‘Мы находимся в группе максимального риска’: бортпроводники о работе во время пандемии

Бортпроводники разных авиакомпаний рассказали изданию Лента.ru о работе в самых горячих условиях за всю свою карьеру, о поведении пассажиров, вывозных рейсах, мерах безопасности на борту и собственных страхах.

С 27 марта Россия приостановила международное авиасообщение из-за пандемии коронавируса, оставив только рейсы, организованные для возвращения граждан из-за границы, и отдельные полеты по поручению правительства. Вместе с тем на фоне снижения спроса у крупных авиакомпаний резко сократилось и количество внутренних рейсов; некоторые временно прекратили все полеты. Тысячи сотрудников российской авиации оказались в подвешенном состоянии, фактически без средств к существованию. Имена членов экипажей изменены по их просьбе.

«Количество рейсов сократилось десятикратно»

Андрей, бортпроводник

Я работаю старшим бортпроводником в крупной авиакомпании, которая выполняет международные и внутренние рейсы. Ситуация с ограничением перевозок привела сначала к закрытию первых, а затем — к снижению общего количества вторых. Пассажиропоток тоже упал, мы летаем в полупустых самолетах, что однозначно невыгодно авиакомпании.

Ситуация в первую очередь бьет по тем компаниям, которые специализируются на международных туристических перелетах, — они испытывают колоссальные проблемы, потому что рейсов нет, деньги не зарабатываются, а самолеты нужно обслуживать, платить за аренду, за стоянку в аэропорту. Понятно, что у всех есть финансовая подушка, но как только она растает, авиакомпании начнут разоряться — возможно, это случится уже к началу лета.

По теме: 20 профессий с самым высоким риском заражения коронавирусом

Наша компания пока летает из базового города в разные направления, но количество рейсов снижено десятикратно. Если раньше мы выполняли 250 рейсов в день, половина из которых — международные, то сейчас — около 25. Один рейс в день против десяти прежних.

Зарплата у нас полностью зависит от налета — времени, которое бортпроводник работает непосредственно в воздухе. Оно ограничивается санитарными нормами — 80 часов в месяц, примерно столько мы и делаем. Но сегодня ряд авиакомпаний не летает вообще, а те, которые продолжают, дают на одного человека 15-20 часов налета. Соответственно, люди и получают четвертую-пятую часть зарплаты. Все понимают, что если в мае нам выплатят хотя бы 15 тысяч, это будет еще хорошо.

«Я видел на борту парня в противогазе»

Сейчас количество пассажиров значительно уменьшилось, но в марте их было много, особенно в «выходную» неделю. Люди отправились из Москвы в регионы: многие остались без работы, кому-то стало дорого снимать квартиру, кто-то просто решил изолироваться подальше от мегаполиса.

Некоторые направления остаются популярными и сейчас: у нас это Пермь, Уфа, Екатеринбург, Краснодар и Минеральные Воды. В курортный город до сих пор летают самолеты, полные людей.

По теме: Путешествия во время пандемии: что нужно знать для авиаперелетов по США

По возможности мы рассаживаем людей для соблюдения социальной дистанции. Если у кого-то из пассажиров есть признаки инфекционного заболевания, действуем по регламенту, согласно которому мы обязаны ограничить потенциального инфицированного от других, с ним будет работать один выделенный бортпроводник, который не контактирует с другими пассажирами и членами экипажа; при необходимости выделяется отдельная туалетная комната. Для таких случаев на борту есть все средства защиты, специальный костюм и даже устройство для проведения бесконтактной легочной реанимации, хотя я не помню, чтобы им когда-то пользовались.

Во время пандемии весь экипаж обеспечили перчатками и масками, правда, в недостаточном количестве — по одной каждому на рейс. Мыло в туалетах заменили на антибактериальное. На этом, наверное, все.

«Бортпроводники не боятся коронавируса. У нас хорошая эмоциональная закалка: после каждой авиакатастрофы, когда все новости только о том, что где-то разбился самолет и погибли люди, мы идем на работу и улыбаемся пассажирам. Что бы ты ни переживал вне работы, когда приходишь на борт, другие люди должны смотреть на тебя и чувствовать уверенность в происходящем».

Поэтому мы продолжаем работать, принимая современные реалии: мытье рук, смену перчаток, поддержание чистоты на рабочих поверхностях, чтобы свести к минимуму любые риски заражения.

