Талант, смелость и успех
Работы художника получают российское и зарубежное признание.
…Дикие джунгли с бурной путаницей лиан, пестрыми попугаями и сочными фруктами, зреющими в лоне пышной листвы, сменяются нарядной залой индийского дворца с величественными сводами и великолепием внутреннего убранства. Оформление «Баядерки» настолько многомерно, фактурно и богато по цветовой гамме, что когда на премьере балета в 2002 году открылся занавес, зрители сразу захлопали, не в силах сдержать восторга и словно предвосхищая аплодисментами вскоре полученную Валентином Федоровым Государственную премию Чувашии. Но если там перед нами больше иллюстративности, любования пейзажами и изысками восточной культуры, то в «Отелло» художник говорит на языке символов, когда один элемент (по его замыслу это корабельные канаты) проходит лейтмотивом через все сценическое действо, объединяя в неразрывное целое ансамблевые и хоровые эпизоды, что очень созвучно самой партитуре оперы.
…Валентин Васильевич задумчиво окинул взглядом эскизы. Задача непростая: выбрать несколько из них для Всероссийской выставки памяти главного художника московского театра «Ленком» Олега Ароновича Шейнциса — любимого педагога Школы-студии МХАТ имени Вл.И. Немировича-Данченко, наряду с главным художником Большого театра Валерием Яковлевичем Левенталем, распахнувшего перед ним, талантливым парнем из чувашского поселка Ибреси, выпускником Чебоксарского художественного училища, двери в профессию и взявшего его ассистентом в известную кинокартину «Убить дракона».
Тогда, в 1980-х, будущий заслуженный художник Чувашии и кавалер медали ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени даже не подозревал, что «Мосфильм» и Малая сцена МХАТа, где он принимал участие в создании спектакля «Орфей спускается в ад», станут для него отправной точкой на пути к российскому и зарубежному признанию. Кроме того, что спектакли Валентина Федорова с успехом идут в Москве, Нижнем Новгороде, Курске, Астрахани и Улан-Удэ, в течение нескольких лет он работал в Америке с театром «Moscow Ballet».
Такая востребованность, растущая с каждым сезоном, позволяет Валентину Васильевичу не просто много ездить, а видеть современный театральный процесс изнутри, быть в курсе основных тенденций эволюции постановочного языка и воплощать их на родной сцене, часто оказывая влияние и на режиссерское решение. Поэтому оформленные им оперы, балеты и оперетты, побеждающие на республиканском конкурсе «Узорчатый занавес» в номинациях «Лучшая сценография» и «Лучший спектакль года», очень разнятся по эстетике и стилистике. Рядом с огромным аквазорбом, манекеном в балетной пачке и чудаковатыми гигантскими зверями в человеческой одежде из оперы «Сказки Гофмана», буквально нашпигованной всевозможными постмодернистскими «штучками», весело гудит ночной Париж, собравший у подножия Эйфелевой башни как стержневого элемента сценографии героев оперетты «Веселая вдова». Жирные кляксы черной краски, небрежно размазанные по заднику балета «Лолита», контрастируют с отливающими золотом древнерусскими фресками, иконами и церковными знаменами из оперы «Борис Годунов», от одного вида которых в носу начинает пахнуть ладаном. Экспрессивную, «кричащую» палитру балетов «Чиполлино», «Аттила. Рождение легенды» и «Сарпиге» с самобытными костюмами в технике батика всех цветов радуги оттеняют приглушенные пастельные тона опер «Сельская честь», «Паяцы» и «Аида».
Неизменно одно: безошибочное чувство жанра, так что если на сцене балет — это всегда много воздуха, раздолье для прыжков, фуэте и прочих па, минимум выразительных средств при максимуме смысловой наполненности, дабы не перегружать пространство и не стеснять артистов. Достаточно вспомнить нежные розовато-сиреневые кулисы «Лебединого озера», будто весь мир усыпан перьями и пухом, или задник в балете «Спящая красавица» с эффектом резкого перспективного сокращения и иллюзией устремленности дворцовых сводов ввысь, что очень точно передает состояние головокружительного счастья, охватившее героев в финале.
Более статичная по своей природе опера, напротив, обращает фантазию в материальную форму и позволяет использовать много металлических или деревянных конструкций и реквизита, выстраивать ландшафты, интерьеры и общую архитектурную композицию. Броско, рельефно рисует художник картины народного быта в спектаклях «Шывармань» и «Нарспи», смакуя каждую деталь и достоверно воссоздавая национальный колорит.
Новым словом в музыкальном искусстве республики стал первый чувашский мюзикл «Нарспи» на сцене филармонии, где Валентин Федоров органично соединил в костюмах архаику и современность, так что спектакль балансирует на стыке эпох и поколений. Джинсы, футболки, шарфы и гетры пестрят этническими узорами, в диалог с женскими головными уборами тухъей и хушпу вступают кроссовки, кеды и гриндерсы…
Фото Олега Мальцева из архива редакции. Первый чувашский мюзикл «Нарспи» на сцене филармонии, где Валентин Федоров органично соединил в костюмах архаику и современность, так что спектакль балансирует на стыке эпох и поколений.
С жанром мюзикла у художника вообще сложились особые отношения. Очень тепло был принят его «Сирано де Бержерак» в Новосибирском музыкальном театре, а известный российский композитор и продюсер Ким Брейтбург, чьи песни исполняют Филипп Киркоров, Лариса Долина и Катя Лель, пригласил Валентина Васильевича в команду мюзикла «Дубровский», уже поставленного в нескольких городах страны, от Екатеринбурга до Кемерово. Еще одна знаменитость, высоко оценившая его мастерство, — композитор Александр Журбин, лично присутствовавший на премьере своего мюзикла «Биндюжник и Король» в Оренбурге и высказавший слова признательности в адрес сценического оформления.
Универсального таланта Валентина Федорова хватает не только на музыкальную сцену. В 1991 году его сценография к спектаклю Чувашского академического драматического театра имени К.В. Иванова «Ежевика вдоль плетня», где он делал первые профессиональные шаги до прихода в оперный театр на пост главного художника в 1989 году, была признана лучшей на международном фестивале «Туганлык» в Уфе. Навсегда в истории Чувашского театра кукол останется пушкинская поэма «Руслан и Людмила» с целой серией спецэффектов, наиболее ярким из которых стал фантастический полет сцепившихся в жестокой схватке Руслана и Черномора под самым потолком зрительного зала.
Подкупает и та смелость, с которой Валентин Федоров пускает на свою театральную «кухню» коллег «со стороны», его мудрое понимание того, что только в атмосфере свободного творческого обмена рождается импульс движения вперед. К примеру, будучи директором театра в 2017-2018 годах, он пригласил для постановки оперы «Мадам Баттерфляй» художника из Ульяновска Владимира Медведя, посчитав опыт работы с ним полезным для труппы и художественно-постановочной части. Нередко Валентин Васильевич берет в партнеры молодую московскую художницу по костюмам, свою ученицу и выпускницу ВГИКа Нину Федорову. Мы же, попадая на такие спектакли, получаем бесценную возможность знакомства с разными именами и направлениями в театральном искусстве страны.
Мария Митина