Провокация молчанием
18 января благодаря сайту SITE Intelligence Group стало известно, что запрещенная в России террористическая организация ИГИЛ взяла на себяответственность за взрыв в Магниторгорске, о чем и сообщила в собственном печатном издании. Террористы якобы волновались за безопасность исполнителей, потому и молчали почти три недели. Впрочем, пытаясь доказать приверженцам, что организация по прежнему сильна, главари ИГИЛ регулярно приписывают себе взрывы и преступления по всему миру. Достаточно вспомнить погибший 25 декабря 2016 года от ошибки пилотирования Ту-154 с военными музыкантами в Сочи — эту трагедию террористы тоже объявили делом своих рук.
Версия о «классическом» теракте с применением взрывчатых веществ сразу же вызывает сомнения. Следы горения взрывчатых веществ любого состава современные приборы, находящиеся на вооружении экспертов спецслужб, умеют находить в самых мизерных количествах. А уж взрыв целого подъезда требует весьма значительного боезаряда. Его следы должны были обнаружить в первые же часы работы следственной бригады.
И срочно летевший в Магнитогорск президент Путин наверняка читал на борту первые доклады об их отсутствии.
Тем не менее исключать версию о теракте только на этом основании нельзя. Остается другой, вполне возможный вариант преступления, сродни военной диверсии: тайное нарушение герметичности газопровода в подъезде и детонация гремучего газа (смесь газа с воздухом) устройством, срабатывающим от таймера или сигнала через СИМ-карту.
Думаю, именно необходимость отработки этой версии стала причиной упорного молчания Национального антитеррористического комитета и ФСБ, чьи сотрудники неизбежно должны быть в составе следственной бригады. Следственный комитет отвечает за весь процесс сбора улик, информации по делу и их обработки. Он и является в силу этого главным источником официальной информации. Точнее, официального молчания, прерываемого только для отповедей журналистам.
Конечно, русский народ не читает боевые листки ИГИЛ, но из-за нехватки информации и несогласованной медийной политики силовиков из разных ведомств
население верит в террористический акт куда охотнее, чем в официальные сообщения.
По крайней мере, репортажи СМИ с места и анализ социальных сетей приводят именно к такому выводу. А если теракт был, значит, от народа его утаили? Власть лжет — вот в это люди традиционно верят.
Никакие призывы Следственного комитета и УФСБ РФ по Челябинской области не верить заявлениям ИГИЛ не могут остановить «народное радио», вооруженное теперь мессенджерами и социальными сетями. Основная версия — взрыв бытового газа — соседствует там с неподтвержденными свидетельствами теракта и досужими версиями в равных пропорциях. Тем более что помимо саморекламы террористов 18 января в публичном пространстве появилось и расследование интернет-проекта «База» опубликовал собственное расследование.
В изложении Никиты Могутина есть множество фактов, которые могут быть либо сливом от следствия, либо чистой фантазией. Например, заведомо ложно утверждение, что гексоген в несколько десятков раз мощнее тротила и что его можно изготовить на дому. Время покажет, что это за откровения, но «База» утверждает, что для взрыва применялся именно гексоген.
Не найти следы гексогена на месте взрыва невозможно.
Таким образом, Могутин присоединился к хору «неверующих», считающих, что о взрыве бытового газа народу солгали. Причем, солгал и СК и ФСБ одновременно, так как их специалисты трудились на месте трагедии бок о бок.
Видимо, главный факт, заставивший каждое силовое ведомство держаться в информационном поле особняком, — неожиданный визит Путина на место взрыва накануне Нового года.
Силовики испугались и стали думать о том, что доложить президенту, а не как оперативно расследовать произошедшее.
Магнитогорск пережил страшный стресс, и если в дальнейшем силовики объявят все-таки о теракте, затянувшееся молчание и обман лягут тяжким грузом на рейтинг главы государства в том числе.
Кстати, даже решение о расселении дома на улице Карла Маркса, приятое главой государства, воспринимается массами как лишний довод в пользу версии о теракте — мол, взрывы бытового газа происходят постоянно, и президент на них обычно не обращает внимания.