«Все помнят, что было, когда разорилась «Трансаэро»»

То, чего действительно боится проводник во время пандемии, — закрытия своей авиакомпании и потери работы. Все помнят, что было, когда обанкротилась «Трансаэро», а вслед за ней ВИМ-Авиа: на рынок выбросили огромное количество людей, которым было очень трудно найти работу.

«А сегодня в нашей отрасли существует возможность беспрецендентного взрыва безработицы. Представьте: если человек работает парикмахером и его салон закрылся, он может пойти в соседний, а что делать бортпроводнику? В большинстве региональных городов всего одна авиакомпания, и если она разорится, не будет никакой».

Конкретно у нас многих попросили уйти в оплачиваемые отпуска, и многие так и сделали, потому что отдыхать выгоднее, чем работать в нынешних условиях.

Многие другие авиакомпании отпустили людей в отпуск за свой счет, кто-то просто оставил на небольшом окладе. Люди вынуждены искать подработки (неофициальные, так как совмещать работу нам запрещено), кто-то ушел в таксисты, кто-то — в курьеры. Проблема в том, что денег все равно не хватает, потому что у нас семьи, дети, кредиты, ипотеки. Я, например, вынужден ежемесячно отдавать банку более 50 тысяч рублей, а некоторые коллеги платят по 60-70. Никакая работа курьером не позволит тебе зарабатывать столько, даже если ты будешь круглосуточно бегать по карантинному городу с оранжевой сумкой.

Мы очень надеемся, что правительство окажет необходимую помощь авиаотрасли. Чтобы в то время, когда все закончится, люди могли спокойно летать по стране и миру, а мы — как обычно, встречать их на борту.

«Люди возмущались, что им сократили дни отдыха»

Алина, бортпроводница

Я работала на вывозных рейсах, когда эвакуировали граждан из стран, закрывающих границы из-за пандемии коронавируса. Туда мы летели пустыми, а возвращались с сотнями туристов. Среди них были те, кто скупал горящие путевки, чтобы успеть отдохнуть семьями, с детьми и даже с пожилыми родителями.

Некоторые вылетали туда в 20-х числах марта, когда туры, например, в Дубай стоили по 30 тысяч рублей. Всех предупреждали, что страна может закрыться, что перестанут работать отели, но тогда это никого не волновало.

«На борту многие возмущались, что им сократили дни отдыха: они планировали быть на море до 2 апреля, а их забрали, к примеру, 30 марта. Говорили: «Мы подадим в суд, у нас все было оплачено». При том что в странах Азии, к примеру, уже действительно закрывались рестораны и пляжи, были опечатаны бассейны».

«Люди выламывали двери и убегали, не дождавшись постановления о самоизоляции»

По прилете у нас была сложная процедура выхода из самолета. Нужно было заполнить большое количество документов: постановление о самоизоляции, анкета прибывающего из-за границы, паспорт здоровья, карточка на сдачу анализов, а затем пассажиров выпускали партиями в автобусы, перед этим обработав специальным раствором.

Все это занимало три-четыре часа, люди были уставшие и нервные после долгих перелетов, приходилось объяснять каждому, как заполнять документы, и просить войти в положение и потерпеть неудобства.

«К применяемым мерам пассажиры относились по-разному. В большинстве своем считали, что все это бред, все на борту здоровы, и вообще скорее бы их отпустили домой. Потому их в последнее время и перестали сразу пускать в аэропорт: были случаи, когда люди выламывали двери и убегали, не дождавшись постановления о самоизоляции».

Поэтому многие аэропорты вводили очень жесткие требования, не давая вывезенным из-за границы выходить из самолета, пока они не сдадут все необходимые анализы.

Последние рейсы уже относились к ситуации с пониманием. Вокруг самолета было большое количество полиции, таможенников, поэтому люди сидели спокойно и выполняли все требования.

«Мы понимаем, что находимся в группе максимального риска»

По прилете у пассажиров обязательно брали анализы на коронавирус. Спустя три дня в авиакомпанию звонили и сообщали, летели ли с нами зараженные. Пока таких случаев не было.

Бортпроводников обследовали за полтора часа до каждого вылета: мерили давление, пульс, температуру, только потом врач давал разрешение. Мы понимаем, что находимся в группе максимального риска: с нами контактирует по 300 человек в замкнутом пространстве, потому необходимо следить за здоровьем.

