«Продала дом — купила часы с кукушкой»: ценительница редких вещей открыла свою выставку
«Мы выстаивали огромную большую очередь, чтобы посмотреть картины импрессионистов»
Зульфию Султанову всегда привлекал мир живописи и искусства. Журналист по образованию она много писала о культуре. Ходила по выставкам, бывала во многих мастерских художников и даже устраивала однодневные поездки в Москву, чтобы посетить выставки импрессионистов.
«Мы выстаивали огромную очередь, чтобы посмотреть картины импрессионистов. Меня всегда это увлекало. И сейчас, куда бы я ни поехала, всегда хожу по выставкам», — рассказала она о своей тяге к искусству.
Офорт Александра Халдеева «Бессонница и крик птицы»
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
На путь коллекционирования Зульфия Султанова встала в конце 1990-х годов, когда набралась смелости и позвонила челнинскому художнику-графику Александру Халдееву с предложением купить его офорт под названием «Бессонница и крик птицы» — это философская работа с шекспировским сюжетом: несчастные Король и Принцесса на фоне призрачного замка, которые пребывают в растерянности.
Картина выполнена в печатной технике — офорт. Это техника достаточно сложная, объясняет Зульфия Султанова. Рисунок сначала наносится на металл, потом производится травление поверхности печатной формы кислотами. В какой-то мере это даже вредная работа для того, кто ею занимается.
«Александр Халдеев — большой мастер, который, к сожалению, раньше времени ушел из этой жизни. У него драматичная судьба и работы такого же драматичного плана. Картина „Бессонница и крик птицы“ тогда полностью завладела мыслями и не отпускала несколько дней. Сюжет меня очень зацепил. В итоге я ее купила. С тех пор началось мое осознанное коллекционирование», — поделилась она.
Работа Хамзы Шарипова «Дерево с птицами», выполненная на сухом листке дерева
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
«Когда я вижу красивые работы, мне их все хочется купить, но это невозможно»
Большинство экспонатов в коллекции журналиста — это работы еще одного известного челнинского художника Хамзы Шарипова.
Он работает в разных техниках — и с тканью, и с бумагой, и с металлом, и с эмалью. Одна из последних его работ в коллекции — «Посвящение Дэрдменду» (татарский поэт XIX века, – прим. Т-и).
«Его работы меня трогают своим символизмом, и в моей коллекции больше десяти его произведений искусства. Он очень разноплановый, самобытный. Так, у меня есть работа, выполненная на опавших осенних листьях. Художник их как-то обрабатывает, потом на них рисует. Получается очень оригинально. Когда я вижу его работы, мне их все хочется купить, но понятно, что это невозможно», — делится коллекционер.
Работа Хамзы Шарипова «Комета»
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
В коллекции Зульфии Султановой есть еще одна работа Хамзы Шарипова «Комета», она нарисована на спиле дерева. Художник гениально обыграл трещину.
«В том, в чем любой другой увидел бы брак, Хамза увидел уникальность. Это и есть настоящий талант», — поделилась журналист.
«Мы с ним перешли на татарский язык, у него выступили слезы на глазах»
Каждая работа появлялась в коллекции Зульфии Султановой после сильной влюбленности именно в работу и страстного желания заполучить ее.
«Это происходит так: я прихожу на выставку, вижу картину, и она не дает мне покоя. Я потом хожу по дому и хочу их непременно получить. В итоге я связываюсь с художником, и мы договариваемся, что я у него покупаю работу», — рассказала о появлении в своей коллекции экспонатов журналист.
В коллекции Зульфии Султановой присутствуют не только картины, но и предметы деревенского быта, вышивка, арт-объекты из разных стран, есть даже большой сундук и одна фотография казанского фотографа Ляли Кузнецовой.
Одну из стен в доме украшают тарелки, купленные в разных странах: Египте, Марокко, Великобритании, Доминикане, Турции, Гонконге, Израиле, Азербайджане, Испании…
Слева – сундук, расписанный художницей Сагидой Сиразиевой
Фото: Антон Катушенок, предоставлено Зульфией Султановой
Большой сундук, с которыми раньше девушки выходили замуж, передала ей подруга, решившая переехать с отцом в Сочи. В таких сундуках хранилось приданое невесты. Выкинуть его рука не поднялась.
