Легендарный бригадир БАМа Александр Бондарь завещал похоронить его на Балбухте
Дачу в тверской глубинке строили Сашины друзья. Заказал он в Северобайкальске вагон лиственницы и позвал ребят из своей бригады. Ночевали в палатках, как в былые времена, варили еду на костре. А с восходом солнца начинала кипеть работа. Руки у всех умелые, мастеровые. БАМ построили, а уж дачу... За лето и возвели. А рядом с домом и уютную баньку с голубым бассейном.
На дачу его манила и рыбалка. Она, как и охота, заряжала адреналином! Однажды Саша выловил 11 форелей. Спрашиваю: что будешь с уловом делать? "Засолю, - отвечает, - и отправлю Ивану Варшавскому в Тынду". И засолил, и отправил. А тот в долгу перед другом не остался - прислал Бондарю банку соленых хариусов.
Без друзей он жить не мог. Кто только на даче у него ни бывал - строители, артисты, журналисты... Уезжал народ в восторге от общения и песен, а еще от щедрого угощения - осетровой ухи "от Бондаря", форели, запеченной на мангале.
Он любил устраивать сюрпризы. И жене своей Любане как-то подарок сделал: втайне от нее пригласил ее подруг к ней на день рождения, кому-то из них даже билеты на самолет до Москвы оплатил. Вот была радость от неожиданной встречи!
По вечерам Бондарь закуривал сигарету и набирал знакомые номера телефонов. Разговаривал с Тындой... Северобайкальском... Алданом... Краснодаром... Друзей разметало по стране. Мобильная связь создавала ощущение, что они по-прежнему одна семья.
Как-то, поговорив с Иваном Варшавским, он ушел в мыслях далеко-далеко. А потом сказал о том, что было давно продумано:
- Хочу, чтобы прах мой захоронили на Балбухте...
Я не стала спрашивать: почему? Глупый вопрос. Именно там, на Балбухте, 29 сентября 1984 г. они с Иваном Варшавским замкнули стальную колею БАМа. И каждый год в этот день два героя, два знаменитых бригадира, - один в Москве, другой в Тынде - поднимали тост за "золотую" стыковку.
"Есть только миг между прошлым и будущим..." - поется в песне. Это и был тот самый миг. Они шли к нему десять лет от первого десанта в Звездном, где рубили просеки по пояс в снегу. Потом строили дома в тайге, вели укладку...
На БАМе было много прекрасных бригад. Но у Бондаря она уникальная: артисты с путейским образованием! "Любишь ли ты театр?" - с улыбкой спрашивал он тех, кто просился в бригаду. Любовью этой их всех заразил режиссер Анатолий Байков. Днем ребята работали на укладке пути, учили роли, пока ждали сцепы со звеньями. А вечером шли на репетицию в свой театр "Молодая гвардия". Знаете, как он помогал им?
- Помню, увидел я фильм "Заседание парткома", - рассказывал Александр Бондарь. - Там бригада строителей отказалась получать незаработанную премию.
Через год ситуация эта повторилась у нас: простой за простоем - то материалов не подвезли, то техника не пришла. А премию квартальную выписали. Я возмутился и не вывел бригаду на смену. А начальнику поезда заявил: нам подачек не надо! Дайте работу, а заработать мы сумеем. Скандал был дикий. Хотели мне выговор вкатить, но партсобрание начальство не поддержало.
Вот тогда они и поставили спектакль "Заседание парткома". Проехали с ним по трассе, выступили у смежников - мостовиков, механизаторов, трубачей. И подписали с ними договор "рабочей эстафеты". Съездили и в Тайшет на шпалопропиточный завод (шпал на стройке все время не хватало). И его директор приказал выдать "артистам" 300 тыс. шпал из госрезерва. Вот что значит великая сила искусства!
А потом бригада Бондаря установила мировой рекорд укладки рельсовой колеи: 5400 метров за сутки!
- Перед нами шли взрывники, бульдозеристы, экскаваторщики, водители, мостовики. Мы, монтеры пути, венчали их работу и не могли подвести товарищей, - вспоминал бригадир. - Пока шли один за другим сцепы со звеньями, мы вели укладку и спали в перерывах, где придется. А когда вернулись на "бронепоезд" и пошли в баню, я обнаружил, что носки на мне сгорели - одни резинки остались...
На пути строителей вставали преграды - обвал подтаявшего свода в Кодарском тоннеле заставил идти в обход, гнилые выемки на пути казались бездонными, а тут еще и мост через Витим не успевали сдать по укладку... Но и это уже не могло их остановить! Был такой подъем духа и накал страстей, каких никогда они больше не испытывали.
А в тот день, когда сошлись на Балбухте два путеукладчика, закрыв последнюю прореху в стальной колее БАМа, Александр Бондарь пережил самое счастливое мгновение в своей жизни: они завершили огромное дело! Но вместе с радостью пришло и глубокое потрясение: вот и все, замкнулось полотно...
До сих пор не верится: еще вчера он был - большой, обаятельный и неуемный. А сегодня его уже нет?! Доктора говорят "сердечная недостаточность". Но ведь сердца у него как раз было в избытке - доброго, горячего, щедрого...
В ноябре прошлого года он позвонил мне из больницы:
- Меня увозят в реанимацию. Ты помнишь про Балбухту?
- Помню, Саша! Держись...
А он меня уже не слышал.