В КХЛ почти полностью перешли на канадские и финские площадки. Как это повлияло на зрелищность?

Тренд на изменение размера площадок в КХЛ — далеко не обыденная штука. Еще пару лет назад на «канадских» площадках играли лишь дальневосточные «Адмирал» и «Амур», а обе команды из Татарстана + «Витязь» пробовали средний — финский вариант. Все поменялось буквально недавно — сейчас с большим трудом можно встретить коллективы, которые проводят домашние матчи на европейских ледовых полях.

Необходимо уничтожить один важный миф: понятие «финский формат» произошло скорее не из-за реального положения дел в элитной финской лиге, а в результате распущенных слухов о якобы особом финском типе хоккейных коробок во времена российской Суперлиги. Кто-то решил, что в Финляндии поголовно играют на площадках 60 на 28, но на самом деле таких команд было всего несколько.

Понятие «канадская» площадка тоже не совсем верное. Исторически это лед 56 на 26 метров, тогда как 61 на 26 — это формат Национальной хоккейной лиги. К уже «старожилам» канадского размера в КХЛ «Амуру» и «Адмиралу» вскоре добавились «Барыс», СКА, московское «Динамо» и ХК «Сочи».

Через какое-то время так называемый «финский» формат стал чуть ли не самым популярным: 11 клубов переняли «финку», в числе которых магнитогорский «Металлург» и «Сибирь». К 2019 на «аэродромах» продолжали играть, например, «Салават Юлаев» и «Йокерит», но уже в 2020 году они также решили перейти на финскую площадку: таким образом, европейский формат в КХЛ практически полностью исчез.

Sport24 порассуждал, почему клубы решили отказаться от европейских вариантов, какой формат лучше и имеются ли статистические различия на льду при разных размерах коробок.

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, необходимо прибегнуть к статистическому партнеру InStat. Мы провели небольшое исследование командной статистики трех клубов: какие-то из них играли на европейских площадках, а затем перешли на другие форматы совсем, а другие, как, например, хабаровский «Амур» играли на «канадке» с 2017 года. Мы не брали в расчет разницу в стилях и тактических воззрениях разных тренеров, а попытались ориентироваться исключительно на разницу в показателях на «аэродромах» и уже после — на иных типах льда.

Статистические закономерности

Среднее количество бросков к началу коронавирусного безумия на две команды на площадках разных типов коррелировалось следующим образом: на 26 метрах (канадка) 108.4 бросков в среднем за игру, на 28 метрах (финка) — 109.4, тогда как на европейском формате показатель перевалил за 110. По броскам в створ ситуация похожая: 58.4 броска на самой узкой поляне, 58.0 на финском типе и аж 59.5 на европейских. Все это развенчивает миф о том, что на маленьких площадках якобы больше бросают по воротам — статистика намекает на диаметрально противоположную картину.

Рассматривая разницу в форматах площадок, нельзя не отметить и такой важный показатель, как силовые приемы. На узких площадках больше хитов, чем на европейках — 27.6 против 26.2. На 28 метрах силовых приемов почему-то делается намного меньше, а именно 24.7 в среднем. Предполагаем, что это связано с тактикой команд, играющих дома на финских площадках. Также является немаловажным тот факт, что в разных городах по-разному считают силовые приемы: где-то каждое касание, где-то чуть ли не хиты из НХЛ девяностых считаются за силовой.

Однажды Рене Фазель сказал: «Какая лига лучшая в мире? НХЛ. Где играют лучшие в мире игроки? В НХЛ. На какой площадке они играют? 61 метр на 26. Когда вижу Овечкина и других ребят, я называю их художниками. Почему бы не дать им то, к чему они привыкли, чтобы они могли показать, что они художники? Почему мы должны защищать менее мастеровитых игроков и играть на большой площадке и лишать преимущества художников? Мы играем для болельщиков. Я много смотрел НХЛ в этом году, это невероятно. Да, некоторые из 82 матчей регулярки не слишком интересны, но плей-офф — великолепно! Скорость, техника, мозги! Игроки так быстро думают! Сейчас играют на высочайшем уровне, это видно и на этом чемпионате мира, и в НХЛ. А МЧМ в Северной Америке гораздо интереснее, в Европе на больших площадках все совсем иначе. Понимаю, не всем лигам это понравится, но мы не просим их переходить на маленькие площадки, это стоит больших денег. Но ради будущего игры, ради художников из НХЛ мы просто обязаны играть на маленьких площадках».

О чем это высказывание может говорить? Прежде всего о том, что пока еще действующий глава ИИХФ восхищается и ориентируется на НХЛ. А там, как мы помним, площадки узкого размера. Именно после этого высказывания Фазеля, датированного 2019 годом, было принято решение проводить чемпионаты мира на уменьшенных полянах.

Среди прочего, на «канадских» полях можно увидеть отскок от лицевого борта, который приведет если не к голу, то к опасному моменту. Там практически нереально сидеть в глухой обороне. Соперник не упустит возможность прошить твоего вратаря от синей или даже от борта с ползоны.

