История с арифметикой на краю географии. Цена победы, взгляд из Еловино

Часть 1
Доктор, отчего так сложилась жизнь
В грёбаной моей стране?
Что Генштаб, что МУР — по уши во лжи…

(А. Розенбаум. «Что-то здесь не так»)

Если ехать на хорошей машине из Вологды на Восток, через Великий Устюг или Никольск, то часов через пять-шесть можно добраться до трассы Урень — Шарья — Никольск — Котлас. На этой трассе находится райцентр, древнее село Кичменгский Городок.
Еще 30 километров по убитой, временами — противотанковой дороге, и мы окажемся в селе Еловино.
Чуть дальше — деревня Смольянка.
Все, география здесь кончается.

Дальше на десятки километров, хоть от Еловино смотреть, с высокого обрыва речки Пичуг, хоть от Смольянки — ни одного населенного пункта, до деревень уже Кировской области.
На картах еще отмечены Мало-Еловинский починок (Малое Еловино), где в 1935 году родилась моя мама, и деревня Каксур, но в реальности их нет.

Я в 1975 году сфотографировал последнее, что оставалось от Малого Еловино, деревни в 9 дворов, построенной в 1911 году — зимняя изба моего прадеда, Степана Федотовича Лепихина. (В 1914 году числилось 7 дворов, (20 душ муж. и 24 жен.)
В 2018 году я смог показать своей дочери Ксении только место в селе Еловино, где стояла изба моего пра — прадеда, Федота Елисеевича, откуда и ушел Степан Лепихин строить Малое Еловино. И — могилы предков на кладбище села Еловино — моего прадеда Степана Федотовича и прабабки Пелагеи Ивановны, и моего деда, Федора Ивановича Патракова, родившегося в деревне Олюшино Шонгского сельсовета и умершего в 1942 году в Малом Еловино. (Здесь достала его Финская война, на которой он жестоко простыл.)

Но — добраться сюда, в Еловино, стоило только ради того, чтобы сфотографировать вот эти стенды — на одном — список жителей Еловинского сельсовета, вернувшихся с войны, на другом — список погибших, точнее — сгинувших на той страшной войне.

Два года эти фотографии хранились у меня в памяти компьютера, я перенес их в новый компьютер, и только в 2020 году заметил несоответствие цифр на этих стендах с давно отмеченной закономерностью — в реальности погибших было больше, чем вернувшихся с фронта. На этих стендах соотношение — 169 погибших к 229 вернувшихся, то есть с фронта, получается вернулось больше, чем погибло. 42.5% погибших, 57.5% вернувшихся.
По селу Еловино — соотношение еще более невероятное — на 40 погибших и безвестно сгинувших приходится 97 вернувшихся.
То есть, погибших — 29.2%, вернувшихся — 70,8%.

В реальности соотношение погибших и вернувшихся — ровно наоборот.
Согласно данным «Книги Памяти» из уроженцев Кич Городецкого района в Великой отечественной войне участвовали около 10 500 человек, т.е 20 процентов населения. (На 1 января 1941 года в районе проживало 51 512 человек) Погибли и пропали без вести — 7 126 человек, то есть из 100 человек сгинуло 68, вернулось — 32.
И до сих пор неизвестно даже место гибели большинства из них…

Я взял статистику по Патраковым в Кич-Городецком районе, (фамилия моего деда), соответственно, многие из них, если не все, приходятся мне родственниками.
На 15 погибших воинов с фамилией Патраков, место захоронения которых известно, приходится 49 Патраковых, которые безвестно сгинули. То есть — из 64 человек с родной для меня фамилией, которых держава призвала под ружьё, безвестно потеряли 49?

