Портовую дорогу начали называть улицей 72 года назад

25 июня 1948 года в адресных ссылках по Магадану взамен прежней «Портовой дороги» появляются «Портовая улица» и «Портовое шоссе». Возникновение Портовой дороги относится к лету 1932 г. Ее тогда начали строить в виде продолжения Колымского шоссе, ведущего в сторону бухты Нагаева. Там вскоре стали сооружать первый причал морского порта. Он-то и дал название новой улице. А я живу на улице Портовой! Автор: Николай Добротворский Согласятся многие магаданцы: одна из самых красивых улиц в Магадане - Портовая. Венчающая ее башенка уже стала символом нашего города. Облик четырех домов этой улицы впечатляет ценителей архитектуры. Выступающая декоративная лепнина на зданиях даже не оставляет пустого места. Арочные карнизы, заборчик на парапете и колонны, "зависающие" над тротуаром, - настоящее произведение искусства! Попробуем найти автора этого архитектурного полотна. 28 тысяч томов "чертили" почти 70 лет "Первых архитекторов и инженеров практически никто уже не вспомнит! И из них вряд ли кто-то живет на Колыме, - сказал главный архитектор Магадана с 1979-го по 1999-й год Борис Шабуров. И пояснил: "На такую работу в 1930-1940 годы брали как минимум 30-летних. А теперь посчитайте - сейчас их возраст приближается к ста годам. Узнать их фамилии сегодня поможет только архив". После расспросов строителей стало известно: в Магадане существовали целые институты, которые на Колыме проектировали жилые дома, заводы и фабрики: Дальстройпроект, Магадангражданпроект, Агропромпроект и другие. После распада СССР почти все они были ликвидированы. А их проекты (с фамилиями авторов), чертежи и сметы - взяло на хранение Управление архитектуры и градостроительства Магаданской области. В это последнее пристанище уже исторических документов и начались поиски первостроителей Портовой. "Наш архив в прошлом году отметил свое 10-летие. Всего у нас на хранении 28 тысяч 159 томов строительной и проектно-сметной документации. Самые старые чертежи датированы концом 1930-х годов", - рассказала ведущий специалист областного Управления архитектуры и градостроительства Раиса Юханова. "А можете показать чертежи первых многоэтажек Портовой?" На этот вопрос хранительница архива интригующе ответила: "Могу, если мы их не отправили на материк". Правила общения с архивом строителей Магадана почти такие же, как в библиотеке. Сначала нужно записать шифр необходимого дома, а потом уже искать на него том с документами. На столе у Раисы Ивановны лежит карта нашего города, где на каждом квадрате здания, помимо его адресных цифр, приписан рукой персональный архивный номер. Выписывая шифры четырех зданий - ансамбля группы домов левой части Портовой (те, которые венчает башенка), Раиса Юханова объяснила: "Всех чертежей у нас может не быть. Дело в том, что в советские годы документы по индивидуальным проектам отсылали на государственное хранение в г. Самару. Там, в научно-техническом центре хранится в чертежах вся архитектура СССР. Построить дом, а его документы отправить в центр - было правилом для советских строителей. Отменили его позже, когда вся страна перешла на типовую застройку - так называемые хрущевки, брежневки…". Р. Юханова сравнила выписанные шифры по специальному журналу и обрадовала: "Чертежи дома №1 (с башенкой) и рядом стоящего - хранятся в Самаре, а вот следующие два здания - у нас. Все четыре дома очень похожи между собой, поэтому, наверное, чтобы не перегружать самарский архив, часть документации оставили в Магадане". Показывает и рассказывает - архив Мы вошли в святая святых местного градостроительства - архив. Стеллажи высотою в три метра еле вмещают на своих полках сотни толстых томов. Через минуту Раиса Ивановна находит необходимые запыленные, замшевые папки. Мы буквально сдули пыль с Дальстроя. Внутри папок обнаружили десятки чертежей, проектные задания и самое интересное - чертеж фасадов всех четырех сталинок! На тонкой кальке, чернилами от руки изображена настоящая картина. И тут же бросается в глаза то, чего нет на сегодняшней улице Портовой. Оказывается, автор проекта хотел видеть свои дома, соединенные арками, предваряющими въезд в квартал. Сегодня существует только одна арка (между первыми домами Портовой), но по красоте своей она далека от своих "сестренок", которым почему-то не суждено было появиться на свет. Проектные задания превращены твердым переплетом в полноценные книги. На обложке стоит дата - 1954 г. Сейчас эти полувековые