Стена.
- Что-то не нравится мне эта стенка, – задумчиво произнесла она, глядя на стену, отделяющую зал от кухни. Зная прочти маниакальную страсть супруги к перестановке мебели и перепланировке квартиры, я не удивился, но немного прифигел.
- А какого лешего мы ее тут полгода назад возводили? – задал я логичный вопрос, памятуя о том, что когда мы въехали в эту квартиру, стены там не было. А появилась она по лично разработанному супругой проекту.
Получив тефлоновой утварью по голове за провокационные вопросы и пояснения, что на том момент стена была просто необходима, я приступил к осмыслению ситуации.
Предварительный обзвон ломальщиков стен довел жабу до истерики, и я решил попробовать своими силами.
Взял отпуск на две недели. Спер у тестя кувалду. Размер кувалды навевал мысли о нездоровой гигантомании сделавшего эту кувалду. Вынес мебель.
К операции решил приступить утром. Всю ночь ворочался, просыпаясь от кошмарных снов, вскрикивал во сне и чуть не прозевал момент, когда надо было идти в туалет.
Утро.
Взяв маленький молоточек, я стукнул по стене в том месте, где она частично была сделана из гипсокартона.
- Бууммм! - сказал гипсокартон, но не поддался. Взяв кувалду и хрюкнув от натуги, я засадил с размаху ею по стене.
- Хрум! – сказала стена, и кувалда, увлекаемая силой инерции, устремилась в образовавшуюся дыру.
Писец, мелькнуло в сознании, там же холодильник! А поскольку холодильник в нашей семье является всеобщим домашним любимцем, то покалечить его означало бы подписать себе смертный приговор. Летящая в его сторону кувалда грозилась не просто покалечить, а вообще убить. Все эти мысли за наносекунду пронеслись по извилинам, и руки еще крепче сжали ручку кувалды. Будто в замедленной съемке я видел, как в дыре скрылась треть кувалды. Потом еще треть. Но все закончилось хорошо. Поскольку дырка была размером с кувалду, которая в нее почти улетела, то я, летевший вслед за кувалдой, но так и не выпустивший ручку этого гигантского молотка, с громким чмяком врезался в стену и остановил полет инструмента. Холодильник был спасен, но мне пришлось в корне пересматривать концепцию завала стены.
Зайдя со стороны кухни, я в качестве пробного удара вломил кувалдой по стене там, где она была сложена, как надо. И еле успел увернуться от куска штукатурки, со свистом пролетевшей мимо головы. Подняв его, я, незнакомый с технологией строительства, с уважением рассматривал кусок сантиметров пять толщиной. Из-под обвалившейся штукатурки виднелись кирпичи.
Ну вот, технология валки стены постепенно приобретала конкретные очертания. Сначала штукатурку собью, а потом уж и по кирпичикам разнесу стену, решил наивный юноша и с энтузиазмом принялся за работу.
Вскоре штукатурка на высоте метра от пола была отбита. Принеся стремянку и с натугой затащив на нее кувалду, я сел перекурить. Кухня представляла жалкое зрелище. Весь пол был усыпан штукатуркой, в воздухе клубилась пыль, а наверху стремянки с видом офигительно умной совы сидел белый-пыльный человек в строительных очках и задумчиво оглядывал поле брани. В этот момент ко мне впервые закралась предательская мыслишка – а не лучше ли было это дело доверить профессионалам?
Докурив, я встал в полный рост. Стремянка заскрипела и закачалась. Взяв в руки кувалду, я отметил некоторое неудобство пользования ею на высоте. А именно: при пробном взмахе, даже не стукая по стене, меня развернуло вместе со стремянкой вокруг оси, и кувалда направилась привычным маршрутом к холодильнику. Но мне было не до нее. В этот момент стремянка контактировала с полом всего в двух точках, и меня как-то больше заботила возможность разбить хлебало о плитку. Но ничё, кувалда не долетела, я устоял. Мне бы остановиться! Ведь уже достаточно было намеков судьбы. Но я был слеп, самоуверен и, как потом оказалось, еще и везуч.
Повторив все сначала до пункта «забрался наверх и взял кувалду», я осторожно помахал ей. Потом так же осторожно рубанул слева направо. Стремянка скрипела, но стояла. Я махнул посильнее. Не упал. То есть при известной долей ловкости и везения можно было поработать на высоте с чудо-инструментом. Наверно, я со стороны, весь пыльный, в очках и совершающий непонятные движения молотом, напоминал какого-нибудь маньячного трижды мутанта черепашку-ниньзя на тренировке.
Кое-как уловив баланс между взмахом и качанием стремянки, я со всей дури долбанул в стену.
Сосед наверху свалился с кровати и накрылся телевизором.
Стайка гастрабайтеров дриснула из подъезда в разные стороны.
Пыль от штукатурки белым облаком накрыла Москву.
Но мне было не до этого. В этот момент бросив нафиг инструменты, я всем телом пытался удержать пласт штукатурки, который отошел по всей стене и теперь угрожал мне и стремянке. Ндааа, пласт два метра на три и пять сантиметров шириной мало не весил. Ситуация усугублялась неустойчивостью стремянки. В общем композиция я-стремянка-пласт штукатурки были крайне неустойчивы. Но стояли. При моем малейшем движении пласт отходил от стены еще больше, и холодный пот ручьями стекал куда-то вниз. Тихонько попискивая, я изо всех сил пытался приладить пласт на место. Идиот.
Через пять минут я понял, что вечно так стоять не смогу. Хотелось курить, писать и плакать.
А етить его налево, с обреченностью приговоренного подумал я. И собравшись с духом красивым (Кабаева, естественно, плачет), прыжком покинул стремянку.
Время остановилось. Я летел вглубь кухни. Пласт медленно отходил от стены. Стремянка сжималась от страха.
Такого грохота дом не слышал, даже когда строился. Во всем подъезде звенели стекла, плакали дети и взрослые, в голос выли собаки и даже хомячки.
Когда пыль рассеялась я оглядел Хиросиму и, препарировав жабу, позвонил профессионалам.