Валерий Григорьев: 52 дня в зоне чудовищной радиации

Родом Валерий - из Ставропольского края. Как и тысячи сверстников, после школы по направлению военкомата выучился на водителя категорий "В" и "С". Крутил баранку армейского автомобиля во время службы на территории Германии, а возвратившись домой, устроился на легковой автомобиль - возить председателя исполкома района. Примечательно, что Ставропольским краем в тот момент руководил будущий первый и единственный президент Советского Союза Михаил Горбачев. Валерию приходилось его видеть, когда возил своего "шефа" на краевые совещания в обком КПСС. Тогда он и подумать не мог, что его должность окажется востребованной в Чернобыле.

А пока парень стремился к профессиональному росту. Перебравшись в Нальчик, где жили родственники, окончил курсы водителей автобусов, получил категорию "Д" и начал работать на пассажирском транспорте. Еще через несколько лет судьба занесла водителя автобуса в Сочи. В те времена приморский город считался главной всесоюзной здравницей. Во время купального сезона (с марта по октябрь) здесь катастрофически не хватало водителей пассажирского транспорта. Их направляли в служебные командировки со всей страны, включая Средний Урал. Так Валерий познакомился и тесно сошелся с коллегами из Асбеста. По их приглашению осенью 1979 года приехал работать в наш город.

Устроился в комбинат "Ураласбест" на легковой транспорт, но затем перешел в бывший АПОГАТ на мощный БелАЗ - перевозить в карьере горную массу. Здесь и коснулась его Чернобыльская трагедия: через четыре месяца после взрыва на ЧАЭС вторично призванный на службу в армию Валерий Григорьев не на словах, а на деле узнал, что такое ядерная катастрофа.

Сначала его отправили в учебный армейский пункт в Чебаркуле Челябинской области, где пришлось пройти ускоренный курс подготовки дозиметристов. А 6 сентября Валерий прибыл под Киев - в район ЧАЭС. Его зачислили водителем-дозиметристом в Среднеазиатский полк химической защиты. Предоставили армейскую БРДМ - бронированную разведывательную дозорную машину. Она могла спасти от пулевых выстрелов, но не от радиации. Единственной защитой от потока радиоактивного излучения и часто летевшей густой пыли, щедро насыщенной радиацией, оставалась возможность задраить люки. Но в этом случае в жаркие сентябрьские дни приходилось задыхаться от духоты в кабине автомобиля.

Валерий и старший дозиметрист редко бывали на электростанции. Их задача - измерять радиационный фон в близлежащих обезлюдевших населенных пунктах. Долгое время нашему земляку было не по себе при виде домов, в которых не было ни души. Разве что в отдельных дворах встречались изможденные, чудом уцелевшие домашние животные и птица, которых он выпускал на волю.

В тот момент власти еще не потеряли надежду вернуть населенные пункты к обычной жизни. Поэтому призванные на ликвидацию аварии солдаты почти ежедневно обмывали здания детских садов и местных школ. Но все тщетно - уровень радиации, как убедились дозиметристы, не снижался даже под воздействием воды. К концу сентября, вспоминает Валерий Петрович, от идеи мыть школы и детские сады отказались.

Примерно через месяц нахождения в чрезвычайной обстановке Валерия Григорьева пригласили к майору особой части. "Особист" полупредложил-полуприказал стать его водителем. Оказалось, он навел справки и выяснил, что Григорьеву пришлось возить должностных лиц, начиная с председателя райисполкома.

Теперь характер его службы изменился. В полк они порой не возвращались по нескольку дней. Чаще всего майор бывал с проверками в воинских частях, на местах проведения работ. Особую роль в его деятельности занимала борьба с мародерами, которые совершали набеги на Припять. В результате зараженные радиацией, но ценные с бытовой точки зрения вещи могли расползаться по всему СССР, заражая людей. Поэтому к мародерам применялись жесткие меры.

Несколько раз Григорьева проверяли врачи. Служебная командировка у него продолжилась дольше, чем у товарищей - 52 дня, и он набрал предельный для ликвидатора уровень радиации - порядка 20 рентген.

Поездка в зону радиационного бедствия для Валерия Григорьева не прошла даром. В мирной жизни - через два-три года - он уже не мог управлять большегрузным автомобилем: не слушались руки,  не могли удержать руль. Перешел в слесари, занялся ремонтом БелАЗов. Но однажды, находясь на верхней площадке "карьерного богатыря",  он чудом не упал вниз от внезапного головокружения - поддержали товарищи. Пришлось перейти на легкий труд - выдавать со склада материальные ценности. А в 1994 году его вывели на инвалидность.

Поездка в Чернобыль разделила жизнь Валерия Григорьева надо и после. Сегодня он даже в саду, хотя увлечен садоводством, плохой помощник супруге. Не хватает сил физически работать. Точно так же и с рыбалкой - занимается только летней порой. Для подледного лова не хватает сил. И все-таки есть дело, которому отдается всем сердцем. Он активно работает в городской общественной организации ликвидаторов ядерной аварии на Чернобыльской АЭС. Считает, что в этом - его долг перед теми товарищами, которые, как и он, потеряли здоровье, и перед памятью тех, кого уже нет в живых.

В. Синявский, "Асбестовский рабочий", 2020г.