Тайна вселенской гармонии

Тамара Ганиева

Родилась в 1951 году в деревне Кинзябаево Куюргазинского района Башкирии. Народный поэт и заслуженный работник культуры Республики Башкортостан. Член Союза писателей РФ и РБ. Лауреат Международной премии им. М. Кашгари, Всероссийской литературной премии «Словес связующая нить», литературных премий им. Рами Гарипова, Фатиха Карима, Баязита Бикбая. Спектакль «Тамарис» Сибайского драматического театра, поставленный по одноимённой трагедии Т. Ганиевой, был удостоен диплома Международного фестиваля «Туганлык».

Доля

Утром в голубую тишину
Поманили дали горизонта –
И мечта, уставшая в плену,
Наконец, поймав свою волну,
Устремила душу прямо к солнцу.

Крылья с силой потянули ввысь –
Я в свою поверила удачу!
Ветром, словно парус, налились,
Но порыв напрасен – приглядись
И увидишь: небеса всё дальше...

Как теперь спуститься с высоты
На ладони ласковой долины,
Где цветут любимые цветы,
Где среди неброской красоты
Потерялся след тропы любимой?

Сладкая полынь и горький мёд –
Жизнь моя: от радости к печали,
Только время-лекарь всё поймёт,
На горячий лоб приложит лёд
И утешит на земном причале.

Но пока надломленной стрелой
Мне под ноги горизонт не рухнул,
Не закрыт туманом и золой,
Всё, что было мне дано в залог,
Я хочу вернуть Вселенной в руки.

Сенбернар

            Дай, Джим, на счастье лапу мне...
                                               С. Есенин

Хоромы и просторны, и светлы,
И пёс бежит, хвостом виляя: здрасьте!..
Какой породы? Это сенбернар...
Холёный пёс мне неизвестной масти.

Возможно, я душой не столь тонка,
Чтоб оценить породу так, как нужно...
Поглажу пса. Мне неуютно здесь,
Себя я ощущаю неуклюжей.

Зачем я вам? Ведь я простой поэт,
А вы горды, вы аристократичны.
Мне ж достаётся всё большим трудом,
И к роскоши такой я непривычна.

Вы искренни и, кажется, добры...
Но золото слепит глаза, пугая.
Иди постой меж нами, сенбернар,
Хозяина ко мне не подпуская.

Душа моя не камень и не лёд,
Но каждому своё, как верит каждый...
А в детстве так любила я играть
С лохматою соседскою дворняжкой!

Ты, сенбернар, гуляешь по коврам,
А я люблю траву, как та дворняжка.
В роскошном доме ты проводишь день,
А мне без неба и без поля тяжко.

Ты, вижу я, смышлёный пёс! Спроси,
Хозяин ведь тебя поймёт, наверно:
Зачем я вам – повысить ваш престиж?
Поэзией украсить интерьеры?

Правда ли?..

Твой взгляд был метким,
                                    как твоё лассо.
Твой голос грянул громом в ясный день.
Ты ливень, в зиму посланный весной.
Единственный из множества людей.

Я знала, знала – счастье не по мне!
Но сердце – словно пленный аргамак...
Как ближе к солнцу хочется луне,
Так я тянусь к тебе – в твоём огне
Сомненья и тоски рассеять мрак...

И нежность, словно сладкий
                                    хлебный сноп,
На плечи ляжет тяжестью благой...
И ласки молчаливые, без слов,
В глазах усталых разожгут огонь...

Как ветка после инея легка,
Так после ливня – радуга ярка!
О, как в глаза твои смотреть я рада!
Ну повтори, что любишь, – ведь пока
Я так боюсь поверить в эту правду...

Не я...

Наверное, с тобой, моя мечта,
                                    есть рядом та,
Кто вскрикивает в страсти: я твоя!
Но то не я.
Я взглядом лишь коснусь
                                    твоих кудрей –
Я друг. Не быть мне музою твоей.

Коль я не утону в глазах твоих,
Рассудок ясным в страсти сохраняя, –
Бомжам монет отсыплю золотых
Иль памятник себе поставлю я.

Я правил над собой не признаю –
Ценю лишь то, чего душой коснусь.
Не пробуждай отчаянье, молю:
В отчаянье я бурей становлюсь!

Ты, сын полей и гор, силён и горд.
Но я умею усмирять коней.
Я из косы сплету уздечку – вот
Возьми, коль взять захочешь, –
                                                и владей!

Коса длинна, но мысль не коротка:
В твоих глазах отражена я вся.
Быть может, это знак? Наверняка!
И миновать любви никак нельзя.

До лета моего твоя весна
Не дальше, чем косы моей длина.
Я для тебя богиней рождена,
А может быть, рабыней суждена?..

А может, искушенье – эта страсть
Греховная, – но как её изгнать?
И чётки искр твоих любимых глаз
С молитвою в слезах перебирать?

Утаю

Утаю от ветра тайны –
Может выдать невзначай,
Над дорогой пролетая,
В проводах пустых звуча.

С камнем не хочу делиться –
Почернеет с горя он.
Боль у камня долго длится,
Тяжек жалостливый стон.

И огню я не откроюсь,
С ним не буду говорить –
Дружит с ветром он порою,
Может в пепел обратить.

Лишь река печали стерпит,
По теченью унесёт
Горечь слёз и сердца трепет,
Робкой радости полёт...

Причащусь, лицо омою:
Станет горе – не беда,
Чувства остудив от зноя,
Льнёт река к ногам волною,
Плещет ласково вода...

Перевод Нины Ягодинцевой

Мечта

Мечта! Ты тёплый летний ветерок,
который по головке гладит нежно,
ласкается и… мчится наутёк.
Потом ищи-свищи
                        во мгле безбрежной…

Мечта! Ты снежный радужный
                                    кристалл.
Узор – шедевр небесного творенья.
Обжёг мою ладонь, сверкнул, пропал…
А я вздохнула только в то мгновенье.

Мечта! Ты откровенье соловья,
мажорная элегия Вселенной.
Ты здравица в миг первый бытия
и утешенье в час его последний.

Мечта – снежинка, песня, ветерок…
Далёкая волшебная вершина.
Нерукотворна, как дыханье строк,
недостижима и непостижима.

Тайна

I

Не устала ли река
                        течь в движенье вечном?
Лишь в одном моём роду
                        сколько поколений,
приходя в наш мир земной,
                        расправляя плечи,
утоляло жажду жить
                        в череде мгновений.

А теченью всё равно,
                        что вокруг творится.
Равнодушны к суете медленные воды,
счастье с горем унесут
                        в вечность вереницей.
Как естественна, проста
                        истина природы!

II

На облако взглянешь –
                        охватит волненье:
споткнётся и вдруг разобьётся о скалы?
Зачем-то ведь движется это виденье.
Найдёт ли когда-нибудь то, что искало?

Казалось бы, так беззащитно,
                                                пугливо…
А к нам безразлично в небесных
                                                скитаньях.
Покой и движение, разум и сила…
Не в них ли вселенской гармонии
                                               тайна?

Перевод Александра Шуралёва