Сравнение «Амура» с клубами, которые произвели переход на новый тип площадки

Снова обратимся к продвинутым метрикам из InStat. Мы решили сравнить статистику «Салавата Юлаева», «Йокерита» и «Амура» в сезоне 2017/18 и сейчас для того, чтобы определить влияние изменения площадок на статистические показатели. «Йокерит» играет в КХЛ с самого начала примерно в один хоккей, «Салават» всегда был зависим от Умарка и Хартикайнена, а сейчас влияние звена Харти (но уже без Умарка) там возведено в абсолют. Именно поэтому статистика на разных типах площадки должна отразить картину без лишних проблемных факторов. «Амур» уже четыре года играет на узкой коробке, именно поэтому в их сравнении с финнами и уфимцами, кажется, кроется истина.

Уфимский клуб в сезоне-2017/18 под руководством первого тренера-иностранца на домашней площадке наносил в среднем 55 бросковых попыток, из которых 30 бросков доходило до створа ворот. Для сравнения, сейчас у «Салавата» 55 попытки и 29 бросков в створ. По силовым приемам ситуация еще интереснее: в сезон Вестерлунда команда дома хитовала в среднем по 16 раз, тогда как сейчас является самой мягкотелой командой Востока с 11 хитами. По набору исполнителей команда кардинально не отличалась, поэтому можно сделать простой вывод: переход на другую площадку никаких глобальных изменений для Уфы не принес — размер площадки не делает разницы, и все еще важна тактика и подбор исполнителей.

Казалось, что финский «Йокерит» по определению должен был играть на финских коробках: в реальности же клуб из Хельсинки перешел на этот тип лишь с начала этого сезона. В сезоне-2017/18 (который мы взяли за ориентир) подопечные Юкки Ялонена на «Хартвалл-Арене» бросали в сторону ворот 63 раза. Из них 34 броска доходили до створа. На финском типе ледового поля ситуация очень серьезно изменилась: на восемь снизилось число бросковых попыток и на пять число бросков в створ. Связи между измененным тактическим рисунком или набором игроков мы не нашли: глобально подбор хоккеистов последние четыре сезона у финнов похож, а хоккей Марьямяки и Ялонена отличается достаточно серьезно. Цифры показывают, что разницы за последние два сезона при Марьямяки не было, а, значит, переход на «финский» формат перешел максимально безболезненно.

Дальневосточные площадки всегда славятся тем, что там много бросают, много хитуют и еще больше вбрасывают шайбу. На деле все оказалось не так просто: бросают в Хабаровске, как оказалось, не сильно больше, чем в остальных клубах. Да, действительно присутствует весомое преимущество по силовым, но это все можно объяснить не столько «канадским» форматом площадок, сколько слабым подбором игроков: когда не получается на должном уровне и стабильно забивать, приходится использовать все физические ресурсы, чтобы втаптывать соперника в лед. Мы более чем уверены, что если посадить в эти географические условия и на эту арену команду помастеровитее, никаких сильных отклонений от дисперсии в среднем по лиге в статистике не будет.

В сезоне-2017/18 хабаровский «Амур» совершал в среднем 53 бросковых попытки, из которых 30 доходили до створа ворот. Показатели нынешнего сезона немного отличаются: 58 попыток на 30 бросков в створ. Также увеличились и допускаемые броски по своим воротам — скорее всего это связано с диаметрально противоположными хоккейными философиями тренеров. Мартемьянов никогда не скрывал, что его команды стараются использовать каждый шанс и не хотят бросать ради броска, при этом не забывая строго играть в обороне, не давая развернуться соперникам. При Светлове же команда действует более мобильно, при этом своими действиями разгоняет совместные броски в матче.

Вывод

Говоря о тенденциях смены хоккейных коробок нельзя забывать одну важную вещь — класс выступающих хоккеистов и игровая философия намного более ценная вещь, нежели чем тип площадки. Площадка совсем не делает игру. В качестве примера всегда можно привести олимпийскую сборную Канады, которая всю жизнь играет в условиях НХЛ, но без труда взяла золото Игр в Сочи, играя на европейском «аэродроме».

Большая площадка поощряет пассивность в действиях игроков, позволяя тренерам типа Билялетдинова уйти в настолько глухую оборону, насколько это просто возможно. Именно поэтому разные типы ледовых полей отчасти влияют на тактические построения: где-то на европейке можно встать пошире, где-то будет место для «конверта» в большинстве — но важно то, что на статистику и на результат это практически не влияет.

Все это наводит на единый глобальный вывод: на каком бы типе ледовых полей ни происходила игра, единственно весомыми факторами будут являться высокий средний уровень хоккеистов и тактические построения. Опираться на международный опыт необходимо по части хоккейных правил, чтобы на чемпионатах мира россияне понимали, за что и каким образом их судят. В то же время если весь мир будет играть на «канадских» площадках, а КХЛ нет, это не приведет к ухудшению качества игры — по сути, размер площадки — всего лишь мишура, за которой не скроешь понижающийся с каждым годом уровень хоккея в лиге и другие масштабные российские проблемы.

Скачать приложение Sport24 для iOS

Скачать приложение Sport24 для Android