Пестяковцы опередили весь мир в изобретении керосина

И сделали это наши земляки, три брата: Василий, Герасим и Макар Дубинины – крепостные крестьяне из Нижнего Ландеха (ныне – Пестяковский район).

Великому открытию помогли… ели и сосны

Недра пестяковской земли, как известно, никогда не были нефтеносными. Простой трудовой люд издавна страдал из-за скудных малоурожайных суглинков да супесков. Не имея возможности прокормиться от хлебопашества, наши предки принуждены были изыскивать всевозможные приработки. Как гласит народная мудрость, нужда вымучит, нужда и выучит. А сметки-смекалки россиянам не занимать. И сейчас, почитай, в каждой округе живет-трудится свой собственный Левша.

Одним из таких мастеров, на все руки гораздых, в Нижнем Ландехе был Алексей Дубинин. Ему покорились самые разные ремесла. В частности, кожевенное: вместе с сыно­вьями он занимался не только выгодной скупкой сырья, но и искусной выделкой кож.

Дома, в Нижнем Ландехе, время Дубининых ухо­дило на переработку древесины, особен­но хвойных пород. Благо лесов побли­зости тогда было немало. Речь шла о выгонке смолы, смолокурении.

Нужда в этом продукте в России, да и не только в ней, была в конце XVIII – начале XIX века огромная. Смо­ла требовалась для обработки деревянных обшивок корпусов морских и речных су­дов, канатов из пеньки. Шла в ход и как смазочный материал. Наконец, являлась основным продуктом перегонки для получения освети­тельных масел и некоторых меди­цинских средств (из смол вызволяются канифоль и скипидар).

Здесь и начался путь братьев Дубини­ных к великому изобретению. Нефтью они занялись на месте ее добычи – на Северном Кавказе. Заставила же их покинуть родные места воля помещика.

"Белой нефтью" лечились от ревматизма

Василий, Герасим и Макар были крепостными графини Софьи Паниной. Она получила новые земли на берегах Терека. Заселить их пожелала своими крестьянами, отпустив на оброк. Кандидатами в пересе­ленцы графиня отбирала наиболее толковых, предприимчивых, оборотистых. В их числе оказались и братья Дубинины.

В Моздок они перебрались примерно к 1820 году. Быстро освоились на новом месте. Очень скоро наши земляки обратили внимание на нефть, которую жители города в его окрестностях черпали из неглубоких ко­лодцев чуть ли не ведрами. Она шла на отопление и освещение жилищ, но при этом нещадно коптила и чадила.

Тогда Дубини­ны и предприняли опыты перегонки не­фти хорошо известным им методом смо­локурения. Пробы оказались успешными, и братья соорудили специальную нефте­перегонную установку. В ход ее запустили осенью 1823 года. Старшему из бра­тьев, Василию, тогда шел 35-й год, Герасим был на 6 лет моложе, а Макар – на все 17. Василий Алексеевич выполнил чер­тежи нефтеперегонной установки, сделал ее описание. Это подтверждается архи­вным документом, подписью под ним: "Крестьянин Вас(илий) Алекс(севич) Дубинин".

Заводик нижнеландеховцев представлял со­бой усеченный железный конус, вмазан­ный в кирпичную печь. Топливом служи­ли дрова. Куб вмещал около 500 литров нефти. За одну операцию по пе­регонке изобретатели получали 15 ве­дер "белой нефти" – так тогда называли керосин. Он хорошо продавался для освещения, а также в аптеках как лекарство от ревматизма и прочих хворей.

Сооружение заводика потребовало де­нег, также нужны были сырье, тара... Часть средств братьям дала выручка от торговли, которой они занимались и на новом месте жительства. Ос­тальную сумму получили от  графини Паниной, которая ссужала своих наиболее дело­витых и предприимчивых крепостных. Не бескорыстно, конечно, а под немалые проценты.

В итоге Дубининым удалось наладить бесперебойную работу нефтеперегонной установки. За месяц она да­вала до десяти 40-ведерных бочек кероси­на и еще больше мазута как побочного продукта химического процесса.  

Инновационный товар доставляли по Волге

Перед братьями встал не менее важный вопрос: где сбы­вать произведенный товар. Ведь для местного рынка хватало и малой части получаемых на заводе "белой нефти" и мазута, кото­рый тоже вскоре оценили как хоро­ший материал для смазки колес и конс­кой упряжи. Вот тут-то и пригодился Дубининым опыт, накопленный в прежних за­нятиях сбытом кож и смол.