«Зная мой интерес к старинным вещам, подруга предложила мне забрать его. Сундук был не в самом лучшем виде, краска облезла. Мой муж отшлифовал его, и мы отвезли его художнице Сагиде Сиразиевой. Она долго вдохновлялась, и через полгода я получила такой чудесно расписанный арт-объект», — поделилась историей сундука собеседница агентства.
Также в коллекции Зульфии Султановой есть корытце для муки (жильпуш) и старинный рубель для глажки белья, расписанные этой же художницей.
Гранат, купленный на стамбульском блошином рынке
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
Бывая в разных странах, как истинный коллекционер, Зульфия Султанова заходит на блошиные рынки. Так, интересная история случилась со старинным серебряным гранатом в Турции, который челнинка купила на рынке в Стамбуле. Она начала торговаться с продавцом по-английски, но вскоре он понял, что это не родной ее язык. В разговоре выяснилось, что он — внук крымских татар, которые после революции перебрались в Турцию.
«Мы с ним перешли на татарский язык, у него выступили слезы на глазах. Я купила у него этот гранат, и он сильно уступил мне в цене», — рассказала собеседница агентства, отметив, что абсолютно все арт-объекты у нее гармонично вписываются в интерьер дома.
Винтажная скатерть из Турции
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
А вот этот фрагмент винтажной вышитой скатерти Зульфия также купила на блошином рынке Стамбула. Скатерть местами была дырявая, но этот синий цвет и роскошные павлины ее просто пленили. Журналистка отдала ее на реставрацию местным мастерицам, и теперь эта старинная вещь также украшает интерьер ее дома.
«Мама с радостью поддержала мою авантюрную идею»
Мама Зульфии Султановой — Гульзиган Калямовна — до старости сохраняла в себе удивительное жизнелюбие и легко относилась к деньгам, вспоминает ее дочь. Когда она продала свою скромную дачу, полученное разделила на четверых: на себя и трех дочерей. На свою долю наша героиня купила немецкие механические часы с боем.
Как-то в поездке по Германии, по дороге в замок Нойшванштайн в Баварии, супруги заехали в магазинчик, где продавалось множество необыкновенных часов с кукушкой и разными сценками из жизни крестьян. Зульфия пересмотрела и послушала десяток образцов, но не купила. Они были дорогими. Однако выходя, на всякий случай взяла визитку магазина.
И вот спустя время, когда мама передала ей долю от дачи, нашей героине пришла авантюрная идея купить на эти деньги часы. И мама ее с радостью поддержала.
Коллекционер списалась с владельцами магазина, сделала платеж, и они выслали часы. Потом была история с Почтой России (или Германии), которая пренебрегла отметкой, что посылку нельзя переворачивать, консультации с магазином по поводу ремонта. Но все завершилось благополучно.
«Кукушка кукует, фермеры танцуют, дровосек колет дрова, мельница крутится, часы отмеряют время... А я вспоминаю свою удивительную маму и нашу дачу».
«Художник сказал мне: “Ты не работу разбила, ты мне сердце разбила”»
В жизни Зульфии случались и непредвиденные обстоятельства с экспонатами. Так, в ее коллекции есть работа на стекле челнинского художника Анатолия Пашина.
Не дождавшись мужа, она решила повесить ее на кухне и сама вкрутила для этого саморез. Потом даже похвасталась об этом супругу. Ночью в доме раздался страшный грохот — работа была разбита.
Витраж Анатолия Пашина «Цветы любви»
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
Наутро Зульфия Султанова позвонила художнику, рассказала ему о случившемся «горе» и попросила его повторить работу.
«Он сказал мне: “Ты не работу разбила, ты мне сердце разбила”».
«Работу художник все же повторил, но она все равно получилась абсолютно другой. Саморезы я больше не вкручивала. Не все работы можно восстановить», — говорит собеседница агентства.
