«Она писала заявление, но никто не вмешался»: многолетние издевательства мужа над женой закончились

Это был День любви, семьи и верности — 8 июля. Оксана С., 36-летняя жительница посёлка Кумысное (Челябинская область), возвращалась домой с работы. От крошечного поселкового детсада до её ветхой двухэтажки идти меньше сотни метров — маршрут привычный. Оксана вошла в душный тёмный подъезд. Вот сейчас она откроет дверь не первом этаже — и к ней выбежит Аня, самая младшая. Девочке пять лет. А есть ещё восьмилетний Андрей и совсем взрослая дочь — 17-летняя Оля…

Оля родилась без глазных яблок — такая патология. Первый муж, отец девочки, ушёл из семьи через три года. Сначала платил алименты на ребёнка-инвалида, а потом и об этом стал забывать.

Андрей и Аня — дети Тимура. У ребят тоже беда со зрением. Врождённый астигматизм, постоянно в очках. Андрей математику очень любит, олимпиады выигрывает — школьные, районные.

И всё могло бы быть, как у нормальных людей, если бы Тимур не напивался и не колотил. Он очень жестокий, когда выпьет. И ревнивый. Выгнала его, на развод подала. Больше не могла ему верить. Сколько раз, протрезвев, он говорил, что остановится, что ради детей даже закодируется…

Удар в спину. Нож прошёл между рёбер. На пол хлынула кровь — нож задел аорту. Оксана была в сознании, кричала. Из-за двери показались перепуганные дети…

«Не знаю, как ей сказать»

Тимура С. скрутили соседи. Привязали к столбу, чтобы не сбежал, — «иначе пришлось бы ещё по лесам ловить». Самые горячие головы готовы были устроить самосуд: «Не будь это противозаконно, камнями бы прямо там его закидали!»

Мужчину задержали и отправили в СИЗО.

Оксана умерла на месте от потери крови.

«Полиция ехала полтора часа, скорая — час сорок», — мать погибшей Рамзия Г. не понимает, почему так долго. От Кумысного до райцентра, города Троицка, всего 20 км.

Скорую вызвали дети. С оператором разговаривала старшая, Оля.

Мы проходим в квартиру. Оля дремлет на диване в гостиной. Андрей в большом кресле играет в телефон. Аня из-за толстенных стёкол очков похожа на мультяшного персонажа — глаза кажутся огромными. «Хочу стать полицейским, бандитов ловить!» — объявляет девочка и пускается в погоню за первым беглецом, пушистым и полосатым котом Маркизом.

«Я не знаю, как ей сказать», — шепчет нам бабушка Рамзия. Аня ещё не знает, что её мамы больше нет.

Сама 55-летняя Рамзия держится на удивление стойко. Сейчас ей помогают старшая сестра и муж. По имени убийцу дочери Рамзия не называет. Только брезгливое «он», «убийца», «изверг».

«Детям хочу фамилию прежнюю сделать, девичью её. Не хочу, чтобы носили фамилию убийцы. На могилке тоже девичью сделала», — говорит Рамзия.

«Добрый и ведомый человек»

Замуж за Тимура Оксана вышла, когда Оле исполнилось шесть лет. Одной женщине было тяжело — ребёнок-инвалид на руках. Хотя те, кто знал Оксану, говорят, что она всё-таки Тимура любила.

«Добрый и ведомый человек она была, — вспоминает подруга Оксаны. — Он, видимо, нашёл какую-то брешь в её психике и пользовался этим, подчинял её себе».

Около года Оксана, Тимур и дочка Оля прожили в Сатке — родном городе на западе от Челябинска. Оксана работала воспитательницей. Тимур перебивался временными заработками. Выпивать он начал уже тогда, но добрая, терпеливая и любящая Оксана всё прощала.

Сатка на фоне Кумысного выглядит буквально столицей: 40 тысяч жителей, действующие предприятия, новые дома, при этом всё нормально с экологией. Почему же уехали? Из-за Оли. Слепой дочери пора было идти в первый класс. Единственная на всю Челябинскую область коррекционная школа для слепых и слабовидящих детей находится в 255 км от Сатки, практически на границе с Казахстаном. На материнский капитал — как раз родился Андрей — купили квартиру в Кумысном.

«Иногда прямо на улице»

Оксане, у которой был большой опыт работы воспитателем, предложили стать директором местного садика. Тимур же продолжал в основном бездельничать. Местные его невзлюбили. Доходило до драк: Тимур бил женщин, а его поколачивали мужчины.

«Он меня домогался прямо у них дома. А когда отказала — с кулаками накинулся, — вспоминает миниатюрная блондинка Ксения, буфетчица детского сада, где работала погибшая. — Зашла после работы к ним с Оксаной, сели пить чай. Муж отправил её в какой-то момент к машине за сигаретами, а сам в это время стал ко мне приставать — в трусы лезть, сам тоже штаны спустил. Всё это на глазах у младшей дочери».

Когда Ксения начала обо всём этом рассказывать Оксане, Тимур набросился на гостью с кулаками.

«На женщин ему руку поднять вообще проблем не было, только с ними и связывался, от мужиков-то наших не раз уже отхватывал, боялся», — рассказывают односельчане.

