"При Путине не вернусь". Как блогерка из Нальчика сбежала из-под ареста в Литву
0
329
В середине июня блогерка из Кабардино-Балкарии Инса Ландер, обвиняемая по статье о содействии терроризму, сбежала из-под домашнего ареста – она планировала переплыть Терек, а затем по горам дойти до Грузии, но ее остановило сильное течение реки. Блогерке удалось перейти пограничный пункт на территории России, но в Грузию ее не пустили из-за уголовного дела на родине.
Ландер две недели прожила в приграничной зоне между двумя странами – в случае возвращения в Россию ей грозило заключение в СИЗО и длительный тюремный срок. Она настаивает, что уголовное дело полностью сфабриковано, а в его основу легла широкая трактовка переписки во "ВКонтакте" в 2014 году. После тщательной проверки грузинские власти все-таки дали блогерке "зеленый коридор" для транзитного проезда в Литву.
В интервью Кавказ.Реалии Инса Ландер рассказала о жизни на границе, своем уголовном преследовании, реакции родных на побег и о том, когда и при каких обстоятельствах она вернется домой.
– За эти две недели в нейтральной зоне были моменты, когда у вас опускались руки и вы были готовы вернуться в Россию?
– Возвращаться была не готова ни в коем случае, для меня дорога в Россию означала одно – тюрьму. А это в мои планы не входило. Конечно, случались перепады настроения, не раз появлялась и исчезала надежда. Тогда казалось – сил больше не осталось, все против меня.
Грузинские пограничники относились ко мне хорошо, не имею к ним никаких претензий. Не хочу повторять расхожую фразу про то, что они делали свою работу, но власти Грузии имели полное право изначально не доверять мне. Ко мне приставили полицию – сотрудники сменялись и 24 часа в сутки находились рядом, сопровождали меня везде. Мы уже знали друг друга, немного общались, они выполняли мелкие просьбы, передавали воду.
Уже в процессе [проверки] грузинские власти узнали, что я за человек, что не несу никакой опасности и могу проехать через их страну. Терпение дало свои плоды – я добилась того, чего хотела.
– Что оказалось самым сложным за время жизни на границе?
– Банально – не мыться, не мыть голову.
– Как вы решали бытовые вопросы, вообще жили эти дни?
– Грузинские волонтеры смогли передать мне одеяло и небольшую подушку – я спала на лавочке в Duty Free. На самой грузинской границе нет магазинов, аптек, ничего нельзя было купить, в Duty Free обслуживали только тех, кто выезжал в Россию.
В первые дни держалась на том, что передавали волонтеры – это было печенье, какие-то сладости, вода. Потом меню разнообразили сухариками и чипсами. Две недели жила только на них, без горячего питания. Но не могу сказать, что сильно скучала по гастрономическому разнообразию, как-то не до этого было.
Розетка находилась достаточно далеко, приходилось распределять время для зарядки гаджетов, чтобы не оставлять без присмотра, чтобы их кто-нибудь не забрал.
– Переходящие границу люди узнавали вас? Как они реагировали на эту историю?
– Были случаи, когда ко мне подходили, говорили слова поддержки, передавали какие-то продукты. Разумеется, уже после того, как о моей истории написали в СМИ.
– Не возникало ощущение, что вы повторяете путь основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа или сюжет драмы "Терминал"?
– Фильм "Терминал" я пока не смотрела, а вот адвокат в шутку называл меня "Инса Ассанж" – почти семь лет он прожил в эквадорском посольстве без возможности выходить на улицу. Ужасно, конечно. Я еще легко отделалась.
– Что сейчас с вашим миграционным статусом?
– Литва дала мне визу. Надеюсь, в этом плане не будет никаких проблем. Я под защитой литовского государства и уверена, что сейчас мне нечего опасаться.
– Как вы вообще изначально решились на побег из России?
– Смириться с мыслью, что покидаешь семью, друзей, родину, довольно непросто. Решилась на это, потому что никогда не выиграла бы дело у ФСБ. Вопрос не в квалификации и опытности адвоката, количестве денег или моей невиновности, а банально в том, что опровергнуть даже самые фантастические обвинения со стороны ФСБ в российском суде невозможно. В юридическом правовом поле у меня были нулевые шансы.
