Так было или нет татаро-монгольское иго?

Вопрос этот для евразийцев имеет ключевое значение. История всегда политизирована. И от ответа на этот, казалось бы, сугубо теоретический вопрос зависит политическая практика, наша ориентация на Восток или на Запад, стремление к консолидации евразийских народов или конфронтация и взаимная изоляция. Однако мы не должны плодить мифы и пропагандировать очевидную историческую ложь. Наша позиция должна быть взвешенной и основанной на фактах.

Мнения по вынесенному в заголовок моей заметки вопросу разнятся в широком диапазоне от ставшего уже привычным страдальческого образа «трёхсотлетнего ига» до розовой сказки о добровольном и счастливом союзе народов Евразии под скипетром справедливого монгольского хана. Иные, впрочем, доказывают, что никакого хана не было, никакие монголы на нас не нападали, а Великой Тартарией было испокон русское царство, где жили и правили русские. Но эту оригинальную версию мы рассматривать, пожалуй, не будем.

Начнём с того, было ли в истории нашествие монголов XIII-го века на Русь и сопредельные территории, было ли жестокое завоевание или всё это байки летописцев, раздутые и преувеличенные? Едва ли можно сомневаться в том, что нашествие было и что завоевание было предельно жестоким. Тому есть бесчисленное множество исторических свидетельств. Война вообще дело жестокое. Тем более, что тактикой монголов при завоевании была именно тотальная война с массовым уничтожением населения и подавлением любой возможности сопротивляться.

И завоевателями были именно монголы, а никакие не «татаро-монголы». Если учесть, что в войсках монголов было множество китайских специалистов по осадной технике, фортификации и прочему (мы бы сказали, военных инженеров), то нашествие можно назвать монголо-китайским. А вот так называемых «татар», то есть волжских булгар и прочих тюркских союзников монголов, в войсках первых нашествий было минимальное количество. Потому что эти самые тюркские народы были ещё не союзниками, а неистовыми врагами монголов. Булгары, вроде бы покорённые, в тылу монголов снова восстали. И степные кочевники упорно сопротивлялись войскам империи Чингисхана, и народы Северного Кавказа безнадёжно, но храбро сражались с монголами. Все те народы, что позже войдут в Улус Джучи, а потом в Российскую империю и СССР, сначала героически сопротивлялись монгольским завоевателям. Похоже, это и стало началом нашей общей исторической судьбы: не вхождение в империю Чингисхана, а борьба за независимость против завоевания монголами.

Итак, завоевание было. Оно было жестоким и разрушительным. Погибли и были угнаны в рабство десятки тысяч людей. Сожжены города не только на Руси, но и повсюду, где прошёл монгольский завоеватель. Государства были повержены и разорены. Никакого «положительного момента» в нашествии не было – и искать его здесь не нужно. Это была одна общая большая трагедия народов Евразии. Другое дело, что само завоевание стало возможным из-за деградации и ослабления тех, кто закономерно потерпел поражение. Например, Русь была раздроблена междоусобицами. Читаешь Галицко-Волынскую летопись и видишь, что тогдашние князья так были заняты внутренними распрями, что едва заметили каких-то там «татар» или монголов. А уж о том, чтобы объединиться и дать организованный отпор врагу, и речи быть не могло.

Однако нашествием ведь дело не закончилось. Монголы действительно создали империю, «таможенный союз» из территорий покорённых ими земель, разграничили полномочия «федерального центра» и субъектов, вассалов хана, пресекли (или хотя бы уменьшили и администрировали) раздоры, обеспечили свободу торговли, способствовали развитию ремесла, науки, покровительствовали всем конфессиям и так далее. И тут, конечно, начинаются положительные моменты. Тем более, что в плане этническом с монгольской империей, в частности, с Улусом Джучи (Золотой Ордой), произошло то же самое, что происходит с любым государством, которое возникло на завоёванной территории. Народ-завоеватель формирует правящий слой, но постепенно интегрируется и растворяется в покорённом населении, перенимая его язык и образ жизни.

Считается, что наша Орда существовала с 1207-го по 1483-й год, то есть 276 лет. Нелепо было бы думать, что всё это время она так и оставалась государством жестоких монголов-завоевателей. И монголы стали уже не те, и Орда изменилась. Фактически империя, основанная завоевателями, стала, как это часто бывает, державой местных народов. Не в последнюю очередь поэтому империя Чингисхана так быстро распалась на региональные улусы, сформированные по национально-географическому признаку. А эти улусы потом ещё и между собой вели войну. Потому что содержание их политики определялось не только амбициями ханов, но и объективными задачами населявших улусы народов.

В Золотой Орде сформировался некоторый, я бы сказал, этнический дуализм. Ханы тесно общались с тюркскими кочевниками, которые всё же стали их верной опорой, и монголы попали под их влияние, стали теми самыми «татарами» – вместе с самими татарами. А русские княжества стояли наособицу. Зато когда в Орде начали принудительно внедрять мусульманство, несогласные «татаро-монголы» стали массово «выходить в Русь», где за пару-тройку поколений полностью обрусевали. Таким образом потомки монгольской элиты были разделены между татарами и русскими. А ещё и сами тюрки постоянно присоединялись к «Русскому миру». В последние десятилетия своего существования Орда была смешанным русско-татарским ханством (от монголов почти ничего не осталось), и борьба шла между различными его центрами. Почему, в самом деле, дань (федеральные налоги) надо собирать в Москве и везти в Сарай, а не наоборот, собирать в Сарае и вести в Москву? И на Куликовском поле, конечно, и с той, и с другой стороны были и татары, и русские. Постепенно русская линия возобладала и Казань была присоединена к Москве, а не Москва к Казани; такой исход был результатом стечения исторических обстоятельств, но единство этих двух линий было предопределено.

