«Гончаренко показывал, как играет Бонуччи в Италии». Живоглядов — о карантине, VAR и «Локомотиве»
Год назад Дмитрий Живоглядов был самым перспективным правым латералем РПЛ: после двух успешных сезонов при Гончаренко и Семаке воспитанник «Динамо» круто спрогрессировал в Уфе. В итоге из всех предложений топ-клубов защитник выбрал «Локо», хотя бывший тренер звал и в ЦСКА, а на сайте «Краснодара» даже появился его профиль с фото.
Вернувшись в Москву, Живоглядов начал с победы в Суперкубке России и в целом достаточно успешно заменял Владислава Игнатьева справа в обороне. Но после дерби с ЦСКА (0:1) и травмы плеча — только редкие появления в старте и 0 минут в Лиге чемпионов.
Корреспондент Sport24 Данила Игнатов созвонился с Живоглядовым по видеосвязи (главный способ делать интервью в условиях самоизоляции) и расспросил о том, как жить в изоляции, что ему дал Гончаренко и Семак в «Уфе» и какие перспективы он сам видит в «Локомотиве».
Карантин, продолжение РПЛ
— Как проходит твой карантин?— Целыми днями дома, разве что в магазин или аптеку выезжаю. Каждый день тренируюсь. Сейчас нахожусь в области — пока было можно, бегал на природе. Каждому футболисту раздали свою программу, которая составлена в зависимости от возможностей домашних тренировок. Я купил беговую дорожку, гантели — в общем, все необходимое у меня есть.
Конечно, соскучился уже по мячу, по полноценным занятиям. А главное, никто не понимает, какие у всей этой ситуации перспективы.
— Чем занимаешься дома?— Провожу время с семьей: мультики, сериалы. Соскучились ли дети? По сравнению с тем, что было в «Уфе», — это праздник. Там-то я жил один, а семья осталась в Москве.
— Как без спорта выживаешь? Чемпионат Белоруссии смотришь?— Нет, но по спорту соскучился в принципе, не только по футбольным матчам. Обычно смотрю и большой теннис, и баскетбол. NBA мне нравится, но отдельно ни за кого не болею. А в теннисе слежу за Симоной Халеп и Рафой Надалем, это из старой школы. Даня Медведев сейчас из новых мне нравится.
— «Локомотив» до последнего не уходил на карантин. Как на это реагировали футболисты?— Все ведь уходили на карантин в разное время: кто-то еще до запретов дома сидел, другие тренировались до последнего. Мы тоже. Руководство собрало нас всех на базе и объяснило свою мотивацию. Главный аргумент — на тот момент был запрет на массовые мероприятия больше 50 человек, под которые наши тренировки не попадали. Но когда был введен режим самоизоляции для всех людей без исключения, естественно, мы перешли на домашние занятия.
— Как думаешь, когда РПЛ наконец вернется? Есть ли прогнозы?— Вообще нет. Мы все в одинаковой степени находимся в неведении. Каждый день новая информация, разные сценарии продолжения, возобновления или отмены сезона появляются. Сейчас даже с ребятами уже не обсуждаем ничего. Пока еще тренировались, общались на тему коронавируса, но сейчас все закрылись дома.
— Справедливо ли закончить чемпионат прямо сейчас и оставить все команды на своих местах?— Думаю, нет. Одни от этого выиграют, другие будут недовольны. Ко второй категории относятся команды, которые борются за еврокубки, конечно. На кону большие деньги, игра в Лиге чемпионов. В Италии, например, предлагают разыграть плей-офф между топовыми командами. В РПЛ в таком тоже было бы интересно поучаствовать, на самом деле. Проблема только в том, что реализовать это тяжело.
— Доигрывать сезон без зрителей есть смысл?— Футбол только для болельщиков, для кого еще мы играем? Пустые трибуны — не то, совсем другая атмосфера. Каждый матч должен быть праздником. А играть при пустых трибунах — это как Новый год праздновать без елки.
Гончаренко, Семак
— В «Локо» ты перешел прошлым летом из «Уфы». Но туда, насколько я знаю, поначалу не очень хотел переезжать.— Я москвич, играл на тот момент в «Динамо». Можно сказать, Москва — моя зона комфорта. Здесь семья и вся моя жизнь, поэтому так далеко от дома ехать не хотел.
Но сначала позвонил Шамиль Газизов, гендиректор «Уфы»: «Давай-давай, переходи к нам». Долго думал. А потом набрал Гончаренко: «Ну что ты думаешь, Дима? Жду тебя через два дня на сборах». Этот разговор стал ключевым, я согласился, потому что чувствовал — тренер во мне заинтересован.
— Что Гончаренко дал тебе в плане тактики?— В тактике он очень сильный спец. Виктор Михалыч много со мной разговаривал, объяснял, присылал нарезки, как играет лучшая оборона в мире. Тогда он считал таковой защиту сборной Италии при Антонио Конте — этот тренер одним из первых стал играть в три центральных защитника. Итальянцы в 2016-м как раз дошли до четвертьфинала Евро. Гончаренко видел меня на позиции правого центрального защитника и показывал, как нужно совершать перестроения на примере Леонардо Бонуччи и Андреа Бардзальи.