Но больше всех доставалось жене Тимура.

«Бывало, приходила на работу после побоев. Брала отгулы, отпрашивалась, чтобы родители не видели её синяков», — вспоминает соседка и коллега покойной по детскому саду Елена Тихонова.

По словам Елены, Оксана старалась не распространяться о том, что творится в её доме. Но односельчане прекрасно всё понимали.

«Мы быстро узнали, конечно, что он и пил, и бил её, и гулял. И что паразитировал на ней, по сути. У самого ни гроша за пазухой, на какую работу ни устроится, через неделю в запой уходит, выгоняли отовсюду», — вспоминают в Кумысном.

Доходило до того, что мужчина заявлялся пьяным на работу к жене, в детский сад.

«Мог прямо при детях на площадке её оскорблять, за шиворот домой тащить», — рассказывает Елена Тихонова.

Об убийце говорят как о человеке очень неуверенном в себе и трусливом. А ещё — очень ревнивом.

«Она в силу своей работы часто в разъездах была. Бывало, задержится в какой-то организации или трубку долго не может взять, а на следующий день приходит с побоями», — вспоминает Тихонова.

При этом поводов для ревности Оксана не давала. Зато сам Тимур изменял.

«Иногда прямо на улице, в парке его с какими-то женщинами видели, причём всегда пьяными», — говорят соседи.

Не хотела признать, что второй брак был неудачным

Детей, по словам знакомых и соседей, Тимур не трогал, изводил только жену. Ей пришлось вынести не только побои. Последней каплей стала попытка убийства и жестокое изнасилование.

В апреле 2019-го, за пару месяцев до трагедии, в семье произошла очередная ссора.

«Пытался задушить её, она мне позвонила и так и сказала: «Не приду сегодня на работу, он душил меня», — вспоминает Елена Тихонова.

В тот вечер Тимур также изнасиловал жену.

«Мы тесно общались, и она мне на следующий день, вся в слезах, рассказала, как он, угрожая убить её и детей, насиловал. Дети за стенкой спали…» — рассказывает подруга.

Оксана не выдержала и наконец-то рассказала обо всём матери.

«Я ей сказала: если не уйдешь от него прямо сейчас, не буду с тобой общаться. Сейчас вот не знаю, правильно ли сделала», — с горечью вспоминает теперь Рамзия. Она уверена, что дочь всё скрывала от неё только по одной причине: не хотела признать, что второй брак был неудачным.

В итоге Оксана заявила на мужа в полицию.

«Да, об изнасиловании заявляла, провели проверку», — подтвердил в разговоре с RT старший следователь в Троицком следственном управлении СК Денис Шевлягин.

Но дело, отмечает он, решили не возбуждать. Тем не менее из результатов проверки были выделены материалы об угрозе убийством, на основании которых возбудили уголовное дело по соответствующей статье. А мужчину отпустили под подписку о невыезде. Дело отправили в Троицкую районную прокуратуру для утверждения обвинительного заключения. Это произошло как раз 8 июля, в день убийства.

Одна из воспитательниц, подчинённых Оксаны, вспоминает, как Тимур незадолго до трагедии, в последний день рождения жены, пытался отговорить её от развода со словами: «Я на пять лет закодировался, всё ради детей брошу». Пришёл к садику с букетом из 101 розы.

Но Оксана ему уже не верила. По словам матери, она «приободрилась и начала спокойно жить». Сделала ремонт, купила новую мебель.

«Даже сама будто расцвела, как его выгнала, — вспоминают коллеги Оксаны. — Обновила гардероб, стрижку — мы всё ей комплименты делали».

За пару дней до убийства Тимура видели в Кумысном. Оксане он писал, что якобы нашёл работу в Челябинске.

«Приехал с какой-то молодой мадам, пили, веселились», — говорят соседи.

Главный страх — что «папа снова придёт»

Тимур С. вину признаёт, но утверждает, что был пьян и ничего не помнит. Так или иначе, но опьянение — отягчающее обстоятельство. По ч. 1 ст. 105 УК РФ («Убийство») ему грозит до 15 лет тюрьмы. Через десять лет, если будет хорошо себя вести, может выйти по УДО.

Если мужчину признают невменяемым, ему грозит принудительное лечение.

Рамзия рассчитывает, что отца-убийцу лишат родительских прав, а детей передадут ей под опеку.

Глава отдела опеки и попечительства Сатки Ольга Санькова подтвердила RT, что готова помочь Рамзие.

«Я всегда довольно осторожно относилась ко всем этим феминистическим темам, домашнему насилию, — призналась в разговоре с RT первый вице-губернатор Челябинской области Ирина Гехт. — Но здесь настолько вопиющий случай, такое равнодушие… Она ведь писала заявление в полицию, жила в социуме, и никто не вмешался! Я теперь считаю: нужен комплексный подход. Нужен тот самый закон по противодействию домашнему насилию».

«Не представляю, что делать, если через десять лет он вернётся сюда», — с ужасом говорит мать погибшей.

Главный страх её маленького внука Андрея — «что папа снова придёт».

Имена несовершеннолетних изменены.