Надо добавить такой важный феномен, как смешение элит. Военно-политическое сословие поздней Орды было весьма гетерогенным, русско-татарским, что на Руси, что в Орде. «Чистота крови», впрочем, более или менее сохранялась в простом люде. Однако и здесь происходил активный культурный и хозяйственный обмен, заимствование «технологий» и элементов образа жизни, что лучше всего отражено в языке, сохранившем множество параллелей.

Победа русских татар над нерусскими татарами была благом для всех. Потому что тем самым была ограничена работорговля. Говоря об Орде и вообще обо всей древней и средневековой истории наших народов, нельзя умалчивать о рабстве и работорговле. Ближний Восток несколько веков создавал огромную «тягу», спрос на «человеческий товар». На транзите рабов построили своё благосостояние Генуя и Венеция, а многие государства были так или иначе завязаны на эти «финансовые потоки». Рабами торговал Хазарский Каганат. Есть мнение у исследователей древних летописей, что «лёгкая дань» хазарам, которую переводят обычно как «по белке (беличьей шкурке) со двора», на самом деле читается как «по обелю (рабу) со двора». Варяжско-русские князья тоже брали в полон и продавали в рабство на рынке в Константинополе. И Золотая Орда, и возникшие на её развалинах Крымское, Казанское, Астраханское ханства были плотно встроены в работорговый трафик.

Рабство опустошало земли Руси, Северного Кавказа, всей Евразии. Наши просторы оставались слабо заселёнными, потому что ежегодно многие тысячи молодых мужчин, женщин, детей заковывались в кандалы и отправлялись на работорговые рынки. После чего они бесследно исчезали где-нибудь в Персии. Это было самое ужасное рабство. Негры в Америке создавали семьи, размножались и в итоге стали частью американского общества, пусть и непривилегированной. Крепостные крестьяне России составляли большинство населения, и сейчас чуть ли не все жители российских городов их, крепостных «рабов», потомки. Евразийские же рабы сгинули, не оставив ни имени, ни потомства. Мужчин зачастую кастрировали для покорности. Женщин использовали для утех, но мы не видим их чёткого генетического следа в населении сегодняшнего Ближнего Востока, Ирана, Турции.

Остановить работорговый трафик – такова была задача, выполнение которой вручало правителю «мандат неба» на всю Евразию. И этим благородным делом занялись в первую очередь именно московские цари. И в Казанском и Астраханском ханствах те элиты, которые не были заинтересованы в работорговле, поддержали русского царя, московского «хана». На Крымское же ханство с его портами транзита рабов ориентировались работорговые олигархи. Вот и всё. Чистая экономика, к которой пропагандисты примешали этнический момент.

Подводя итоги, можно сказать, что период, связанный с империей Чингисхана – важный объединительный этап в истории народов Евразии. Причём сначала нас объединяло общее сопротивление экспансии монголов. А потом совместная жизнь в одном государстве, основанном монголами, но распавшемся на улусы, которые очень скоро стали государствами проживавших в них народов. Демонизировать монголов не стоит: они осуществляли естественные движения в тот свой период, который Лев Гумилёв характеризовал как «пассионарный взрыв». Все мы неоднократно завоёвывали и были завоёваны друг другом. Тем более не стоит русским демонизировать «татар», потомки которых и сейчас живут с нами в одном государстве, а татарам и прочим тюркским народам не стоит демонизировать русских как «оккупантов». Это глупо. Русские и татары вместе создавали своё общее государство.

Отдельно хочется сказать про народы Северного Кавказа. Считается, что они были как бы в стороне, как бы не участвовали в нашей общей жизни, а потом бац – и были присоединены в результате столетней Кавказской войны. Но это глубоко неверно. Монгольское завоевание прошло и по Северному Кавказу, предки чеченцев и ингушей, осетин и народов Дагестана героически сопротивлялись завоевателям, а в тылу поднимали восстания. А потом вместе с прочими народами Евразии были интегрированы в Орду и стали её частью. В 1395 году на Тереке состоялась великая битва с армией Тамерлана, в которой со стороны Улуса Джучи сражались и русские, и северокавказские воины, в одном строю с татарами. Эта битва ничуть не менее важна, чем сражение на Куликовском поле, однако в виду европоцентричности историографии о ней почти не говорят.

Идеализировать монгольскую империю и возникшие вслед за ней улусы тоже не стоит. Это было изначально государство-войско завоевателей, которое лишь с течением времени приобретало черты державы местных народов. Помимо многих положительных сторон, таких, как администрирование междоусобиц, развитие торговли, свобода вероисповедания и прочих, были и трагические черты, в первую очередь – участие в работорговом трафике. Трансформация Орды и переход власти от татарских ханов к московским царям были неизбежны и исторически оправданы. Как в своё время было неизбежным и исторически оправданным объединение евразийских земель под властью монгольских ханов.

Наш же грядущий Евразийский Союз признаёт себя преемником и Руси, и Булгарии, и Золотой Орды, и Российской Империи, и СССР. В новой державе права и суверенитет народов будут надёжно защищены, таможенное пространство будет единым, а вероисповедание – свободным. Мы будем отмечать даты и Куликовской битвы, и битвы на Тереке. Основу Союза создаст историческое объединение славянских и тюркских народов Евразии, к которому присоединились уральские, кавказские, сибирские и другие народы, населяющие нашу общую Родину.