"Огонь страданий, лёд забвенья": выставка работ самобытного советского и армянского художника Арменака Анопьяна в Евпатории
В Евпаторийском краеведческом музее открыта выставка работ самобытного советского и армянского художника Арменака Анопьяна (1908–1976). Экспозицию под названием «Арменак Анопьян. Несостоявшаяся выставка июня 1941 года» составили почти четыре десятка графических и живописных работ мастера. Выставка продлится до 4 ноября.
Победивший ад
Выставочные площади музея позволили вместить около сорока из ста работ, включённых в экспозицию, которые ранее на полуострове представили в Крымской республиканской универсальной научной библиотеке имени И. Я. Франко и Доме-музее Ильи Сельвинского в Симферополе. Предполагается, что после Евпатории выставку покажут в Феодосии.
Выставочный проект – инициатива внучки художника, филолога и педагога Анны Сухаревой-Анопьян. Как популяризатор художественного творчества деда она достойно продолжает его же традиции: последние два десятилетия жизни Арменак Оноприосович посвятил сохранению творческого наследия своего отца, выдающегося армянского
поэта Оноприоса Анопьяна (1873–1934).
В 1935 году газета «Красный Крым» писала о 27-летнем Арменаке Анопьяне как об «одном из самых многообещающих молодых художников Крыма». В том же году его картину «Застигнутые в подполье» представили на выставке в Государственном музее восточных культур в Москве. Ранее работу, удостоенную второй премии (первую не присудили никому) на Всекрымском изосоревновании, приобрела Севастопольская картинная галерея.
Впрочем, удивляться не приходится: к тому времени любимый ученик самого Николая Самокиша успел попытаться поступить во ВХУТЕМАС, поработать в реставрационных мастерских Игоря Грабаря в Москве и вынужденно вернуться в Симферополь, чтобы поддержать семью (отец художника заболел туберкулёзом).
Спустя несколько лет эта же болезнь настигнет и самого Арменака Анопьяна после двух лет пребывания в застенках НКВД. В 1937 году он и группа крымских художников были арестованы по печально известной 58-й статье. На тот момент ему было 29 лет. Арменак Анопьян никого не очернил и не предал. Позже его невиновность подтвердит суд.
Волошин и стихи
Увы, итог ареста – не только двухлетнее содержание под стражей, но и сожжение во дворе Симферополя после обыска более ста художественных работ Анопьяна. «Вместе с уникальной дедушкиной библиотекой ушли в небытие и папины работы (картины, этюды, эскизы), документы, письма Максима Горького и переписка с Максимилианом Волошиным», – с горечью рассказывает Татьяна Арменаковна.
Кстати, Волошин, в легендарном доме которого по просьбе своего отца гостил на летних каникулах юный Арменак, стал героем одной из первых работ будущего мастера. Как рассказывает внучка художника, из Коктебеля тот писал другу, что никак не мог «поймать» лицо Волошина, когда пытался создать его графический портрет, поскольку тот постоянно находился в движении. Не чуждый с юных лет стихосложению, как и его прославленный отец, Арменак стал победителем нескольких литературных конкурсов, после чего его приняли в Союз писателей Крыма. Надо сказать, что стихи художника, публиковавшиеся в 20–30-х годах, в частности, в газете «Красный Крым», отмечал сам Волошин. В тех же газетах в
1930-х годах стали появляться статьи, посвящённые ему как живописцу.
Депортация и память
В июне 1941 года художник должен был представить в Симферополе персональную выставку. Но открытию экспозиции помешала начавшая Великая Отечественная война. Самого Арменака на фронт не взяли из-за туберкулёза. С началом боевых действий он в составе Симферопольской творческой агитбригады участвует в изготовлении и выпуске художественных плакатов, панно и «Окон ТАСС», работает над эскизами к картинам «Матросы» и «Пулемётчики». А с началом оккупации полуострова под руководством бессменного учителя Николая Самокиша рисует пейзажи и жанровые картины на бытовые темы.
После освобождения Крыма участвует в первой послевоенной выставке, посвящённой бойцам и офицерам Советской армии, с картиной «Атака партизан», заканчивает картину «Пулемётчики». Однако в начале июня 1944 года выходит постановление Иосифа Сталина о дополнительном выселении с территории Крымской АССР «37 тысяч человек немецких пособников из числа болгар, греков, армян и итальянцев». И представителей этих народов вслед за крымскими татарами с полу-острова депортируют в июне 1944-го.
Вместе с матерью и тётей Анопьяна высылают в Сибирь. Новым местом их проживания (а для матери и тёти художника и вовсе последним приютом) становится город Прокопьевск в Кемеровской области. Позже туда самостоятельно с дочерью Татьяной перебирается жена художника, педагог Вера Беспалова. Будучи русской по происхождению, она депортации не подлежала.
В 1945 году Арменак поступил на работу в Прокопьевский областной театр музыкальной комедии в качестве художника-оформителя. С 1946-го работал в художественных мастерских, писал портреты и копии с картин. В 1956 году после XX съезда партии ссылку депортированным в Сибирь армянам отменили, однако без права возвращения в Крым. В ноябре этого года Анопьяна в Ростове-на-Дону прописала у себя сестра его отца Розалия Козодова. После пережитых потрясений в 1958 году художник, с лихвой ощущавший то, что он в одном из своих стихотворений назвал «огонь страданий, лёд забвенья», прекращает творческую деятельность. Оставшийся отрезок жизни мастер посвящает увековечению памяти отца и работе над его архивом. Впоследствии тот был передан на хранение в Ереванский музей литературы и искусства имени Егише Чаренца.
Алексей ВАКУЛЕНКО.