По теме: Жизнь после коронавируса: почему планировать путешествия и бронировать билеты надо уже сейчас

Меры безопасности в аэропортах отличались. В большинстве регионов вещи пассажиров тщательно обрабатывали, в Москве — почти нигде, иногда людям даже не выдавали постановление о самоизоляции. Был случай, когда рейс из Токио прилетел не в терминал F, а в терминал D, где нет стерильной зоны и врачей, и все 300 пассажиров спокойно поехали домой. В других городах, по моим наблюдениям, было жестче и дисциплинированнее.

«Я слышала о случаях, когда коллеги в обычной жизни столкнулись с травлей из-за страха перед коронавирусом. В интернете ходят мемы, что нас надо бояться, мы везде летаем и со всеми контактируем, но все друзья и близкие меня поддерживают, даже соседи улыбаются и спрашивают, как прошел рейс. Только мама говорит: «Хватит летать, увольняйся и возвращайся домой».

Сейчас я и мои коллеги, как и тысячи других проводников, находятся в подвешенном состоянии: мы не знаем, что будет дальше. Мы даже не знаем, что нам предложат в мае — оклад (от 12 до 20 тысяч рублей), две трети оклада, МРОТ (минимальный размер оплаты труда) или ничего.

«Я начал заниматься ремонтом машин»

Александр, бортпроводник

Мы ощутили ситуацию с коронавирусом в марте, когда стало меняться количество рейсов. Причем это происходило каждый день в оперативном режиме: к утру рейсы были, к обеду их отменяли. Можно было приехать на работу, услышать, что какой-то аэропорт закрыл посадку, вылета не будет — и вернуться домой.

Количество рейсов сокращалось с каждым днем. Если раньше в день было около 60, то сейчас максимум 10. При том числе людей, которые работают, большинство просто сидит дома и ждет работы. У меня по плану в апреле был всего один рейс вместо обычных 12-15.

Поэтому я просто ушел в неоплачиваемый отпуск и улетел с женой и ребенком к родственникам. Мы живем в идеальной самоизоляции: в загородном доме со своим участком, выходим на прогулки, кормим уток в озере и радуемся, что проводим время вместе.

По теме: Лицо вместо паспорта: как изменятся авиапутешествия в ближайшем будущем

Я начал заниматься ремонтом машин — превратил хобби в источник пусть небольшого, но дохода. Многие коллеги, которых тоже отправили в отпуска без содержания, поступили так же: кто-то стал заниматься SMM, кто-то преподает английский язык, одна девушка решила стать агрономом и выращивает растения. Чтобы прокормить семью, сейчас каждый делает то, что умеет. Как говорится, держимся.

Мы следим за ситуацией в авиаотрасли по новостям и группам в социальных сетях. У большинства бортпроводников оптимистичный настрой, все ждут возвращения на работу, хоть пока непонятно, когда стабилизируется ситуация.

Скучаю ли я по небу? У меня подрастает ребенок, и нет времени скучать. Некогда даже думать о каком-то коронавирусе. Во время эпидемии я наконец-то нашел время просто побыть с семьей.

«Это не первая эпидемия, которую пережили бортпроводники»

Анна, бортпроводница

Рейсы в «опасные» страны (страны с неблагополучной ситуацией по коронавирусу) отменили еще в марте по указанию руководства страны. Но до последнего загрузки самолетов были полные.

«Было забавно наблюдать за пассажирами: они заходили на борт в масках и перчатках, пользовались антисептиками. А когда им приносили еду, тут же снимали все свои средства защиты, в конце полета уже сидели без них и уходили, бросая использованные маски в кресле».

Еще нам постоянно задавали вопросы: не болеет ли кто-то из членов экипажа, не рискуют ли они заразиться. И мы каждый раз объясняли, что проходим медицинский контроль перед вылетом и измеряем температуру.

На последних рейсах встречались пассажиры, среди которых можно было провести соревнования на лучшие средства защиты. Кто-то приходил на борт в плавательных очках, кто-то в горнолыжных масках, кто-то в строительных респираторах — каждый защищал себя, как мог.

Нам же на период пандемии увеличили количество перчаток, чтобы мы могли постоянно менять их, и выдали многоразовые маски со сменными фильтрами — наверное, для единства внешнего вида.