По моей статье нельзя получить условный срок, я в принципе единственный человек [в России], кто получил домашний арест, а не сразу отправился в СИЗО. Теперь еще и единственная, кто смог избежать уголовной ответственности по статье [о содействии терроризму].
Раньше думала, что если бы у меня была возможность что-то поменять то, наверное, не стала бы давать показания против самой себя, признавать вину. Но на текущий момент, с учетом того, что произошло, я уже понимаю – все случилось так, как и должно было случиться. Не о чем жалеть.
– Можете посоветовать что-то тем, кто сейчас проходит через похожее уголовное преследование в России?
– Моя статья называется "содействие террористической деятельности" – она абсолютно резиновая, ее можно натянуть на практически любое действие. Переписку в соцсетях, звонок, случайный разговор или онлайн-перевод. Помню, что читала про случай, когда к женщине постучались незнакомые люди в военной форме и с оружием, заставили отдать деньги и еду. Естественно, она подчинилась, опасаясь за свою жизнь. Спустя несколько месяцев, ее привлекли к уголовной ответственности за содействие террористической деятельности – незваные гости, якобы, оказались боевиками. Кто это был и как она должна была поступить – обвинение умолчало.
Попавшим в ситуацию с обвинением по такой статье дам два совета: ни в коем случае не признавать вину и очень-очень тщательно подходить к выбору адвоката. Никогда не соглашайтесь на дежурных адвокатов. А еще следователь будет уговаривать: подпиши, мы тебя отпустим… Одно дело, когда под пытками заставляют это сделать, когда терпеть нет возможности. Другое – под моральным давлением или банальным обманом. Помните, следователь вам ни разу не друг.
– Верите, что сможете когда-нибудь вернуться в Россию?
– Я ценю свою национальную идентичность. В России осталась моя семья, мои друзья. Возможно, во мне говорит сильная привязанность к родным местам, но я стараюсь не терять надежды вернуться на малую родину, посетить могилы предков, это очень много значит для меня. В данный момент, при нынешнем политическом строе, это абсолютно невозможно.
– То есть вы при Путине не вернетесь?
– Если коротко, то да. Но проблема же не только в президенте, замена Путину всегда найдется. Вопрос, скорее, во всевластии и полной безнаказанности силовиков, в отсутствии свободы выбора, в тоталитарном режиме.
– Как ваши родные отреагировали на побег?
– Они были в шоке и очень подавлены. С ними я сейчас не поддерживаю полноценной связи, поскольку опасаюсь за их безопасность. Обо мне они узнают из новостей и от адвоката.
В декабре и январе под домашним арестом я жила с семьей, а с февраля добилась разрешения переселиться в арендованную квартиру. Периодически туда приходила сестра, приносила продукты, так как мне было запрещено выходить на улицу. Других членов семьи я видела очень редко.
– Вы продолжите заниматься активизмом, вести блог?
– Пока не знаю. Из меня вряд ли получится правозащитница, тут нужно быть юридически подкованным человеком. Не уверена, что имею моральное право рассуждать о том, что происходит в России, будучи в безопасности и за рубежом, но постараюсь найти баланс.
По крайней мере в ближайший месяц никаких публикаций не выйдет. Буду восстанавливать здоровье – за две недели сухомятки начались проблемы с желудком, я простудилась, сильный кашель мучает до сих пор, длительный стресс тоже повлиял на здоровье. Я до сих пор просыпаюсь и еще до того, как открыть глаза, пытаюсь нащупать браслет [на ноге]. Или в полусне уговариваю себя не расстраиваться, если вдруг проснусь опять на КПП или дома под арестом.
– Чем займетесь в ближайшие дни?
– Буду отсыпаться в нормальной кровати. После сна на лавочке я очень соскучилась по мягким поверхностям. Спать, вкусно кушать, восстанавливаться. Вчера гуляла под дождем, в наушниках играла любимая песня – мне очень не хватало таких мелочей.
Инсу Ландер, которая в последние годы жила в Москве, задержали в Баксане, куда она приехала к родственникам, 9 декабря и отвезли на допрос в УФСБ в Нальчике, а затем отправили под домашний арест. Неделю спустя ее внесли в список сторонников терроризма и экстремизма Росфинмониторинга. Ее обвиняют в вербовке в террористическую организацию.