книги рассказывают о полном цикле строительства - от фундамента до сметы расходов. Но в них нет ни одного печатного слова о непосредственных строителях - заключенных ГУЛАГа. Тем не менее, информация на пожелтевших страницах только прибавляет гордости за строителей Магадана. Жилые дома построены по заказу обкома и облисполкома. Ведь только что (в декабре 1953 г.) образована Магаданская область. То есть строили их специально для семей партийных руководителей. Правда с современными чиновниками их сравнить сложно - структура ликвидировавшегося тогда Дальстроя была военной, все его работники носили погоны. И поэтому не удивляет должность человека, который ставил подпись согласования (в письме "Задания на проектирование") - инженер-полковник. Еще до того, как мы стали подробно изучать "Проектное задание", предположили, что работники бывшего Дальстроя и руководящие партийцы, заказывая строительство собственного жилья, хотели иметь квартиры, ничем ни уступающие московским. Так и вышло, вернее, было спроектировано и построено. Удобства по-столичному Самый большой дом на Портовой проектировали сразу на 40 квартир. Из них на втором этаже расположили 10 трехкомнатных, а на третьем и четвертом этажах - 30 двухкомнатных квартир. Понятно, что в многокомнатных планировали поселить только семейных руководителей. А для полного удобства им предусмотрели на первом этаже детский сад и ясли - на 50 и 88 детей. Ну а чтобы молодые мамы не чувствовали себя "ущербными" женщинами на Колыме, не отставали от столичных модниц - в соседнем, 24-квартирном доме архитектор спроектировал помещение под пошивочное ателье. Сейчас это ателье - "Северянка", продолжает обслуживать магаданцев, а вот детский сад просуществовал недолго. В строительстве всех четырех зданий использовали красный кирпич. Причем глину для него добывали в окрестностях Магадана. Для первых жильцов Портовой новые квартиры были настоящим раем: пол застелен паркетом, имелись ванная комната, центральное отопление и горячая вода из крана. При этом во всех домах по индивидуальным заявкам квартирантов сразу же устанавливали телефон, а за отдельную плату - радиотрансляционную точку. Не забыли проектировщики и о безопасности. Дома были сооружены с учетом правил антисейсмического строительства (с дополнительными антисейсмическими швами). Годы были послевоенные, поэтому в подвальных помещениях сделали бомбоубежища с монолитными железобетонными перекрытиями. Проектировка, строительство и сдача убежищ на улице Портовой относились к спецмероприятиям. Контролировало их целое Управление службы местной противовоздушной охраны г. Магадана. Судьба архитектора На чертежах и проектных заданиях стоят только личные подписи строителей с расшифровкой фамилии в скобках. Это: главный инженер проекта Юргенсон, начальник строительного отдела Колесниченко, автор проекта Лепковский и др. Масштабы их вклада в строительство Магадана раскрывает в своей книге "Первостроители" Иван Лукин (но указывает только инициалы). Н. Н Юргенсон является автором проекта здания Главного управления Дальстроя (ныне - Северовостокзолото), комплекса больничного городка. М. М Колесниченко конструировал здание обкома КПСС, принимал участие в разработке проекта магаданской телевизионной мачты. Подпись, как автор проекта жилых домов на Портовой, поставил А. А. Лепковский, а это значит, что именно этому архитектору улица обязана своим неповторимым обликом. К слову, подпись архитектора встречается на десятках архивных чертежей. Она закрепляет авторство всего одного человека на целый комплекс зданий в Магадане. Но в городе, который подарил России уже несколько поколений магаданцев, никто не знал судьбы архитектора. От краеведов удалось узнать только одно - Лепковский был репрессированным. Возникло сразу предположение, что в архивах УВД может храниться его личное дело. Так оно и оказалось. Личное дело на спецпоселенца Александра Лепковского было открыто управлением МГБ СССР в Магадане в 1952 году. Сейчас, спустя полвека, оно раскрывает еще одну тайну Магадана: как человека приговорили к расстрелу лишь за национальность, как его желание увидеть родную мать заставляло днем и ночью "рисовать" город, и почему этот город стер его заслуги из своей памяти. Родился Александр Александрович Лепковский в 1914 году. Детство провел в Саратове вместе с родителями. Окончил Ленинградский строительный институт, по специальности архитектор. Поработав в городе на Неве в управлении Ленсовета, Александр возвращается в Саратов, где живет вместе с матерью и женой. Началась война. Она сделала крутой поворот в судьбе архитектора из-за того, что он по национальности был немец. Уже в сентябре 1941 года всех советских немцев (в соответствии с Указом Верховного Совета СССР) собирали по европейской части страны и выселяли в Сибирь и Казахстан. Такая же участь постигла и Лепковского, которого вместе с женой и 50-летней матерью Марией Шинейх выселили в Красноярский край. Вместо чертежной доски архитектору дали в руки отбойный молоток. Немецкий стройотряд Лепковского работал в шахте им. Сталина в городе Прокопьевске. 