Жёсткая ревизия Сперанского. Как 200 лет территорию Сибири кроили и резали

Два века понадобилось властям русского государства, чтобы осознать роль и значение основанного в 1628 году далёкого сибирского острога Красный Яр. Трудным путём поиска и ошибок прийти к пониманию, что эта территория является внутренним ресурсом развития всего государства.

И решающим фактором в этом процессе стали воля императора Александра I и админист­ративные таланты Михаила Сперанского. О трудном пути сибирских реформ «АиФ на Енисее» побеседовал с кандидатом исторических наук, доцентом СФУ Борисом Андюсевым.

«Запаздывающие» реформы

Алексей Мишин: Борис Ермолаевич, что же дало толчок решающим административным реформам в Сибири, которые в итоге привели к появлению Енисейской губернии?

Борис Андюсев: Вообще, реформы управления в Сибири всегда носили «запаздывающий» принцип реализации, имели «сибирское законодательство» в виде экстерриториальности, с более усиленной, чем в других частях страны, самостоятельностью местного управления, особенно при Екатерине II. В связи с усложнением хозяйственной жизни и административного управления после выявления череды крупных злоупотреблений сибирских чиновников начала XIX в. Александр I признал необходимость комплексного решения проблемы. Император повелел провести крайне жёсткую ревизию, которую надо было увязать с одновременной серией взаимо­связанных реформ. Проведение их было поручено талантливому управленцу-чиновнику Михаилу Михайловичу Сперанскому.

– Тому самому знаменитому реформатору, который провёл полную кодификацию российских законов и считается первым разработчиком проекта Конституции?

– Именно. Указом от 22 марта 1819 г. Сперанский был назначен генерал-губернатором Сибири с одновременным поручением проведения ревизии управления на всей территории. К работе по ревизии в канцелярии Сперанский привлёк десятки талантливых сотрудников, с которыми объехал большую часть Сибири.

Для расследования наиболее сложных дел были учреж­дены специальные комиссии из контролёров, направленных во все уезды. Ревизия выявила вопиющие случаи произвола, казнокрадства и взяточничества. В итоге был отстранён сибирский генерал-губернатор И. Б. Пестель, а также томский и иркутский губернаторы. 48 чиновников отданы под суд, 681 человек оказался замешанным в противозаконных действиях. В Санкт-Петербурге для рассмотрения отчёта Сперанского и плана реформ 21 июня 1821 года создан специальный I Сибирский комитет, через который и были проведены реформаторские проекты. 22 июля 1822 года царь утвердил 10 законов, составивших особое «Сибирское учреждение».

– Что означало появление этого комплекса документов для восточных регионов?

– Сибирские реформы Сперанского обозначили поворот в «окраинной» политике Российской империи. В центре признавалась необходимость для Сибири особой системы управления. Это первая попытка подойти к проблемам управления огромным, богатым ресурсами краем комп­лексно, выработать правительственную «концепцию Сибири».

Противоречия

– Борис Ермолаевич, но ведь даже простое перечисление административных реформ в нашем регионе занимает несколько строк. Сначала Пётр I создаёт Енисейскую провинцию, затем на её месте появляются три наместничества: Тобольское, Колыванское и Иркутское. После Красноярск стал подчиняться Тобольску, позже Томску. С чем были связаны такие метания?

– В системе государственной власти на местах два и более столетия шла борьба тенденций единой модели для всего государства и вариантов для конкретных территорий. Централизация власти шла с процессами децент­рализации. Противоречия в ограничении обширности и сложности управления субъектами территорий постоянно требовали уменьшения административных расходов и упрощения системы местного государственного управления. Но в этом и был парадокс: уменьшение количества губерний тут же усложняло управляемость возросших площадей.

Поиск моделей был и в постоянном «тасовании» карт конкретных территорий, которые входили в административную единицу. Почти 120 лет в Сибири непрерывно шли процессы административно-территориальной реорганизации, укрупнения и дробления. С начала XVIII в. происходило изменение отношения государства к территории Сибири – от налогового и ресурсного содержания до понимания значимости территории в качестве «внутреннего ресурса» развития всего государства в целом.

– Это можно отследить прямо по правителям страны?

– Конечно. Если основным принципом Екатерины I была децентрализация, то после неё шли обратные процессы. А согласно реформе Павла I, Сибирь вместо трёх опять стала делиться на две – Тобольскую и Иркутскую губернии. Его преемник Александр I был сторонником централизации власти, и поэтому в 1801 году восстановил в Сибири генерал-губернаторство.

Первым опытом системного переустройства управления на основе тщательного изучения ситуации в Сибири можно считать ревизию сенатора Ивана Селифонтова в 1801–1803 гг. Он получил от царя особую инструкцию об устройстве границы и управления территорий на месте. Предполагалось, что отличия от остальной России могут быть в устройстве судов, системе образования и принципах расселения. По итогам в 1803 году появились Тобольское и Иркутское (Сибирское) генерал-губернаторство. Чуть позже из их состава была выделена самостоятельная Томская губерния, в которую вошёл и наш уезд. Далее был проигран опыт выделения Томской губернии как системной единицы уже в естественных границах Енисейской Сибири.

Истоки новой губернии

– Но почему возникла необходимость выделения Енисейской территории в самостоятельную административную единицу?

– Попробуем ответить на этот вопрос словами самого российского императора: «Признав нужным управление сибирских губерний учредить на правилах отдалённости сего края, пространству его и роду населения свойственных, поручили мы сибирскому генерал-губернатору... обозрев сии губернии, собрать на месте подробные о положении их сведения и, основав на сих сведениях меры к лучшему их устройству, предоставить оные к нашему усмотрению». Отсюда понятно, что в истоках новой губернии на западных и восточных берегах Енисея были отдалённость края от Томска и Иркутска, необходимость «надлежащего» и «лучшего» устройства, оптимальной организации хозяйственной жизни и управления территорией.

– Что получил регион в связи с изменением статуса?

– После своего образования Енисейская губерния простиралась от южных до северных границ Российской империи в виде многоугольника, вытянутого в направлении от юго-запада к северо-востоку в протяжённости 2800 вёрст и по наибольшей ширине с запада на восток до 1300 вёрст. Отныне по размеру территории Енисейская губерния была второй после Якутской области.

Значение образования Енисейской губернии бесценно прежде всего в том, что она продолжает быть в целом единым социоэкономическим организмом и ныне в виде Красноярского края. Хотя в нём нет сейчас территории Республики Хакасия, но они пребывают и ныне в неразрывности связей. Лучшим ответом станет цитата ещё из одного документа: «... Существующее разделение было сделано не произвольно, а совершенно правильно, согласно естественным условиям и особенностям Сибири».

– То есть мы опять возвращаемся к роли Михаила Сперанского?

– Великий реформатор, основатель нашего края. Именно он утвердился в мысли, что нужно срочно менять систему управления сибирскими губерниями. Казалось бы, ему было приказано наказать виновных и пресечь злоупотребления, но умный и проницательный чиновник высшей пробы взял на себя смелость обратиться к императору с предложением территориально-управленческой реформы. Михаил Михайлович проницательно определил, что формирующей основой данной территории является Енисей и границы его водного бассейна. Справедливость этого решения подтвердила история. Административно-территориальное деление Енисейской губернии остаётся в основном неизменным до наших дней.