«Мы никого не разрываем — мы сами учимся»
В конце апреля (29) хоккеисты московского ЦСКА во второй раз подряд и в третий раз в своей истории выиграли Кубок Гагарина. Все эти трофеи они завоевали в течение последних пяти сезонов. Нынешний и прошлогодний триумфы случились под руководством главного тренера Сергея Федорова, который занял этот пост в июле 2021 года, незадолго до начала предсезонных сборов. Выдающийся центральный нападающий сборных СССР и России, а также клубов НХЛ, трехкратный чемпион мира и трехкратный обладатель Кубка Стэнли до этого никогда не тренировал, но имел опыт в качестве главного менеджера ЦСКА.
Отвечавший за работу с нападающими и большинство Евгений Корешков проработал с Федоровым весь следующий чемпионат и готовил команду к плей-офф в зимнюю паузу, когда Федоров помогал главному тренеру сборной России Алексею Жамнову на Олимпиаде в Пекине.
Но после триумфа 2022 года Корешков ушел в СКА, а у Федорова из штаба времен Никитина остались только Равиль Якубов и тренер вратарей Сергей Наумов. Перед минувшим сезоном основным ассистентом главного тренера стал первый русский финалист Кубка Стэнли Игорь Кравчук. С ним Федоров доказал, что способен побеждать и полностью своим штабом.
В интервью «Известиям» Кравчук объяснил секрет успеха команды, рассказал об основном ее девизе, а также поделился мнением об уровне КХЛ, слухах об интересе к Федорову в НХЛ и тому, как скажется на молодых российских хоккеистах долгая международная изоляция.
«Ребята, наш путь другой — вместе, единым кулаком идти напролом неудачам»
— Какие эмоции от завоевании первого трофея в тренерской карьере?
— Эмоции потрясающие! Как говорится, гонка была непростая. Весь сезон работали с ребятами, были неудачи. Много психологической работы провели. Тяжелая серия с «Ак Барсом» выдалась — очень достойный соперник. Да и вообще, все соперники в плей-офф у ЦСКА были хороши. Не случайно мы каждого из них победили только по итогам шести-семи игр.
В целом, показали интереснейший хоккей, сезон прошел на одном дыхании. Вроде кажется, что он длинный — 68 игр в регулярном чемпионате. И вот уже седьмой матч финала, а кажется, что вчера было только 1 сентября, когда начинали сезон. Все очень быстро, скоротечно. И очень, очень интересно.
— Каково это — играть и восстанавливаться после таких длинных серий? Кажется, что вы с «Чикаго» в 1992-м, когда дошли до финала Кубка Стэнли, играли гораздо меньше — победили 4:2 «Сент-Луис», 4:0 «Детройт» и «Эдмонтон» и в решающей серии проиграли 0:4 «Питтсбургу».
— Ну, это другое. Другой хоккей был, другие эмоции. Мы приезжали за океан одними из первых. Все интересно — финал, «Питтсбург». К сожалению, не получилось у нас тогда — мы проиграли четыре встречи кряду. Но это память, это опыт. Опыт как игрока — он тоже остается. И полезен уже в тренерской работе.
Здесь, на скамейке, ведь тоже непросто. Те же огромное давление, ответственность: почувствовать игру, почувствовать пацанов, выпустить их в нужную минуту. Не всё получается у них, и в этот момент мы должны их подбодрить, сказать доброе слово. Дать им эту поддержку, дать энергию. Это отбирает немало эмоциональных сил.
— Предыдущий триумф Федорова в Кубке Гагарина был соблазн связать с инерцией работы Никитина, так как оставалось еще немало людей из его штаба. С вашим приходом на это уже трудно списывать успехи. Какие задачи Сергей Викторович ставил перед вами, когда приглашал к себе в помощники?
— Мы какие-то моменты с ним проговорили, а остальное уже по ходу сезона, предсезонки дорабатывали. Много было споров, много разногласий, но всегда удавалось прийти к общему знаменателю. Что-то пришлось менять и по ходу чемпионата, и по ходу плей-офф, а затем менять и во время финала.
Небольшие изменения — это такая точечная доводка была. Но всё оправдалось. Это заняло какое-то время — понять, как мы будем играть, что требуется от команды, что требуется от тренеров, какая работа должна проводиться. Это был постоянный процесс, каждый день. Кажется, что мы там ничего не делаем, стоим на скамейке, но поверьте: за кулисами идет огромная работа.
— Как человек, пришедший прошлым летом со стороны в давно сформировавшуюся команду, в чем видите для себя ее секрет, за счет чего она вытаскивает матчи и серии, когда ситуация кажется безвыходной?
— Огромная вера в себя у пацанов. И очень слаженный коллектив, ребята друг за друга. Были какие то матчи, когда что-то не получалось. В общем-то и скамейка была где-то негативная. Но находились лидеры, которые вставали и говорили: «Ребята, это не наш путь, наш путь другой — вместе, единым кулаком идти напролом неудачам, напролом непониманиям».