— А в детстве ты на кого равнялся?— Нетипичный выбор, наверное, но это Рамос в «Севилье», еще до его перевода в центр защиты, и Дани Алвес там же. Невозможно объяснить — это и харизма, и стиль игры. Было много звезд в то время — Роберто Карлос, Роналдо, Кака, Зидан — но мне нравились эти двое. Просто на уровне ощущений. Потому что в детстве у нас даже и возможности смотреть за их играми не было — «НТВ-Плюс» мало у кого был. А сейчас ориентиров у меня нет, нужно от себя отталкиваться.
— Гончаренко перевел тебя в центр после матча с «Тереком», после замены на 30-й минуте. До этого ты играл на правом фланге. Что в тот момент почувствовал?— Сначала вообще не понял, что случилось. Но потом Виктор Михалыч все объяснил в личной беседе. Что именно сказал — пусть останется между нами, но я все понял. Но я хотел играть, а Гончаренко решил поставить меня в центр. Я до этого никогда на этой позиции не играл, но требования там плюс-минус такие же, как и у крайнего защитника: нужно подключаться к атакам и поджимать соперника на полуфланге, но оставаться чуть сзади. Если посмотреть, сейчас ЦСКА играет в похожей манере.
— Стоцкий рассказывал мне, что Гончаренко штрафовал его за разбитый экран телефона. Ты когда-нибудь на деньги попадал?— Нет, но знаю про эту историю. Виктор Михалыч считал, что разбитые вещи — плохая примета. Когда только пришел в «Уфу», у клубного автобуса было стекло треснуто. Гончаренко только это увидел, сразу сказал: «Замените!»
Помню, у одного из ребят на теории перед кубковым матчем с «Ахматом» зазвонил будильник. Реакция Гончаренко: «Вышел отсюда!»
— По слухам, уже в ЦСКА Гончаренко был заинтересован в твоем трансфере из «Уфы».— Насколько я знаю, интерес от ЦСКА и правда был, меня хотели видеть в команде. Дальше переговоры шли уже на уровне клубов, но всех деталей я не знаю. Но все, что ни делается, — к лучшему.
— А когда твой профиль появился на сайте «Краснодара», сильно удивился?— Это много шумихи наделало, точно. Я даже не знаю, как это произошло. Сам удивился: был в отпуске, тренировался, прихожу через час — куча пропущенных звонков и смс. Перезваниваю, первый вопрос: «Ты где?!» А я дома, в Подмосковье, ни о чем не знаю. В шоке был, в общем.
— Весь 2018-й медиа отправляли тебя в каждый топ-клуб России. Это не давило?— Непросто было эмоционально. Всем хочется прогрессировать, новые цели перед собой ставить. Я так руководству «Уфы» и говорил: «Раз есть интерес, хочу уйти». Плюс мне не хватало семьи — хотелось уже вернуться домой, в Москву.
— Твой лучший отрезок в «Уфе» как раз в то время случился при Семаке в сезоне-2017/18.— Мне вообще кажется, что тот сезон — выдающийся для «Уфы». И повторить его в Башкирии смогут нескоро, хотя я буду рад ошибиться. Но тогда для нас все складывалось очень удачно.
Семак — крутой мужик. Очень честный, невероятно добрый, таких еще поискать. Это если про человеческие качества. В плане тренерских скиллов даже что-то одно выделить сложно — все сильное.
Сергей Богданович дал мне уверенность в себе — это главное. Передвинул меня обратно на правый фланг с нового сезона. Тоже много со мной работал, объяснял, как и Гончаренко. Многие тогда, помню, писали: «Семак выезжает на багаже Гончаренко». Но это не так. Просто Виктор Михалыч заложил в «Уфе» базу, наладил игру в обороне — все-таки до него команда чудом в Премьер-лиге осталась. А Семак, отталкиваясь от этого, выстроил атакующие действия, у него был свой стиль.
— В «Уфе» был твой первый опыт в еврокубках. Словения, Люксембург, Шотландия — это что-то другое?— Если честно, в первых двух раундах накал был примерно как в РПЛ. Да, для многих еврокубки были в новинку, хотя несколько опытных ребят у нас было. Плюс стадионы в Словении и Люксембурге — как на сборах: маленькие, зрителей почти нет. Хотя для совсем маленького городишка 3-4 тысячи на трибунах — уже круто.
Больше всего прочувствовали атмосферу Лиги Европы в Глазго. Там все совсем на другом уровне. Слышал, стадион «Айброкс» считается одним из самых тяжелых для гостевых команд в Европе. 50 тысяч — там уже все было по-другому. В тот момент подумал, что точно нужно двигаться вперед, чтобы играть на таком уровне чаще.
