Поле битвы: 300 тыс. за самолет, 200 тыс. за «вертушку», 50 тыс. за танк

За уничтоженный самолет будут платить 300 тысяч рублей, за вертолет — 200 тысяч, за танк — 50 тысяч. За дроны, БТР, самоходную артиллерийскую установку, систему С-300, «Бук», «Тор» или боевую машину РЗСО обещают 50 тысяч рублей. Кроме того, для «наиболее отличившихся военнослужащих» возможна выплата в размере до 100 тысяч рублей…

Практика всех войн, которые вело человечество, показывает, что материальный стимул порой способен инициировать в человеке целый набор качеств, о которых он ранее и не подозревал. Грубо говоря, при оплате результата ты переходишь от почасовой работы на войне к сдельной.

А теперь у многих в глазах гонорар запрыгает. А если у человека какие-то планы на будущее? Если он хочет домишко прикупить где-то на берегу Терека или Байкала?

Вообще, практика денежного вознаграждения за доблесть в бою стара, как мир. Во время покорения англосаксами нынешней территории Штатов, было приняло решение платить по пять долларов за индейский скальп. Это были хорошие деньги. И сразу нашлось несколько десятков тысяч охотников, которые рванули искать индейцев с целью получить эти заветные пять долларов.

Везло не всем. Кто-то в поисках индейского скальпа лишался своего собственного. Но азарт был массовым. Доходило до того, что индейцы покидали места своего традиционного обитания, откатывались в труднодоступные регионы и уходили на север — в канадские леса.

Во время Первой мировой войны формально денег за совершенные подвиги и «затрофенную» технику бойцам не платили. Все это было отдано на откуп военачальникам «на земле». У каждого командира полка был свой финансист и своя касса, из которой он по своему усмотрению мог наградить отличившегося бойца. К тому же в войсках была сильно развита система так называемого нематериального поощрения, которая повышала статус бойца и в конечном итоге приводила к качественному улучшению его материального статуса.

Схема была простой, как выстрел. Был рядовым — затрофеил пушку или взял языка — стал ефрейтором — улучшилось довольствие — тебе стали выдавать отменный табак — ты его загнал сослуживцам и стал немного богаче.

У казаков было еще проще. Для них исторически была разработана система «ясыр», или «ясак». Взяли с набега «на пику или шашку» какой-нибудь город — три дня вам на его разграбление. Что найдешь в закромах — то твое. А найти можно было очень многое — от золотых монет до дармовых невест. И обогатиться в итоге на всю жизнь.

Так в свое время Степану Разину в богатом персидском городе Решт невесту нашли. Он ее, правда, потом из своего струга за борт выбросил…

Во время Великой Отечественной войны тоже была введена система оплат за боевую доблесть.

Уже в первые месяцы войны была введена выплата денежных вознаграждений за боевые успехи. Летчикам-истребителям за каждый сбитый самолет противника платили 1 тысячу рублей. В 1942 году премии за сбитый самолёт стали зависеть от его типа: за каждый сбитый бомбардировщик противника в размере 2 тысяч рублей, за транспортный самолет — 1 500 рублей, за истребитель — 1 тысяча рублей.

За уничтоженный танк противника артиллеристам — командиру и наводчику орудия — платили по 500 рублей, остальному составу расчета по 200 рублей, а членам экипажа танков — командиру, механику-водителю и командиру башни — по 500 рублей, остальным по 200 рублей. Боец, подбивший танк гранатой, получал 1 тысячу рублей.

Очень хорошие по тем временам деньги. Бойцы-истребители танков тут же изобрели кучу окопных приспособлений для метания гранат с дальней дистанции. В армии их называли «окопные катапульты». Они выстреливали гранатами прямо из окопа. Благодаря катапульте дальность полета гранаты увеличивалась в полтора-два раза.

Граната вылетала по специальным полозьям — «салазкам», и летела по баллистической траектории, как снаряд. В принципе, полет этот можно было рассчитать — но некоторые окопные умельцы попадали снарядом в открытый люк танка. Катапульта действовала по принципу мышеловки с пружиной и приводилась в действие ногой. Ударил ногой — граната вылетела. С катапультой работали парами. Один боец наблюдал за танком и вел корректировку броска, а другой заряжал в катапульту «коктейль Молотова» или противотанковую гранату, и отправлял ее в приближающийся танк. Гранату надо отправить под гусеницу — чтоб ее разорвать на части, а «коктейль Молотова» — в бензобак, расположенный сзади башни.

Таких бойцов на фронте называли «бомберами». В случае удачного попадания «бомберы» делили премию поровну.

Бойцу, который успевал расстрелять покинувший танк экипаж, «бомберы» от щедрот своих могли отстегнуть «танковую десятину» — 10 процентов от «гонорара».

Главной целью стрелков был командир танка (офицер или унтер-офицер) или мехвод — механик-водитель. На армейском слэнге — «механик-вредитель»

Если по ним стреляло целое отделение пехотинцев, «бомберы» могли пригласить их всех на торжественное «отпевание зверюги» и выпить за его «упокой». «Упокой» мог праздноваться три раза — сразу после получения «гонорара», через девять дней после его убийства и через сорок. Ну или пока денег хватало на «отпевание» усопшего. Священной войсковой традиции очень сильно мешал дефицит времени и зоркий глаз полкового замполита. Поэтому отпевание порой проходило в тесной дружественной атмосфере — под плащ-палаткой, в блиндаже или при проверке караула.

Самые высокие денежные вознаграждения были введены в 1943 году в Военно-Морском флоте за потопление кораблей противника. Они зависели от должности и звания участника успешной операции. Так, размеры денежных наград для экипажа, потопившего линейный корабль противника, были такими: командиру корабля — 25 тысяч рублей, старшим и средним офицерам — по 5 тысяч рублей, младшим офицерам — по 1 тысяче рублей, матросам — по 500 рублей каждому.

Так что не исключено, что скоро в союзных войсках появятся свои «бомберы», охотники за «тухумом» и просто дерзкие сорви-головы…

В царской армии, в Советской армии, в Российской армии воевали всегда не за деньги. Родину защищали. В отличие от наемников. Это наша военная традиция, которой много веков. Но героев, которые, шли в бой, их семьи, страна не забывала, как могла помогала. Не забудет и теперь. Будут бюрократические проблемы, всегда они были. Их надо уже властям решать…

Дети гордятся своими отцами, дедами, прадедами не за рубли. Это главное.