Инса Ландер ведет блог в твиттере, на который подписано около 4,5 тысяч человек. Перед задержанием она занималась расследованием возможных злоупотреблений местного благотворительного фонда, возглавляемого высокопоставленным чиновником из Кабардино-Балкарии, и тех, кто вводил людей в заблуждение, вымогая донаты.
Ландер две недели прожила в приграничной зоне между двумя странами – в случае возвращения в Россию ей грозило заключение в СИЗО и длительный тюремный срок. Она настаивает, что уголовное дело полностью сфабриковано, а в его основу легла широкая трактовка переписки во "ВКонтакте" в 2014 году. После тщательной проверки грузинские власти все-таки дали блогерке "зеленый коридор" для транзитного проезда в Литву.
В интервью Кавказ.Реалии Инса Ландер рассказала о жизни на границе, своем уголовном преследовании, реакции родных на побег и о том, когда и при каких обстоятельствах она вернется домой.
– За эти две недели в нейтральной зоне были моменты, когда у вас опускались руки и вы были готовы вернуться в Россию?
– Возвращаться была не готова ни в коем случае, для меня дорога в Россию означала одно – тюрьму. А это в мои планы не входило. Конечно, случались перепады настроения, не раз появлялась и исчезала надежда. Тогда казалось – сил больше не осталось, все против меня.
Грузинские пограничники относились ко мне хорошо, не имею к ним никаких претензий. Не хочу повторять расхожую фразу про то, что они делали свою работу, но власти Грузии имели полное право изначально не доверять мне. Ко мне приставили полицию – сотрудники сменялись и 24 часа в сутки находились рядом, сопровождали меня везде. Мы уже знали друг друга, немного общались, они выполняли мелкие просьбы, передавали воду.
Уже в процессе [проверки] грузинские власти узнали, что я за человек, что не несу никакой опасности и могу проехать через их страну. Терпение дало свои плоды – я добилась того, чего хотела.
– Что оказалось самым сложным за время жизни на границе?
– Банально – не мыться, не мыть голову.
– Как вы решали бытовые вопросы, вообще жили эти дни?
– Грузинские волонтеры смогли передать мне одеяло и небольшую подушку – я спала на лавочке в Duty Free. На самой грузинской границе нет магазинов, аптек, ничего нельзя было купить, в Duty Free обслуживали только тех, кто выезжал в Россию.
В первые дни держалась на том, что передавали волонтеры – это было печенье, какие-то сладости, вода. Потом меню разнообразили сухариками и чипсами. Две недели жила только на них, без горячего питания. Но не могу сказать, что сильно скучала по гастрономическому разнообразию, как-то не до этого было.
Розетка находилась достаточно далеко, приходилось распределять время для зарядки гаджетов, чтобы не оставлять без присмотра, чтобы их кто-нибудь не забрал.
– Переходящие границу люди узнавали вас? Как они реагировали на эту историю?
– Были случаи, когда ко мне подходили, говорили слова поддержки, передавали какие-то продукты. Разумеется, уже после того, как о моей истории написали в СМИ.
– Не возникало ощущение, что вы повторяете путь основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа или сюжет драмы "Терминал"?
– Фильм "Терминал" я пока не смотрела, а вот адвокат в шутку называл меня "Инса Ассанж" – почти семь лет он прожил в эквадорском посольстве без возможности выходить на улицу. Ужасно, конечно. Я еще легко отделалась.
– Что сейчас с вашим миграционным статусом?
– Литва дала мне визу. Надеюсь, в этом плане не будет никаких проблем. Я под защитой литовского государства и уверена, что сейчас мне нечего опасаться.
– Как вы вообще изначально решились на побег из России?
– Смириться с мыслью, что покидаешь семью, друзей, родину, довольно непросто. Решилась на это, потому что никогда не выиграла бы дело у ФСБ. Вопрос не в квалификации и опытности адвоката, количестве денег или моей невиновности, а банально в том, что опровергнуть даже самые фантастические обвинения со стороны ФСБ в российском суде невозможно. В юридическом правовом поле у меня были нулевые шансы.
По моей статье нельзя получить условный срок, я в принципе единственный человек [в России], кто получил домашний арест, а не сразу отправился в СИЗО. Теперь еще и единственная, кто смог избежать уголовной ответственности по статье [о содействии терроризму].