Сравним, и далеко не будем ходить — в послевоенные годы по данным Никольского райвоенкомата числилось погибших 3 447 погибших на фронтах ВОВ. А из района было мобилизовано 11 066 человек, т. е. 20% населения. Получается, по официальным сталинско-хрущевским подсчетам на фронте погибло 6,2% населения района.
Когда стала создаваться Книга Памяти, военкоматовские по сусекам поскребли, и стало 5 146 погибших на фронтах, то есть около 10%, что примерно соответствует 20 миллионам на уровне Советского Союза.
Но это время — 1990 год — было тем кратким периодом, когда и архивы были наиболее открыты, и были живы братья и сестры, вдовы и даже родители тех, кто ушел на фронт. Списки из будущей Книги Памяти публиковались в районной газете «Авангард». Даже один номер газеты, попавший в деревню, вызывал обсуждение и тщательную ревизию.
— А чего это моего нет?
Или — наоборот. Приходил в сельсовет, в редакцию газеты или в райвоенкомат человек — А чего это вы меня числите в погибших? Вот он я!
Или дети ветерана говорили — Тятя то наш, слава Богу, с войны пришел, и в колхозе сколь годов робил, уж при Брежневе схоронили.
Таких — вернувшихся с войны, но числившихся в погибших, в Никольском районе было только 11, но они были, и наглядно показывают, как велся учет ветеранов.
И после этого, поистине всенародного обсуждения, и появилась цифра 7 175 человек (в начале исследования в райвоенкомате было только 3 447 учетных карточек на погибших) То есть число погибших увеличилось вдвое!
По данным Книги Памяти (Вологда, 1993 год) жителей Никольского района погибло 7 175 человек. (7 169) 13% населения или 65% призванных.
По Кич Городецкому району, повторю — соотношение 68 погибших на 32 вернувшихся.
А здесь, значит, на стендах перед клубом в Еловино — наоборот?
С чего бы это?

Эти стенды — как иллюстрация до сих пор проводимой зачистки истории, обусловленной шизофреническим двоемыслием нашей власти. Наследники коммунистического режима одновременно раздувают значение победы СССР в Великой Отечественной войне, и — занижают потери.
И — пропагандоны власти и провластные популизаторы будут неизбежно занижать потери Красной Армии, потому что реальные цифры выглядят ужасающе — около 27 млн. бойцов и командиров потери РККА и это против около 4 млн потерь Вермахта, включая сюда австрийцев, чехов, поляков, прибалтов, французов и прочих голландцев. К примеру, 45-я пехотная дивизия вермахта, которая штурмовала Брестскую крепость — это 4-я дивизия австрийской армии до Аншлюса 1938 года.

А теперь — официальные цифры, то есть хроника вранья.
6 ноября 1941 г. И. В. Сталин утверждал, что «за 4 месяца войны мы потеряли убитыми 350 тысяч человек и пропавшими без вести 378 тысяч человек, а раненых имеем 1 миллион 20 тысяч человек. За этот же период враг потерял убитыми, ранеными и пленными более 4 с половиной миллионов человек».

На самом деле — к концу 1941 г. фашистские войска захватили в плен 3,8 миллиона наших солдат и офицеров, а практически было разгромлено два состава нашей Действующей армии — свыше 6 миллионов человек.
После войны Сталин назвал общие потери СССР — около 7 миллионов человек. »… безвозвратно потерял в боях с немцами, а так же благодаря немецкой оккупации и угону советских людей на каторгу».
(газ. «Правда», 13 марта 1946 г.

На самом деле — столько за годы войны погибло только коммунистов, то есть членов ВКП (б), что легко проверяется — уж коммунистов то считали тщательно — у каждого был личный номер партийного билета.
«с 1 июля 1941 г. по 1 января 1946 г. принято кандидатами в члены ВКП (б) 5 319 297 человек и в члены ВКП (б) — 3 615 451 человек». Известно также, что всего членов и кандидатов партии на 1 января 1941 г. было 3 872 500 человек, а на 1 января 1946 г. стало 5 511 000 человек, то есть численный состав ВКП (б) увеличился на 1 634 850 человек. Но приняли в партию почти в 5,5 раз больше — 8 934 748 человек, следовательно, потери только коммунистов за годы войны составили 7 296 248 человек.

Хрущев сказал — 20 миллионов человек общих потерь населения.
И Брежнев повторял то же самое — 20 миллионов.
9 мая 1990 г. в газете «Известия» была напечатана статья М. С. Горбачева «Уроки войны и Победы», где сообщалось, что потери СССР в той войне составили 27 млн  человек.

