Саркофаг египетского фараона и компьютерные аналоги мумий. Запасники Пушкинского музея изобразительных искусств открыли во Владивостоке. Интервью

Запасники Музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина сегодня открыты для приморцев в стенах Государственного музея-заповедника им. В.К. Арсеньева во Владивостоке. О том, как готовились египтяне к погребальному обряду, и как представляли вечную жизнь расскажет экспозиция «Древний Египет. Искусство бессмертия» в четырех залах главного музея во Владивостоке. Об этом в интервью в медиастудии ГТРК "Владивосток" рассказала заведующая отделом Древнего Востока Пушкинского музея Ольга Васильева. Древний Египет во Владивостоке Татьяна Гладун: - Здравствуйте. В студии ГТРК «Владивосток» ведущая Татьяна Гладун. Сегодня у нас в гостях заведующая отделом Древнего Востока Пушкинского музея, куратор открывшейся выставки «Древний Египет. Искусство бессмертия» в музее им Арсеньева Ольга Васильева. Ольга Александровна, здравствуйте! Ольга Васильева: - Добрый день! Во Владивостоке открылась нашумевшая экспозиция, я бы ее так назвала. Расскажите, пожалуйста, сколько всего прибыло экспонатов, что они собой представляют, и какие знания она преподнесет приморцам? Татьяна Гладун: - Ну, вы знаете, у нас всего насчитывается 86 экспонатов. Не знаю, как это оценить, много или мало?! Я думаю, что это достаточно для первого знакомства с египетской коллекцией, хотя у нас в Пушкинском музее собрано в 8 тысяч экспонатов. И мы привезли вещи в основном из запасников, из хранилища музея. Это большое событие, потому что даже в Москве большинство этих вещей зрители не видят. Только один экспонат, это саркофаг, он стоит у нас в зале музея. Остальные вещи мы показываем впервые. И все эти предметы, конечно, связаны с погребальным культом египтян. То есть, то, что было найдено в гробницах. Возможно, некоторые и в храмах находились предметы. То, что окружало людей после смерти, так сказать. То есть все, что связано с представлениями египтян об ином мире, о переходе в другую жизнь и так далее, и так далее. Татьяна Гладун: - Они его очень материально представляли, да? Ольга Васильева: - Да, но эти все предметы, понимаете, они могли теоретически использоваться и в быту, да, и при жизни. Ну, например, кувшины керамические, сосуды. Какие-то мисочки, сделанные потрясающе с большим мастерством, художественно. И какие-то косметические принадлежности, возможно, использовались. Мы не знаем, потому что основной контекст, конечно, погребальный. Но эти предметы, они так расставлены в витринах, что их приятно рассматривать. Каждую вещь можно рассмотреть. Это тоже необычно, потому что иногда бывает так, что слишком много памятников, и они перегружают витрины. Издесь зрители могут посмотреть почти со всех сторон каждую вещь, полюбоваться ей. Хотя всего по номерам, 87 экспонатов, на один из экспонатов имеет два номера. Но я думаю, что это достаточно много. Для них предоставлено четыре зала, предметы группируются по разделам. Посмотреть на бессмертие Татьяна Гладун: - Самый интересный, на ваш взгляд, какой экспонат? Ольга Васильева: - Да все интересные. Татьяна Гладун: - А важный? Ольга Васильева: - И все важные. Все они раскрывают тему бессмертия, как представляли это древние египтяне. Не бессмертие, продолжение жизни, скорее, потому что этот термин все-таки современный, скажем так. У египтян точного не было для этого слова аналога. Это, скорее, продолжение существования, некая бесконечность существования. Татьяна Гладун: - А с чего вы советуете начать осмотр? Ольга Васильева: - Вы знаете, дизайнер так организовал это пространство, что мы как бы подталкиваем зрителя уже к началу осмотра. Когда входишь на выставку, видишь такой пилон, то есть элемент, похожий на египетскую архитектуру, ворота такие. И там надпись, которую можно отождествить с материальностью бессмертия. Так и хочется направо сразу пойти. Мы специально так сделали. И это есть первый раздел выставки и, собственно, начало осмотра. Там предметы связаны с мумификацией. Самой сутью вообще нашей выставки является исследование мумий, его вообще-то мы предполагали показать (не сами мумии, сами мумии мы вывести не можем, но их цифровые аналоги, так сказать. То есть, эти 10 мумий у нас размещены на компьютерных панелях. Можно кликнуть на каждую из них, посмотреть, что внутри находится, что такое мумия. И мы привезли еще две цифровые реконструкции на 3D модели, которые воспроизводит облик египтян. Эти две мумии, так сказать, они были реконструированы. Реконструирован их облик. Это впервые было сделано вообще в России. Понимаете, если мумию, скажем так, мы можем посмотреть на собраниях музейных, прежде всего в Москве и Петербурга, то вот такие реконструкции, сделанные антропологом, его зовут Равиль Галеев, по методу Герасимова, уникальны, они сделаны впервые, их можно посмотреть на подобных выставках, как та, что демонстрируется во Владивостоке (прим.