Раньше думала, что если бы у меня была возможность что-то поменять то, наверное, не стала бы давать показания против самой себя, признавать вину. Но на текущий момент, с учетом того, что произошло, я уже понимаю – все случилось так, как и должно было случиться. Не о чем жалеть.
– Можете посоветовать что-то тем, кто сейчас проходит через похожее уголовное преследование в России?
– Моя статья называется "содействие террористической деятельности" – она абсолютно резиновая, ее можно натянуть на практически любое действие. Переписку в соцсетях, звонок, случайный разговор или онлайн-перевод. Помню, что читала про случай, когда к женщине постучались незнакомые люди в военной форме и с оружием, заставили отдать деньги и еду. Естественно, она подчинилась, опасаясь за свою жизнь. Спустя несколько месяцев, ее привлекли к уголовной ответственности за содействие террористической деятельности – незваные гости, якобы, оказались боевиками. Кто это был и как она должна была поступить – обвинение умолчало.
Попавшим в ситуацию с обвинением по такой статье дам два совета: ни в коем случае не признавать вину и очень-очень тщательно подходить к выбору адвоката. Никогда не соглашайтесь на дежурных адвокатов. А еще следователь будет уговаривать: подпиши, мы тебя отпустим… Одно дело, когда под пытками заставляют это сделать, когда терпеть нет возможности. Другое – под моральным давлением или банальным обманом. Помните, следователь вам ни разу не друг.
– Верите, что сможете когда-нибудь вернуться в Россию?
– Я ценю свою национальную идентичность. В России осталась моя семья, мои друзья. Возможно, во мне говорит сильная привязанность к родным местам, но я стараюсь не терять надежды вернуться на малую родину, посетить могилы предков, это очень много значит для меня. В данный момент, при нынешнем политическом строе, это абсолютно невозможно.
– То есть вы при Путине не вернетесь?
– Если коротко, то да. Но проблема же не только в президенте, замена Путину всегда найдется. Вопрос, скорее, во всевластии и полной безнаказанности силовиков, в отсутствии свободы выбора, в тоталитарном режиме.
– Как ваши родные отреагировали на побег?
– Они были в шоке и очень подавлены. С ними я сейчас не поддерживаю полноценной связи, поскольку опасаюсь за их безопасность. Обо мне они узнают из новостей и от адвоката.
В декабре и январе под домашним арестом я жила с семьей, а с февраля добилась разрешения переселиться в арендованную квартиру. Периодически туда приходила сестра, приносила продукты, так как мне было запрещено выходить на улицу. Других членов семьи я видела очень редко.
– Вы продолжите заниматься активизмом, вести блог?
– Пока не знаю. Из меня вряд ли получится правозащитница, тут нужно быть юридически подкованным человеком. Не уверена, что имею моральное право рассуждать о том, что происходит в России, будучи в безопасности и за рубежом, но постараюсь найти баланс.
По крайней мере в ближайший месяц никаких публикаций не выйдет. Буду восстанавливать здоровье – за две недели сухомятки начались проблемы с желудком, я простудилась, сильный кашель мучает до сих пор, длительный стресс тоже повлиял на здоровье. Я до сих пор просыпаюсь и еще до того, как открыть глаза, пытаюсь нащупать браслет [на ноге]. Или в полусне уговариваю себя не расстраиваться, если вдруг проснусь опять на КПП или дома под арестом.
– Чем займетесь в ближайшие дни?
– Буду отсыпаться в нормальной кровати. После сна на лавочке я очень соскучилась по мягким поверхностям. Спать, вкусно кушать, восстанавливаться. Вчера гуляла под дождем, в наушниках играла любимая песня – мне очень не хватало таких мелочей.
Инсу Ландер, которая в последние годы жила в Москве, задержали в Баксане, куда она приехала к родственникам, 9 декабря и отвезли на допрос в УФСБ в Нальчике, а затем отправили под домашний арест. Неделю спустя ее внесли в список сторонников терроризма и экстремизма Росфинмониторинга. Ее обвиняют в вербовке в террористическую организацию.
Инса Ландер ведет блог в твиттере, на который подписано около 4,5 тысяч человек. Перед задержанием она занималась расследованием возможных злоупотреблений местного благотворительного фонда, возглавляемого высокопоставленным чиновником из Кабардино-Балкарии, и тех, кто вводил людей в заблуждение, вымогая донаты.