«Локомотив», перспективы
— Мы уже говорили о сорвавшихся трансферах выше. Почему из всех топ-клубов ты оказался именно в «Локомотиве»?— Потому что «Локо» уже давно хотел меня заполучить, постоянно интересовался. Два года длилась эта история, с 2017-го. Этот клуб первым обозначил серьезные намерения, так что я согласился, долго не думая. К тому же я в этой команде свою карьеру начинал, почти три года провел в академии «Локомотива».
Заинтересованность со стороны тренерского штаба я чувствовал — на меня выходили, общались.
— Кто помогал адаптироваться в команде, когда только вернулся в «Локо»?— Первое время ребята, с кем в академии пересекался, поддерживали: Бара, Жемалетдинов, Миранчуки. Идут на сборах в ресторан, в баню — зовут с собой.
— А в плане схемы сложно было привыкнуть к «Локо»? «Уфа» почти всегда играла в 5 защитников, здесь — четыре.— Гончаренко несколько раз использовал эту схему в самом начале своей карьеры в «Уфе». При Семаке тоже на четверку перестраивались иногда. Но в целом — да, поначалу в «Локомотиве» было немного непривычно. На летних сборах делал те действия, которые не нужно было. Уже закрепилось в сознании, что я — крайний полузащитник, должен подниматься как можно выше всегда. С тремя центральными тебя всегда кто-то страхует, а здесь чуть что — теряешь зону.
Помощники Юрия Палыча объясняли: «Попридержи, не беги, здесь делай так». И к официальным матчам уже был готов, адаптация прошла.
— Первый матч — сразу победа в Суперкубке над «Зенитом». Какие были ощущения?— Это бомба. В дебютной игре сразу завоевали трофей — о чем еще мечтать? Ощущения непередаваемые, конечно. Полный стадион еще пришел — можно сказать, что в «Уфе» я такого не чувствовал.
— В дерби с ЦСКА на тебе впервые в РПЛ опробовали VAR: мяч попал в руку, судья долго разбирал эпизод. Ты сам что чувствовал в тот момент?— Свисток, я иду к судье: «Что случилось?» Безбородов ответил, что будут смотреть, где была рука — за штрафной или в ней. У меня первая реакция: «Ты что, руки никакой не было», ха-ха. Но на самом деле мяч отскочил в руку от ноги, а это не фол. Думаю, если бы VAR не было, судья со спокойной душой показал бы на точку.
— А сам в тот момент понимал, что это не фол?— Честно, тогда эмоции зашкаливали. Понимал, что мяч руки коснулся. Но в дерби, когда внутри все бурлит, не будешь же о правилах вспоминать. Впервые в таком важном матче, в дерби, на тебе ставят пенальти, да еще и таким нелепым образом. Хорошо, что судья разобрался в эпизоде.
Я вообще за справедливость. Да, сейчас VAR немного затягивает игру. По 5-7 минут тратить на разбор эпизода — многовато. Но, думаю, со временем все наладится и будет быстрее. Для всего футбольного мира это что-то новое.
— Дерби с ЦСКА ты не доиграл из-за травмы, и после этого выпал из состава. Есть понимание, почему?— Может, прозвучит банально, но я не знаю. Состав определяет тренерский штаб — кого считают сильнейшим, того и ставят. С моей стороны кажется, что в моих тренировках, отношению к себе ничего не поменялось. Но себя самого оценивать тяжело.
— Ты сыграл 0 минут в Лиге чемпионов — турнире, о котором мечтают все футболисты. А иногда даже в заявку не попадал.— Один раз по решению тренерского штаба — в домашней игре с «Байером». А матч против «Атлетико» пропустил из-за болезни.
— Вопросы тренерскому штабу не задавал?— Ни разу. Я не сторонник того, чтобы спрашивать что-то у главного тренера. На то он и главный, а ты должен подчиняться и принимать его решения. Но, конечно, то, что я не играю, — для меня не норма. Очень хочу выходить на поле — у меня сейчас самый возраст, чтобы играть. Я в топ-клубе — с мотивацией тоже все в порядке.
— Если не общался с тренером, как разбираешь свои матчи, анализируешь ошибки? Сам?— Разбираю, конечно. После удачных матчей сразу не смотрю — могу через два-три дня обзор глянуть. А после неудачных, бывает, прям в раздевалке открываю видео. Плюс-минус час после матча ты на стадионе, время есть. Хочется сразу разобрать момент: одно дело на поле видеть, как забиваешь ты или тебе, другое — с разных камер. Я достаточно быстро прокручиваю эти моменты в голове и отпускаю.
— Ты можешь проанализировать, что у тебя получилось в первой части сезона, а по каким моментам есть к себе вопросы?—В целом понимаю, что полностью в первой части сезона себя показать не удалось. Точно способен на большее. И в плане того, как играл, и в плане количества времени на поле. Я очень хочу играть — у меня есть для этого и силы, и желание, и амбиции.
Подписывайтесь на телеграм-канал Sport24!