Обвинительный приговор: «Следователи ищут факты, доказывающие вину человека. Иное игнорируют»

Зато в судах присяжных оправдан каждый четвертый обвиняемый.

Разница — в 100 раз. Чем это объясняется? Корреспондент «СП» поговорил с челябинскими и московским адвокатами.

Кто и как давит на адвокатов?

У адвоката Сергея Лаврентьева было восемь оправдательных приговоров. Одно из сложных дел, которое он вел, было связано с военной авиацией.

В 2012 году в воздухе дозаправляли Су-24. Бомбардировщик упал в озеро. Пилот-инструктор и летчик катапультировались. Но ущерб от катастрофы Минобороны оценило в 167 млн руб.

В Су-24 были командир авиабазы Шагол Николай Гостев и подполковник Андрей Ермаков. Следствие решило — виноват экипаж.

Гостева обвинили по статье «Нарушение правил полетов или подготовки к ним». Независимая экспертиза показала: полковник невиновен. Причина ЧП — взрыв топливного бака из-за необнаруженного дефекта. В полете шланг выпустился, но не убрался. Топливо попало в двигатели.

В военном гарнизонном суде Гостева оправдали. Он продолжил карьеру и дослужился до звания генерала.

«СП»: Восемь оправдательных приговоров — много или мало?

— Смотрите общую статистику оправдательных решений (0,2−0,4% от общего количества рассматриваемых уголовных дел). В моей практике было несколько десятков дел (думаю, меньше 100). По делам, где удалось добиться оправданий, была очевидна невиновность обвиняемых.

«СП»: Почему же следователи передавали материалы в суд?

— Рассчитывали, что судьи не будут разбираться. Очевидно желание поднять статистику раскрываемости. Завышают квалификацию обвинения либо заставляют обвиняемых признать вину, которой нет.

«СП»: Сложно работать адвокатом? Приходилось сталкиваться с давлением?

— Однажды защищал владелицу КамАЗа в Башкирии. Давление было беспрецедентным. Ее обвинили, что украла промышленный металлический канат. Задержали.

Обвиняемую арестовали. Но в Верховном суде республики арест отменили. На новом рассмотрении судья вынесла решение о залоге. Для рассмотрения по существу в суд материалы дела не поступили.

«СП»: Президент Путин, юрист по образованию, назвал суды «Олимпом правовой системы». По его словам, вызовы и угрозы для страны не оправдывают обвинительный подход в судах. Сказано в ноябре 2022 года. «Обвинительного подхода» стало больше или меньше?

— Президент часто призывает суды быть объективными. Но процент оправданий не меняется.

«СП»: Почему присяжные оправдывают в десятки раз больше?

— Присяжные независимы. Профессиональный судья — часть системы. Но прокуратура избрала тактику отмены оправдательных решений судов присяжных по формальным основаниям. Нередко это получается.

«СП»: Глава Красноярского облсуда заявил: российский суд не заточен на оправдания. Если следователь видит невиновность обвиняемого, не передаст дело в суд.

— Закон обязывает всех быть объективными. Но следователи ищут факты, доказывающие вину человека. Иное игнорируют. Знаю мало возбужденных уголовных дел, не переданных в суд. Следствие часто перегружает материалы томами ненужных данных. Чем больше материалов, тем сложнее суду разбираться.

Суды перестали мотивировать свои вердикты

Московский адвокат Евгений Кронов поддержал уральского коллегу.

«СП»: В вашей практике были оправдания в суде по уголовным делам?

— Были, но давно. Их можно пересчитать по пальцам одной руки. Есть непонимание следствием фундаментальных моментов уголовного права. Порой оправдательный приговор выносили из-за отсутствия события преступления. Но в последнее время судьи, как мне кажется, хуже слышат доводы адвокатов.

«СП»: Приходилось сталкиваться с давлением?

— С давлением на себя как адвоката не сталкивался. Но давление бывает на доверителей. Через необоснованное взятие под стражу, потом продление ареста.

«СП»: Президент Путин в ноябре 2022 года предостерегал суды от обвинительного подхода.

— Слова президента правильные. Судья — вершина юридической пирамиды. Но обвинительный уклон в судах, на мой взгляд, постепенно растет. И началось это не в 2022 году.

«СП»: Почему в судах присяжных оправданий в десятки раз больше?

— Присяжные — судьи не системные. На них нет рычагов воздействия. Они свободны в вынесении решения. И эта свобода способствует большей объективности.

Еще один челябинский адвокат по уголовным делам Михаил Кириенко солидарен с вышесказанным.

Он приводит пример. В 2024 году после отмены обвинительного приговора в отношении его доверителя того оправдали. Но прокуратура добилась отмены вердикта:

— Теперь третий круг. Подход показателен. Тезис судов, что дела по невиновным в суде не передают, укореняется. Репрессивность уголовного процесса делает важнейшей задачей добиться, чтобы уголовное дело не передали в суд.

Судебная система во многом потеряла независимость и слилась с исполнительной властью и силовым блоком. Нет реальных инструментов в сборе и предоставлении информации суду — острейшая проблема. Через СМИ укореняется негативное восприятие образа адвоката. И это при полной безнаказанности правоохранителей.

«СП»: То сеть, обвинительный подход сохраняется в судах?

— Чем больше суды закрывают глаза на нарушения следствия, тем последние больше и чаще нарушают. Практика укореняется и в судебных подходах. В этом участвуют правоохранители, потом пополняющие судейский корпус. Многие уже воспринимают обвинительный уклон нормой.

«СП»: Но есть суд присяжных. Там оправдывают подсудимых в десятки раз чаще.

— Законы становятся менее социально обусловленными. По-моему, граждане это чувствуют и не принимают. Думаю, они внутренне не согласны ни с уголовными запретами в их текущем виде, ни с процессом доказывания.