Наши земляки нанимали обоз из четырех-шести подвод. Загружали их керосином и в сопровожде­нии одного из братьев отправляли в далекий путь к Волге, на Астрахань. Оттуда вверх по реке "бе­лая нефть" шла в Нижний Новгород. Та­мошние перекупщики развозили керосин по обеим столицам России и ее цен­тральным губерниям. Экспедиции от Моздока до Нижнего Новгорода были очень нелегкими. Длились около полутора месяцев и вставали братьям в копеечку: каж­дая обходилась в 600 рублей серебром. Прибыль же была рубль-полтора с каждого ведра керосина. Мазут прино­сил доходов, разумеется, значительно меньше.

Выработкой керосина Дубинины зани­мались около четверти века. За это время поставили его на российский рынок ты­сячи пудов.

Со временем район Моздока оказался в зоне действующих российских войск. За пользование нефтью они установили высокие пошлины. Дело изобретателей, которое и без этого позволяло им лишь сводить концы с концами, пошло к упадку. Стремясь спасти завод, Дубинины обраща­лись за помощью и содействием к госуда­рю, к его наместнику на Кавказе князю Михаилу Воронцову. В одном из своих посланий изобретатели писали: "Деятельность в выделывании собственных отечественных произведений составляет народное богатство, а народное богатство есть сила государственная".  

Сказать, что власть предержащие не обратили внимания на призывы Дубини­ных, их крик души, было бы ошибкой. Братья удостоились снисходительного при­знания их дела полезным. Сверх того, Ва­силию Алексеевичу была оказана "царс­кая милость": в 1847 году указом императора Николая I его наградили серебря­ной медалью "...для ношения в петлице на Владимирской ленте" с надписью "За полезное". Материальной же поддержки дело Дубининых так и не по­лучило.

В том же году налет на аул Акки-Юрт одного из отрядов имама Шамиля полностью уничтожил нефтеперегонный завод крепостных братьев. Восстанавливать его не стали, так как старые месторождения нефти истощались, а за пользование новыми откупщики заломили такую арендную плату, что производство становилось нерентабельным.

Первенство России признают и американцы

Изобретение же, сделанное талантливы­ми самородками, продолжало служить людям. Найденный нашими земляками метод перегонки нефти использовался во многих странах мира вплоть до последней четверти XIX века. Благодарить мы должны и инженера-технолога Тифлисской казенной палаты Степана Гулишамбарова. Это он обработал и опуб­ликовал документы о нефтеперегонном заводе братьев Дубининых, чем и сохра­нил их имена в благодарной памяти по­томков.

Их пионерство, приоритет признаны всеми историками науки и техники. В том числе и зарубежными. Это подтверждает­ся и сведениями, найденными краеведом Борисом Ивановым в различных печатных ис­точниках, переведенных на русский язык. Так, в 1908 году в Берлине был издан ка­питальный "Справочник по истории ес­тествознания и технике". О событиях за 1823 год в нем сообщается: "Братья Дуби­нины построили в Моздоке первую уста­новку по перегонке нефти. Технология перегонки была еще очень примитивна. В Америке первая попытка перегонки не­фти была предпринята Силлиманом в 1833 году".

Борис Иванович указывал и на еще одно, более позднее свидетельство о признании Дубининых первооткрывате­лями нефтепереработки. В 1959 году в аме­риканской печати была опубликована ста­тья Гроссэна "Нефть – столетний юби­лей". В ней читаем: "В 1853–1854 годы Гирп из Кольмара уже производил пере­гонку минеральных масел, добытых в Ламперстолохе. Еще до него, в 1823 году, на Кавказе было основано примитивное нефтеперегонное производство". 

Заводскую промышленную перегонку нефти в Баку наладил другой замеча­тельный сын Отечества, великий рус­ский ученый Дмитрий Менделеев. Именно метод братьев Дубининых он использовал в 1863 году, несколько, правда, его усовер­шенствовав. Менделеев даже сохранил неф­теперегонный металлический куб. Толь­ко нефть в него наливали не ведрами, а закачивали с помощью насоса.

В детском парке Моздока братьям Дубининым установлен памятник, а их именем названа одна из улиц города. Установлен своеобразный памятник и на родине братьев – в Нижнем Ландехе.

У памятника изобретателям в Нижнем Ландехе.