«Белый натюрморт» Мадияра Хазиева
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
Одну из самых первых и любимых работ в коллекции — «Белый натюрморт» Мадияра Хазиева, к слову, удалось повторить. Она выполнена в технике татарского шамаиля, с подложкой из фольги.
«Эта именно та работа, которая в моем интерьере нравится многим. Художнику даже дважды пришлось делать копии, и они теперь украшают квартиры в Казани моей сестры и еще одной подруги», — поделилась коллекционер.
«Водопой» Салавата Гилязетдинова
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
Еще одна из любимых работ — фрагмент работы художника из Уфы Салавата Гилязетдинова «Водопой». Она выполнена в необычной технике «конгрев»: картина отлита из размоченной бумаги.
«Лошади, колеса арбы — исконно татарские символы. Именно такая символика щемит мне сердце в работах татарских этноавангардистов», — делится собеседница агентства.
«Спорить о вкусах — это не значит, что кому-то нравятся пирожки со смородиной, а кому-то с вишней»
Заслуженный деятель искусств Республики Татарстан Хамза Шарипов, чьи работы находятся в коллекции Зульфии Султановой, считает, что вкус вкусу рознь, особенно если речь идет о «настоящем» искусстве.
«Кажется, для того, чтобы быть коллекционером, достаточно любить искусство. При этом считается, что вкус — расплывчатое понятие: кому-то нравятся пирожки со смородиной, а кому-то с вишней. Но понимать искусство, так же как и иметь вкус, — это немного другое. Это тот момент, когда человек смотрит на произведение искусства, и оно его цепляет. И дело тут не в начинке, а в том, что человека трогает то, что художник сумел передать. В отличие от пирожков искусство — это текст, и его нужно суметь прочитать», — поделился он своими убеждениями с «Татар-информом».
На открытии выставки
Фото: Антон Катушенок, предоставлено Зульфией Султановой
По мнению мастера кисти, искусство — это показатель некой развитости, умение видеть смыслы, глубину, искренность. Вот это все у Зульфии Султановой есть, говорит он. Она собрала очень хорошую коллекцию, работы высокого уровня.
При этом Зульфия Султанова не просто постигает искусство и не только любит его, но и пишет интересные посты по поводу своих открытий. Это показатель того, что она не просто любитель, но и знаток.
«Коллекционирование — это радость, особенно когда коллекционер находит работу, близкую душе. И ее содержание понимается не только сквозь призму разума, но и через сердце. Когда человек чувствует нечто интересное, оригинальное — вот чем ценно искусство», — считает собеседник агентства.
Искусство — это текст, и его нужно суметь прочитать, говорит Хамза Шарипов
Фото: Антон Катушенок, предоставлено Зульфией Султановой
«На взгляд эксперта, работы представляют большую художественную ценность»
Председатель отделения Союза художников Набережных Челнов Ленар Ахметов на выставке в галерее также оценил коллекцию Зульфии Султановой.
По словам эксперта, обычно бывает так: работы пишут либо под интерьер, либо только для музея. Редко можно подобрать универсальный вариант, а у Зульфии Султановой получается это сделать.
«Коллекция содержит работы уже именитых художников, в основном по направлению этнического авангарда. Видно, что картины и арт-объекты у нее тщательно отобраны, и, на взгляд эксперта, эти работы представляют большую художественную ценность. При этом работы гармонично вписаны в интерьер».
Работа на стекле Ленара Ахметова «Fly»
Фото: из личного архива Зульфии Султановой
К слову, работа Ленара Ахметова «Fly» («Летать») на выставку не попала, ее побоялись разбить при транспортировке. Она большая и выполнена на стекле в смешанной технике, напоминающей технику татарских шамаилей. Всего в картинной галерее Набережных Челнов представлено 49 из 60 собранных коллекционером произведений искусства.
Выставка будет открыта до 29 декабря, а потом все работы вернутся к себе домой. «Я очень надеюсь, что Новый год я встречу со своими экспонатами», — заключает Зульфия Султанова.