Да, может быть со стороны болельщики и еще не понимали, почему мы проигрываем, почему что-то не получается. Но мы всегда чувствовали эту поддержку извне. Мы всегда знали, что истинные болельщики в любую минуту будут болеть за нас. И это очень помогало, слаживало коллектив.
«Храбрость — это терпение! Терпение в опасности — это победа!»
— Покинув штаб «Куньлуня» в 2018 году вы долго не тренировали, жили в Монреале, в Россию возвращались только пару лет назад, недолго проработав во главе академии «Авангарда». Неожиданно было так вернуться в КХЛ и сразу выиграть трофей?
— Я всегда был готов и открыт предложениям. Всегда хотел работать с ребятами на льду. Не важно, в каком качестве. Я прошел огромную школу игры за океаном, огромную школу советского хоккея. У меня были замечательные тренеры, что там в Северной Америке, что здесь.
Виктор Васильевич Тихонов, Владимиров Владимирович Юрзинов, Игорь Ефимович Дмитриев. Мои тренеры в Уфе, включая первого тренера в школе. Они многому меня научили. Я учился у них тренировать, даже будучи игроком. Путь становления, когда ты всегда учишься — это постоянный процесс, нескончаемый. Мы, тренеры, учимся у ребят, игроков, они учатся у нас терпению. Наш девиз был в серии: «Храбрость — это терпение! Терпение в опасности — это победа!»
— Есть объяснение такому феномену последних лет, что звезды НХЛ вашего поколения уже в не самом молодом возрасте без опыта тренерской работы приходят тренировать в КХЛ и разрывают лигу? Федоров выигрывает трофеи с ЦСКА, Игорь Ларионов с очень недорогим составом нижегородского «Торпедо» доходит до второго раунда и приводит в восторг публику красивым хоккеем.
— Я хочу сказать, что мы никого не разрываем. Ещё раз говорю: в КХЛ очень хорошие команды, против которых нам приходилось играть и в регулярном чемпионате, и в плей-офф. Мы учимся. Мы также учимся у них. КХЛ — это непростая школа. Это колоссальная ответственность, потому что хоккей изменился, лига изменилась, требования изменились. Многое меняется на ходу. Хоккей растет, развивается. Ему нужно отдавать всё. Это живой организм. Если ты платишь игре, игра платит тебе.
— В последние месяцы ходили слухи, что Федорова зовут к себе «Детройт» и «Коламбус». Пойдете с ним в НХЛ работать?
— Это вопрос к ним. Я вообще об этом не слышал (смеется). Вы знаете, жизнь такая штука — лучше не загадывать. Здесь и сейчас сегодняшним днём живём, получаем удовольствие от жизни. Не надо жить прошлым, не надо жить будущим — учиться сегодняшним урокам.
— Но есть вообще шанс, что в обозримом будущем Федоров или кто-то другой из наших специалистов станет главным тренером клуба НХЛ?
— Жизнь непредсказуема. Все может быть. Я не скрываю ничего, но такую информацию (о Федорове в НХЛ) не видел и не слышал.
— Многие считают, что ваш финал с «Ак Барсом» по качеству хоккея не сильно уступал уровню НХЛ.
— Я не хочу сравнивать. Это другая лига. У нас другая культура, другой хоккей, и параллели проводить не стоит. Можно брать и учиться чему-то хорошему у них, но это наш хоккей, и мы в него будем играть. У нас свои правила, свои таланты. Учитывая сегодняшнюю ситуацию, они только у нас будут расти, другого пути сейчас нет. Возможно, изменится ситуация. Возможно, изменятся какие-то правила. Но здесь и сейчас мы растим ребят и радуемся за них. И надеемся, что будет больше и больше звезд. Таких, как Прохор Полтапов и многие другие.
— Все же, КХЛ кое-что оттуда взяла, увеличив число матчей регулярного чемпионата до 68-ти. Рады этому? Может быть, нужно больше?
— У меня есть свои мысли по этому поводу. Количество игр — здорово. У нас, конечно, побольше страна — семь часовых поясов. И, естественно, это накладывает определенные трудности. Но я думаю, что лига и люди, работающие над этим, придут в дальнейшем к общему знаменателю в этом вопросе. Есть сложности, но все в одинаковых условиях, поэтому играем как играем, а там будет видно.
— Вы упомянули нынешнюю ситуацию. Тяжело нашим ребятам, особенно молодым, без международного опыта? Трудно будет адаптироваться к мировому уровню, когда нас разбанят?
— Правильно раскрытый талант будет адаптироваться быстро и прогрессировать в любой ситуации. У пацанов сейчас обалденная школа. Они молодые — 21, 23, 25 лет. Они проходят свой путь. Пусть у них нет международных соревнований, но, поверьте, мы, наше поколение тоже в собственном соку варились. Да, были у нас выезды за океан на суперсерии, Кубки Канады, а сейчас время и обстоятельства дают нам совершенно другую ситуацию. Но хоккей от этого не страдает. Ребята талантливые, они заставляют себя друг к другу тянуться, и от этого растет уровень игры.