"В этом здании жил и работал…"
Проект "Магнитогорского металла", посвящённый людям и событиям, в память о которых установлены мемориальные доски.
Мемориальная доска на фасаде дома № 18 по улице Труда посвящена магнитогорскому художнику Николаю Рябову. Живописец, график, портретист, он работал в традициях реалистического искусства, черпая образы и вдохновение в Магнитогорске и его жителях.
Николай Рябов родился в деревне Ершовка Кизильского района Челябинской области. В 1936-1941 годах занимался в изостудии города Сибая, с 1943 по 1945 год призван на фронт. Как человек скромный, всегда подчёркивал, что в военных операциях не участвовал. Служил инструктором - радиотелеграфистом, а после войны продолжил службу командиром взвода связи автомобильного батальона, а затем начальником радиостанции в 237-м артполку. Демобилизовавшись, окончил Свердловское художественное училище, Московский художественный институт имени В. И. Сурикова, работал художником-оформителем на Сибайском медно-серном комбинате.
В Магнитогорск Николай Рябов переехал в 1958 году и стремительно включился в художественную жизнь города. Много и плодо-творно работал в художественно-производственных мастерских Художественного фонда РСФСР, входил в градостроительный совет, на общественных началах курировал изостудию левобережного ДК металлургов. В 1966 году принят в Союз художников СССР. В своём творчестве Николай Рябов опирался на традиции реалистического искусства, обращался к социальным темам, миру человека, значительным событиям в истории страны и края. Слово "Отечество" не было для него пустым звуком, отмечали знавшие художника люди. Все беды России отзывались в его сердце - "до боли, до плача, до крика".
"Из детства он вынес в памяти историю раскулачивания своей семьи,- вспоминала искусствовед
Лилия Филатова. - На его глазах больную, уже недвижимую бабушку вынесли из разоряемого дома и бросили на подводу, а через некоторое время арестовали мать, и маленькому Николаю пришлось носить передачи в женскую тюрьму. Потом пришли за отцом - казаком Петром Рябовым... Этого забыть он не мог. Но внутренний конфликт с властью Рябов всегда оставлял за плоскостью своих полотен. Не потому ли мир образов, созданных им на протяжении трёх с половиной десятилетий, светел, гармоничен и радостен. Николай Рябов любил и понимал людей, портретная направленность его творчества - естественное продолжение интереса к человеческим судьбам. Как-то он признался, что хотел бы создать живописное полотно, которое бы олицетворяло семейный портрет всего человечества..."
В 1982 году работа Николая Рябова "Хонеккер на Магнитке. 1930 год" была подарена советским правительством Эриху Хонеккеру на 70-летие. В ответ политик прислал художнику книгу с дарственной надписью.
"В мастерской у Николая Петровича Рябова было много книг и всегда звучала музыка, напряжённая, без слов, как будто происходит некий неостановимый процесс, - писала поэтесса Римма Дышаленкова. - Он хорошо чувствовал и понимал авангардное искусство, его противостояние реализму, выписывал европейские журналы по изобразительному искусству, следил за итальянскими биеннале по авангарду, но сам оставался приверженцем школы реализма. И магнитогорские авангардисты, по сути, исключая реализм из своих интересов, уважали Рябова как мастера реализма и ценителя авангарда. Николай Петрович принимал непосредственное участие в судьбе крупнейшего в Магнитогорске авангардиста Виктора Антонова. Ссорился с местными властями по поводу неблагоустроенной жизни этого художника и долгое время был единственным хранителем его творческого наследия. До тех пор, пока на это наследие не обратила внимание картинная галерея".
Галерея портретов, созданных Николаем Рябовым, велика. Своих героев он находил рядом, отмечала Лилия Филатова, это были его друзья, приятели, случайные посетители мастерской, передовые рабочие, мастерицы, просто красивые люди. С удовольствием изображал художник людей искусства.
Николай Рябов создал серию живописно-графических портретов деятелей музыкальной культуры страны: А. Н. Пахмутовой, Е. Н. Птичкина, С. Т. Рихтера, М. Л. Таривердиева, В. И. Федосеева, М. Г. Фрадкина, Я. А. Френкеля, Р. К. Щедрина; галерею образов ветеранов и работников комбината: "Домностроитель В. В. Щеголев", "Герой Социалистического Труда коксохимик Г. М. Дорогобид", "Каменщица Магнитостроя Зоя Синицкая", "Закройщица швейной фабрики Люба Акатова", "Горновой Чевычелов", "Герой Социалистического Труда Е. Ф. Стоянкин", "Дважды Герой Социалистического Труда В. Д. Наумкин"; представителей магнитогорской творческой интеллигенции: Н. П. Воронова, С. В. Мелешина, Б. А. Ручьёва.
"Природную красоту своей малой родины - Южного Урала - Рябов писал подчёркнуто строго: вне времени, вне цивилизации и человеческого присутствия, - отмечала Филатова. - Страдающая душа художника напоминает о себе лишь нервным динамическим мазком кисти, слегка шероховатой фактурой поверхности холста. К натюрмортам Николай Петрович относился как к своеобразным живописным упражнениям: он отбирал предметы, любуясь их броским цветом, фактурностью, оригинальной формой: строил композицию, работал с освещением, добиваясь впечатления равномерной светозарной воздушной среды, усиливающей звучность красок. Часто это фантазии в русском стиле: самовары, расшитые полотенца, расписные ложки, крендели, баранки".
Произведения Николая Рябова хранятся в музеях Челябинска, Магнитогорска, в частных собраниях России и за рубежом. Они - подтверждение того, что художник считал своим долгом истовое служение России, возвеличивание родной страны, её народа, просторов.