Костромская и Вологодская области связаны 700 верстами общей границы и одним асфальтовым шоссе
И это при том, что Костромская область создана из северной части дореволюционной губернии, к которой прирезали здоровые лоскуты Никольского и Тотемского уездов Вологодской. При проклятом царизме лоскуты эти кое-как сообщались с уездными центрами почтовыми трактам, но при Советах тракты окончательно заросли, и до начала девяностых из области в область летом было попросту не проехать. Например, старая Усольская дорога между Тотьмой и Солигаличем умерла еще в 80ые годы и существует только как зимник по которому жители Тотемского Заречья ездят в Солигалич за газом - в Костромской он логичным образом дешевле, чем в Вологодской, через которую качают чуть ли не половину экспортного газа в Европу. Лет семь или восемь назад появилась новая всесезонная дорога - Судай-Чертово-Ида-Юркино-Миньково. Ее построили вологодские лесорубы - частники, которые рубят лес в Тотемском Заречье и одновременно имеют огромные арендные площади в Солигалическом, Чухломском и Кологривских районах. Построили подпольно, без разрешений - отсыпали 7 или 8 нехватающих километров. Никто не написал на них в прокуратуру, но все сказали спасибо и пользуясь, поминают вологодских частников добрым словом. Впрочем, Яндекс этот грейдер так и не выучил и по-прежнему посылает туристов из Галича в Тотьму несуществующей летом Усольской дорогой.
Стартовали из Терема в 7 утра по Чертовской дороге и в 11 были в Тотьме, закупившись в имени Бабушкина. Проскочили без остановки до Опок - обрывов, прорытых Сухоной в Пермских глинах. В 1930ые здесь был страшный сталинский лагерь - Опокстрой. Тысячи, если не десятки тысяч зека погибли, строя плотину, призванную поднять уровень Сухоны и сделать ее судоходной круглый год. Плотину размыло первым же ледоходом. Сегодня о сталинской стройке напоминают только несколько торчащих из берега бетонных опор.
Состав экспедиции - Оля + дети + я, Андрей Завьялов с младшим сыном Глебом, Катя Шиварокова, Катя Соловьева и дядя Леша - Алексей Викторович Зиновьев - уходящий на пенсию глава соседнего с Теремом Петровского сельского поселения
Жжем костер, ловим щук, жарим рыбу на костре. Пренебрегаем услугами лодочников, которые возят через Сухону на "фонтан" - разорванную артезианскую скважину. Клиенты лодочников возвращаются оттуда изрядно бухими.
Пропускаем Устюг, где все были, и, с некоторым сожалением, Красноборск - дореволюционный экономический центр Северной Двины, знаменитый огромными ярмарками.
На закате осматриваем Пермогорье - двойник из каменной и деревянных церквей. Георгиевский деревянный храм - 1665 года. В самом Пермогорье (на карте - деревня Большая) - новые деревянные дома. Вроде бы тут есть центр, посвященный чудесной Пермогорской росписи, но мы его даже не искали.
Ночуем чуть ниже Пермогорья на пляже у Северной Двины - здесь есть удобный, единственный на пару десятков километров автомобильный спуск к реке.
Река Ида, мост у урочища Кордон - выше моста Вологодская область, ниже моста - Костромская. Та самая подпольная дорога.