Спустя несколько месяцев, в сентябре 1990 г, в соответствии с программой подготовки и издания книг Памяти, во Всероссийском НИИ документоведения и архивного дела был образован (на средства Советского фонда Мира) компьютерный центр для создания автоматизированного банка данных по безвозвратным потерям Вооруженных сил СССР в годы войны. В этот банк данных к началу 1995 г. было введено около 19 млн. фамилий красноармейцев.
А потом — откат.
Сегодня официальная цифра советских военных потерь — 8 668 400 военнослужащих (в том числе пограничных и внутренних войск)
Публицист Борис Соколов в результате подсчетов назвал цифру в 26,9 млн бойцов и командиров, погибших в той войне.
Приблизительно эта же цифра получилась и у меня, исходя из того, что подробный, до одного человека подсчет не вернувшихся с войны в восточных районах области дает значение в 13% населения от численности в 1941 году.

Потому и скрывается численность населения в СССР перед войной!
Эта цифра заметно меняется!

Во времена Брежнева Зоя Космодемьянская перед смертью говорила:«Нас 200 миллионов. Всех не перевешаете». Именно эту фразу она и могла произнести, так как в августе 1941 года вышла статья Эренбурга под заголовком «Нас — двести миллионов!». Но уже в фильме Озерова «Битва за Москву» Зоя говорит: «Нас 190 миллионов». А в недавнем фильме вообще «Нас 170 миллионов».

Численность пехотного полка
3182 в июне 1941 года
с августа (194-12) 7-23 человека
октябрь 1941 года 2957 человек
с марта (194-23) 1-73 человек.
с декабря 1942 по 44 год 2443 человека
с декабря 1944 состав полка падает до 2398 человек

Условно численность полка можно принять за 2 690 человек.
То есть за войну наши полководцы положили 10 000 полков полного состава!
И скрывали, совершенно официально запрещая писать на обелисках братских могил имена похороненных и даже количество похороненных!
Приказ командира полка, отданный на основе директивных указаний приказа командующего фронтом, распоряжения Начальника тыла Красной Армии и директивного указания:
На могилах, в которых погребено более 8-10 человек надписи делать только на 4-5 человек с добавлением «и другие».
Движение к правде.

Ссылаясь на рассекреченные данные Госплана СССР, авторы доклада подсчитали убыль населения СССР в 1941–1945 гг.
На слушаниях сопредседатель движения «Бессмертный полк России» представил доклад «Документальная основа Народного проекта «Установление судеб пропавших без вести защитников Отечества», в рамках которого были проведены исследования убыли населения СССР в 1941-45 гг.

Согласно рассекреченным данным Госплана СССР, потери Советского Союза во Второй мировой войне составляют 41 миллион 979 тысяч, а не 27 миллионов, как считалось ранее. Это — без малого одна треть современного населения Российской Федерации.

— Общая убыль населения СССР 1941-45 гг. — более 52 миллионов 812 тысяч человек. Из них безвозвратные потери в результате действия факторов войны — более 19 миллионов военнослужащих и около 23 миллионов гражданского населения. Общая естественная смертность военнослужащих и гражданского населения за этот период могла составить более 10 миллионов 833 тысяч человек (в т. ч. 5 миллионов 760 тысяч — умерших детей в возрасте до четырёх лет). Безвозвратные потери населения СССР в результате действия факторов войны составили почти 42 миллиона человек, — говорится в докладе-презентации.

А теперь вернемся на восточную окраину Вологодской области, в село Еловино.

На стенде в списке погибших и пропавших без вести
не хватает, даже по данным опубликованной Книги Памяти:

Казакова Юлия Васильевна, 1921 г. р. Красноармеец, из д. Малое Еловино. В список Еловино не попала потому, что в записи в Книге памяти Малое Еловино почему-то числится за Плосковским сельсоветом.
На карточке учета раненых и больных четко указано — Еловенский сельсовет.

Щепелин Федор Дмитриевич: 1905
Еловинский с/с, д. Рябиха
РВК призыва: __.08.1941 Кичменгско-Городецкий РВК, Вологодская обл., Кичменгско-Городецкий р-н
Дата гибели: 00.12.41

Бубнов Андриан Степанович, 1897 г. р. пропал без вести 18–19 сентября 1942 года в районе Сталинграда.
В графе родственники указана жена, Жаравина М. А., деревня Еловинская.

И это далеко не все…
На самом деле — по данным Книги Памяти, в Еловинском сельсовете погибло 84 человека, пропало без вести — 91 человек, всего — 175 человек.
Продолжение следует. Читайте далее — Пытаемся вернуть имена сгинуших на войне жителей Еловинского сельсовета