Получается, что ключевая проблема сейчас — зависимость следствия от аппаратных и политических факторов, которые провоцируют информационный вакуум и рождают слухи, опровержение которых идет уже по модели дурной бесконечности.
Валерий Ширяев,
«Новая газета»
Вопрос: Что сейчас представляет собой террористическая организация №1?
— Данные американской аналитической компании SITE Intelligence Group, отслеживающей деятельность джихадистов, белых супрематистов и радикальных левых, часто используются как источник информации об ИГИЛ*. Для сбора информации эта компания мониторит официальные коммюнике, которые ИГИЛ выпускает на разных языках, публикации проигиловских аккаунтов в соцсетях, закрытые группы, проигиловские сайты.
Сейчас такой мониторинг сильно осложнен и требует особых навыков и доступа. Раньше было гораздо проще получить доступ к игиловскому контенту — его сторонники были в твиттере, и в других социальных сетях, их сообщения мог без труда найти почти любой интересующийся человек.
Сегодня спецслужбы разных стран очень быстро удаляют ультрарадикальный контент, он буквально через секунды после публикации уже исчезает.
Поэтому такие аналитические центры как SITE, мониторят форумы, группы, аккаунты, зная, какие из них нефейковые, проводят свой анализ, оценивают степень достоверности новости. Если, по их мнению, информация правдоподобна, они ее публикуют.
Говорить о том, что ИГИЛ полностью уничтожена на ближнем Востоке преждевременно. Да, ИГИЛ лишилась практически всей своей территории, остались лишь небольшие анклавы: но и там живут люди, их бомбят, совсем недавно поступала информация о гибели российских женщин, остававшихся в одном таком анклаве. Несмотря на то, что ИГИЛ считается побежденной в Сирии, в декабре прошлого года она провела наступление в провинции Дейр-эз-Зор. В январе ИГИЛовцы взяли на себя ответственность за нападение на американских военных на севере Сирии в Манбидже. ИГИЛ также регулярно берет на себя ответственность за теракты в крупных городах мира.
Когда ИГИЛ владела большой территорией, на ней была большая концентрация боевиков, в том числе и иностранных, которые поддерживали связь с радикально настроенными людьми у себя на родине. В России, например, северокавказские боевики, находившиеся в ИГИЛ, не только вербовали, но и буквально управляли терактами — помогали логистически и организационно. При этом последователи ИГИЛ не ставили своей целью восстановить структуру и боеспособность северокавказского подполья, разгромленного силовиками перед Олимпийскими играми в Сочи, а формировали одноразовые ячейки с целью совершения одной атаки. Чаще всего эти новые рекруты очень молоды, не имеют боевой подготовки и какого-либо боевого опыта.
Они используют подручные средства для совершения нападений — нож, топор, грузовик. Это вписывается в новую тактику ИГИЛ,
избранную ее руководством после того, как организация стала стемительно терять свои территории на Ближнем Востоке: призывать своих сторонников не приезжать воевать на Ближний Восток, а совершать теракты у себя дома. На сегодняшний день т. н. Исламское государство из жестко организованной структуры все больше превращается в глобальный идеологический призыв, апеллирующий к радикалам по всему миру. В тех местах, где есть отклик на эту идеологию, и происходят теракты.
Эксперты, в том числе международные, говорят о том, что ИГИЛ периодически берет на себя ответственность за происшествия или теракты, к которым не имеет отношения. И это действительно так.
Однако в целом они стараются не злоупотреблять фейковыми новостями, понимая, что блеф приведет к потере доверия их последователей.
В последнее время ИГИЛ становится все сложнее вербовать людей, поэтому ей важно сохранять имидж самой «успешной» террористической организации в мире у своих потенциальных сторонников. Фактор зловещей «эффективности» ИГИЛ (при этом эффективности, которую ее сторонники не ставят под сомнение) очень важен для ее призыва, для ее способности конкурировать за рекрутов с другими террористическими организациями, такими как Аль-Каеда (ее деятельность также запрещена в России).
Записала Анастасия Тороп,
«Новая»
* организация запрещена на территории РФ как террористическая