ред.). Поэтому, я думаю, даже один этот анонс, он привлечет внимание. Можно начать с этого зала, с темного такого, потому что, в принципе, это концептуальный центр экспозиции. Муми - тело, - одна из главных загадок Египта. И то, с чем ассоциируется во многом Древний Египет, хотя мумии были и в других культурах были вообще-то. Но мумия, это, прежде всего, что-то египетское в нашем представлении. Ну и оттуда можно, конечно, и в другие залы перемещаться, но я бы советовала все-таки начать так, как вы входите, и сразу же вам хочется направо и посмотреть, и почитать тексты, о том, как происходил сам процесс бальзамирования. Текстов на выставке много, я думаю, что зрителям будет понятно более-менее то, что мы хотели сказать. И, конечно, они могут посмотреть подлинные вещи, например, бинты мумий, причем с редкими изображениями. Декор мумии, фрагменты оформления, например, картонаж тоже с росписями, то есть это такие проклеенные кусочки ткани, маски, саркгофаг, ну и, конечно, сам гроб египетский, который имеет форму спеленованного тела. Татьяна Гладун: - Я читала, что он деревянный, и, несмотря на такое количество лет, тысячелетия, все это сохранилось. Ольга Васильева: - Ну, вы знаете, там климат-то сухой, но в тропической Африке подобное не сохраняется. У них дерево действительно гниет быстро. В Египте климат сухой, там все в песке. Там сохраняется прекрасно очень многое. Многие вещи дошли от нас именно из Египта, скажем, античная живопись даже, фаюмские портреты (Погребальные портреты, созданные в технике энкаустики в Римском Египте I–III веков). Они сохранились в сухом египетском песке. Поэтому саркофаг сохранился, но, разумеется, его реставрировали. То есть была проведена еще такая работа наших реставраторов. И памятники, которые мы видим, там есть и дерево, есть и деревянные сосуды тоже. КТ для мумий Татьяна Гладун: - Вы сейчас рассказывали о большой работе, которая предшествовала выставке. Это в том числе рентгенологические исследования, КТ. Кстати, КТ деалают и мумиям. Это не разрушает экспонаты? Ольга Васильева: - Нет, наоборот. Вы знаете, интерес к мумиям в XIX веке возникает. Ну, такой именно научный, скажем так, или псевдонаучный. То есть мумии начинают исследовать, их разворачивают, прежде всего. Многие, я думаю, видели фильмы, в которых был такой сюжет с публичным распеленанием, но там оказывается не мумия. И обычно это все сопровождается историями о том, что потом что-то происходит. Ну да, там оказывается не мумия, а какой-нибудь убитый человек или еще что-нибудь. Или там оживает вдруг что-то. Это все, естественно, сказки. Единственное, чем это кончалось, это просто гибелью самой мумии, фактически. То есть мы теряем этот объект. Ее обратно запеленать уже невозможно, и пользы для науки никакой нет пользы, собственно говоря. Но когда изобрели рентген, стали просвечивать мумии. Даже есть сведения о том, что в Музее института классического Востока, в Москве такой был в 1923 году, подобные исследования проходили (прим.ред.). И, кстати, мумии из этого музея потом поступили к нам, у Музей изобразительных искусств им. А.С. Пушкина. Итак, там было проведено первое рентгенографическое исследование. Одна из мумий поехала в больницу, так сказать. И да, ей сделали рентген, но каких-то отчетах не сохранилось. Мы только знаем, что было проведено это исследование. И в России впервые, мы в 2017 году и в 2020 проводили комплексное исследование совместно с Курчатовским институтом. То есть был рентген, собственно, рентген, он все равно и с КТ связан. КТ дает послойное изображение. То есть мы видим, в общем-то, все тело, и мы можем заглянуть внутрь мумии, не разворачивая ее. Вот в чем смысл всего этого. И такие исследования проводятся по всему миру. Первые в мире были сделаны в Манчестерском музее и довольно давно, десятилетия назад. А у нас вот только сейчас. И когда мы получили эти изображения КТ, прежде чем интерпретировать, надо было обработать. Вот это тоже сделал Равиль Галеев, антрополог. И то, что зрители видят на выставке, это уже результат обработки на экранах. Об этом и многом другом в интервью в медиастудии ГТРК «Владивосток».