19 июня 1944 года Военный трибунал войск НКВД Кемеровской области по ст. 58 УК РСФСР приговорил архитектора к высшей мере наказания - расстрелу. Его обвинили в организации контрреволюционной деятельности и злоупотреблении властью. Спустя месяц коллегия заменила расстрел 10 годами лишения свободы. Лепковского отправили этапом на Колыму. 2 декабря 1944 года Александр прибыл в Магадан. И уже с 1945 года он начинает проектировать для города здания. Он знал, что за хорошую работу заключенные могут получить так называемые "вычеты" - сокращение срока осуждения. Можно смело предположить, что Лепковский работал днем и ночью: по проектным чертежам видно, что в некоторые годы он выдавал Магадану десятки зданий! За такой усердный труд архитектору уменьшили срок заключения на 3 года - случай для тех времен невиданный (учитывая обвинительную 58-ю статью). В сентябре 1951 года Лепковского освободили, но на "материк" не отпустили. Новый приговор для него был не менее трагичным: вечное поселение в Магадане, с обязанностью 3-го числа каждого месяца приходить отмечаться в правоохранительные органы. "Разве я виноват, что я - немец?" Можно только предполагать, как зодчему хотелось вырваться из собственноручно нарисованного им города. В 1955 году, будучи спецпоселенцем, он пишет прошение, ходатайство председателю Верховного Совета К. Ворошилову. Вот выдержки из этого длинного письма: "21 сентября 1951 года меня освободили за хорошую работу. И установили ссылку навечно, как немцу. По специальности я архитектор, сейчас работаю в должности старшего архитектора. В структуре Дальстроя проработал 11 лет. Построил большинство новых зданий в Магадане и продолжаю с большим интересом проектировать жилые дома и промышленные объекты. Когда я был осужден, мне было 30 лет. Сейчас мне - 41. Но должна же быть справедливость! Я прошу вас, товарищ Ворошилов, поручить Верховному суду пересмотреть мое незаконное обвинение. …В шахте, где я работал, по неизвестной мне причине, настойчиво и без всякого на то основания следственные органы создавали дела, главным образом, на людей немецкой национальности. В трудной военной обстановке зверства гитлеровцев давали безусловное право решительно пресекать какие-либо попытки подорвать мощь Советского государства. Но никому не дано право огульно, без всякого обвинения заключать в тюрьму гражданина только за то, что он является немцем. В конце концов, разве я виноват, что я - немец? В конце концов, я этого не трушусь, так как вижу, что значительное и подавляющее число немцев честно и отверженно создают новое собственное государство, учась у своего великого Советского Союза. Прошу вас также рассмотреть вопрос пребывания в ссылке моей матери Марии Карловны Шинейх, приговоренной в городе Искитим. Матери 69 лет. Пора ей спокойно жить на своей родине в Саратове. Я надеюсь, что нормализация отношений с ГДР и ФРГ повлияет как на ваше положительное решение, так и на решение Верховного суда РСФСР. Александр Лепковский. 29 сентября 1955 года". Положительного ответа от Ворошилова Лепковский не получил. Спустя год он женился, а еще через год у него родилась дочь. В начале 1960 годов семья архитектора выехала, предположительно в Украину. Где сейчас живут родные этого человека - неизвестно. В 2000-е годы, благодаря помощи Управлений ФСБ по Магаданской и Кемеровской области Магадан узнал - в 1992 году военная прокуратура РФ реабилитировала Александра Лепковского. Иван Лукин, строивший Магадан с 1933 года, писал в своей книге: "Магадан по своей архитектуре конкурирует со многими городами". С ним можно согласиться и добавить: если и может столица Колымы соперничать с архитектурным обликом других городов, то только своими первыми кирпичными домами. Часть из них сейчас стоит на улице Портовой. А полвека назад они впервые "родились" на чистом листе от руки заключенного архитектора.