко, новое схватывал на лету, даже не особо усердствуя – таланта на все хватало.
Удивительным был это салаватовский набор 1966 года рождения, что ни фамилия – то знаковая, начиная с Александра Семака и Игоря Кравчука как самых известных, и продолжая Константином Полозовым, Сергеем Бушмелевым, Равилем Хайдаровым, Андреем Василевским-старшим, Юрием Никоновым и, конечно, Игорем Никитиным как эталонным оборонцем. Список неполный, но внушительный, суливший «Салавату» великолепную вторую половину 80-х, но такие надежды не одни только уфимские болельщики питали, нечто подобное случалось с выпусками и в других городах, но мало где получалось сделать их основой местной команды - жизнь вносила свои коррективы, и весьма существенные.
Но все это будет потом, а тогда во второй половине 70-х, их учил хоккею и жизни молодой тренер Владимир Воробьев, только-только после окончания игровой карьеры начинавший работать с детьми. Уроженец Усть-Катава и воспитанник Валерия Знарка и близко предполагать не мог, что воспитает трех заслуженных мастеров спорта, двух мастеров спорта и три десятка просто мастеров, сам успеет стать заслуженным тренером СССР на излете страны, и проживет в хоккее, несмотря на все передряги, большую и славную жизнь. Тот первый его с Анатолием Емелиным-старшим выпуск останется самым лучшим и самым звездным, а принципы у начинающего тренера были простые: «Я любил ребят, и они ко мне хорошо относились», но самый главным был «любить детей больше, чем себя». Воробьев и сам рос вместе с воспитанниками, для него они были все равны – хотя, конечно, видел чуть ли не с самого начала, кто пойдет далеко.
Войдя в турнирную систему, «воробьевские» начали обыгрывать всех сверстников, невзирая на громкие имена, каким-то знаменитым столичным могли и десяток шайб отгрузить. Команда вырастала сбалансированная, отличавшаяся не только атакой – оборону цементировали два Игоря, Кравчук и Никитин, причем Никитин котировался даже повыше напарника – во всяком случае в юниорскую сборную СССР его пригласили первым. Еще до международных успехов подопечные Воробьева выиграли 7-ю зимнюю Спартакиаду народов РСФСР, на следующий год взяли серебро уже на союзной Спартакиаде, в 83-м стали лучшими на престижном юношеском первенстве СССР, а в 84-м на юниорский чемпионат Европы сборную СССР с пятью уфимцами в составе повез основатель школы Марат Азаматов.
Могли бы в состав включить и больше представителей школы «Салавата Юлаева», но надо было честь знать. Феерил Саша Семак, отправивший в решающем матче в ворота сборной Чехословакии три из четырех шайб, не подвели и остальные. При такой линии нападения (Семак, Вязьмикин, Каменский, Расько, Хайдаров) помощь в атаке от защитников не особо и требовалась, некоторый дисбаланс сыграл свою роль на молодежном чемпионате мира-1985 в Финляндии, когда возглавляемая Владимиром Киселевым команда, получив в пятом туре оплеуху 0:5 от канадцев, едва совсем не рассыпалась. Но после поражения от чехословаков все-таки собралась, и в матче-триллере с хозяевами, сохранила за собой третье место – неудача, но не провал.
Эта игра, завершившаяся с диковатым счетом 6:5, стала бенефисом Игоря Никитина. Он не был типичным «домоседом», просто качества универсального игрока, культивируемые Воробьевым, в сборной были не очень востребованы. Но когда ситуация после двух поражений при одной заброшенной шайбе оказалась близка к безнадежной, сами игроки поняли, что терять больше нечего. Так вот, Никитин, ни разу не отличившийся результативными действиями в предыдущих встречах, ассистировал партнерам четыре раза – дважды после атак с участием уфимца отличался вокресенец Александр Черных, и дважды «салаватовцы» Сергей Свержов и Александр Семак. Гол Семака как раз и оказался победным, спасшим сборную СССР от позора, а Никитин стал лучшим ассистентом среди защитников.
Реабилитироваться сборной пришлось на следующий год в Канаде, где воробьевцев с улицы Зорге снова было пятеро – неизменные Никитин, Кравчук, Семак, Хайдаров и присоединившийся Юрий Никонов. Это была их последняя совместная «гастроль», триумфально окончившаяся в Гамильтоне на глазах 17369 зрителей победой над хозяевами 4:1 и в самом последнем матче на финской сборной 4:3. Надо ли говорить, что вклад юлаевцев в победу команды Владимира Васильева и Валентина Гуреева трудно переоценить, что касается издержек, то оборотной стороной золотой медали было то, что долго удерживать молодых лидеров после этого «Салават» уже не мог.