Это не первая эпидемия, которую пережили бортпроводники. До этого была Эбола, свиной грипп — правда, таких мер, как сейчас, никогда еще не принималось. Но я все же думаю, что у нас уже выработался сильный иммунитет, потому что мы всегда работаем с большим количеством людей и находимся в определенной группе риска.

«Я переболел коронавирусом и решил стать донором»

Роман, бортпроводник

Я не работал в разгар пандемии, поскольку находился в отпуске в Южной Азии, а затем в Европе — он у нас больше, чем положенные по трудовому кодексу 28 дней. А когда вернулся, у меня обнаружили коронавирусную инфекцию.

В последний день моей положенной самоизоляции заболела соседка по квартире и вызвала на дом врача. У нее были признаки ангины, но медработник все равно спросила, контактировала ли она с кем-то, кто прилетел из-за границы. Так мазок взяли и у меня, и результат оказался положительным (у девушки, кстати, был отрицательным). До сих пор не знаю, был ли я действительно болен, все проходило бессимптомно.

«Сейчас я уже вылечился от коронавируса и решил стать донором: сдал плазму для тяжелобольных и буду рад, если она поможет спасти чью-то жизнь».

Слышал о том, что кто-то из коллег тоже переболел коронавирусом, но официальной информации не было, начальство ничего не комментировало. Знаю только, что на наших рейсах были зараженные пассажиры, и всех членов экипажа, контактировавших с ними, отправляли на двухнедельный карантин. У них брали тесты, но все оказались отрицательными.

В авиакомпании сейчас мало работы, остался только один регулярный рейс три раза в неделю, и то ходят слухи, что его скоро закроют. На каждом рейсе работают два пилота и 11-12 бортпроводников.

Большинство сотрудников ушли в отпуска, на больничные, ежегодные переподготовки, а кто-то сидит на окладе в 11 200 рублей и ждет «волшебного» рейса, надеясь уже хоть куда-нибудь слетать.

«Мои авиационные друзья начали продавать имущество»

Антон, бывший бортпроводник

Я проработал бортпроводником 11 лет и уволился в прошлом году. Но моя жена стюардесса, я слежу за новостями друзей и знакомых, поэтому знаю, что происходит в авиации.

В связи с ситуацией, возникшей из-за коронавируса, некоторые авиакомпании полностью приостановили рейсы, оставив сотрудников на окладе — а он, как правило, даже ниже прожиточного минимума, от 2900 до 12 тысяч рублей. Кто смог, ушел в оплачиваемый отпуск, но только до 30 апреля, а дальше придется идти уже в отпуск без содержания. Кого-то сразу отпустили без содержания, и люди были вынуждены искать подработку.

Кто-то из ребят стал заниматься частным извозом, кто-то ушел в компанию по доставке товаров, но даже там уже прекратился набор сотрудников. Для того чтобы устроиться, приходилось стоять в огромных очередях из оставшихся без работы бывших таксистов.

Некоторые авиационные друзья уже распродают имущество — машины и мотоциклы. Двое продали автомобили и живут на эти деньги со своими семьями.

Многие ребята, приехавшие из регионов, написали заявления по собственному желанию, потому что у них нет денег оплачивать съемное жилье. И непонятно, когда возобновится авиасообщение и что будет дальше.

Надо сказать, не все авиакомпании принимали меры, чтобы защитить своих сотрудников во время пандемии коронавируса: в одной бортпроводникам не разрешали носить маски до официального распоряжения и начали снабжать ими только недавно, в другой сотрудникам и вовсе разослали сообщения о том, что оказавшимся на карантине сотрудникам не будут оплачивать больничные.

Во время пандемии коронавируса бортпроводники работали в непростых условиях, вывозили людей из стран с неблагополучной обстановкой, подвергая риску свое здоровье и здоровье своих семей. А сейчас эти люди по сути остались без поддержки и рискуют лишиться работы.

Как ранее писал ForumDaily:

• 17 профессий, позволяющих достойно зарабатывать из дома во время кризиса
• ‘И тут телефон упал в ванну’: почему так трудно работать из дома во время карантина
• 4 доступных онлайн-сервиса для медицинских консультаций во время карантина
• Помогут справиться со стрессом: появилась горячая линия для врачей, борющихся с COVID-19

Сообщение ‘Мы находимся в группе максимального риска’: бортпроводники о работе во время пандемии появились сначала на ForumDaily.