С подачи селекционера Бориса Шагаса Игорь Никитин очень быстро оказался в ЦСКА – острой нужды в оборонцах в 1986-м главный клуб страны еще не испытывал, все великие во главе с парой Фетисов-Касатонов еще были в строю, что не отменяло заботы о будущем. На уфимского крепыша с задатками звезды рассчитывали серьезно – если было бы иначе, то дело ограничилось бы тренировочными сборами, которыми частенько смотрины и заканчивались. А тут нет – новобранец провел за суперклуб девять матчей, и пусть не мог претендовать на золотую медаль (для ЦСКА это долото стало одиннадцатым подряд), но свой вклад в успех внес. Его никто из команды не отчислял, Никитин сам ушел – по природе своей самодостаточный, не капризный, но с обостренным чувством собственного достоинства, Игорь терпеть и просиживать дальше лавку не захотел, не по душе ему была тихоновская муштра в тот момент. А вот многолетний его партнер и тезка Кравчук, которого призвали в ЦСКА следующим, выдержал, и сделал блестящую карьеру, итогом которой стали четыре олимпийских медали, две – золотые.
А Никитин, вернувшись в родной город и родную команду, в 21 год стал ее капитаном команды, все последние годы балансировавшей на грани вылета из высшей лиги. А тренер Владимир Васильев не забыл, с кем побеждал в Канаде, набиравшему почти чемпионский ход его «Химику» для комплекта защитников Никитина как раз и не хватало, это был другой уровень, и Игорь переехал в Воскресенск, чтобы взять серебро и бронзу чемпионата СССР с немосковским клубом, что удавалось в советские времена немногим (серебро так вообще только по разу горьковскому «Торпедо» и рижскому «Динамо»).
Там он был лидером, но «Химик» удержаться на таких высотах при потере практически всех лидеров в начале 90-х уже не мог, а Тольятти нужны были молодые, но уже опытные, опытные, но еще голодные. И Никитин отправился к Геннадию Цыгурову, и не прогадал – с «Ладой» он прошел решающий этап становления команды, которая первой из нестоличных взойдет на верхнюю ступеньку пьедестала, пусть это уже постсоветские времена. Это лучшие сезоны Игоря Никитина, о которых он вспоминал с удовольствием и без всякого сожаления о том, что могло бы сбыться, да не сбылось.
Как ни удивительно, в середине 90-х он все-таки оказался в ЦСКА – но это был по сравнению с первым приходом совсем не тот ЦСКА, в который он попал 20-летним. С этого момента карьера талантливого оборонца ощутимо пошла на спад – нет, он не терял лучших своих качеств, он был востребован в Самаре и еще нескольких городах, но под занавес это больше была уже работа без особого удовольствия. У него набралось почти полтысячи матчей в элитном дивизионе, его уважали в каждом клубе, его считали образцом надежности и профессионализма, и все его сверстники, особенно те, с кем он рос в знаменитой хоккейной школе «Салавата Юлаева», считают, что Игорь Борисович Никитин было достоин большего.
Игорем Борисовичем его стали звать быстро, тренерские уроки Воробьева не были забыты, да и у «взрослых» наставников было чему поучиться, полтора сезона у Виктора Тихонова тоже чего-то стоили. Новая хоккейная жизнь продолжалась в Тольятти, шла она ровно и последовательно, от ступеньки к ступеньке. Но недолго, слишком мало ему оставалось жизни.
А радоваться ей бывший мальчишка со «Спортивной», как называлась его остановка в Уфе, умел.
Досье
Игорь Борисович Никитин
25.04.1966, Уфа – 17.09.2013, Тольятти.
Карьера игрока: 1982-86, 1987/1988 – «Салават Юлаев», 1986/1987, 1995/1996 – ЦСКА, 1988-90 – «Химик», 1990-95 – «Лада», 1996-99 – ЦСК ВВС, 2000/2001 – «Энергия», «Рубин» , 2001/2002 – «Нефтяник» Лениногорск.
В элитном дивизионе чемпионата СССР, СНГ, МХЛ и России – 493 матча, 33 заброшенных шайбы и 67 результативных передач.
Достижения: чемпион и обладатель Кубка Межнациональной хоккейной лиги 1994. Серебряный призер чемпионата СССР 1989, чемпионата МХЛ 1993, 1995. Бронзовый призер чемпионата СССР 1990, Чемпион мира среди молодежи 1986, бронзовый призер 1985. Чемпион Европы среди юниоров 1984.
Карьера тренера: 2004-07 – «Лада-90», 2007/2008 – «Лада-91», «Лада», 2008-11 – хоккейная школа «Лады», 2011/2012 – «Ладья».