Служебный пассажир
Девятого февраля исполнится 100 лет отечественной гражданской авиации. В юбилейный год мы продолжаем рассказывать о том, какой была именно калужская авиация, и о тех, кто посвятил ей если не всю жизнь, то многие годы.
Виктор Григорьевич Никитенко сначала облетел всю область на самолетах, а потом проехал на автомобиле. Так уж сложилась его трудовая биография.
В Калугу он попал после окончания радиотехнического факультета Киевского института инженеров гражданской авиации. Хотя как истинный романтик мечтал работать за Полярным кругом. Но вузовская комиссия, что распределяла новоиспеченных специалистов, отказала – на Север вакансий уже не было. А накануне друг посоветовал: мол, приглядись к Калуге, там недавно открыли новый аэропорт. Жена Виктора Григорьевича в это время как раз заканчивала учебу в Москве. И он решил: еду. И к супруге ближе, и интересно в новом-то аэропорту карьеру начинать. Так в 1977-м Никитенко стал калужанином.
– Начинал с инженера связи, летая с экипажами пассажирских самолетов в самые разные уголки области, налаживал работу оборудования, устранял неисправности, – рассказывает Виктор Григорьевич. – Помню, был у нас в расписании рейс Калуга – Хвастовичи – Еленский – Колодяссы – Ловать. Я прилетал на нем из Калуги, оставался на аэродроме в Хвастовичах, делал свою работу, а экипаж в это время доставлял пассажиров в эти деревеньки. Когда пилоты возвращались в райцентр, я с ними улетал обратно в Грабцево. Ведь раньше самолеты в основном и обеспечивали пассажирские перевозки. Дорог-то между населенными пунктами почти не было, поэтому, как в той песне: «только самолетом можно долететь».
За такие командировочные путешествия инженер Никитенко как служебный пассажир не платил. Но стоимость авиабилетов по области помнит – от пяти до семи рублей. На междугородние сообщения цены были дороже.
– В мой родной Ростов-на-Дону на рейс Калуга – Воронеж – Ростов – Нальчик билет обходился в 24 рубля, – вспоминает Виктор Григорьевич. – Сейчас такие цены звучат, конечно, смешно. А тогда для многих это было накладно. Но зал ожидания в Грабцеве всегда был полон: кто в командировку, кто в отпуск, кто по домашней надобности…
Был солидный штат сотрудников и у самого аэропорта. Летный состав, авиационно-технические специалисты, работники наземных служб, включая диспетчеров, синоптиков, водителей спецавтотранспорта и тех, кто обслуживал взлетно-посадочную полосу.
– Ведь Ту-134, что летали в 70 — 80-е годы из Калуги, – самолеты реактивные. Там маленький камушек в турбину если попадет, беды не миновать. Поэтому взлетка должна была быть безукоризненной. Малейшую трещинку на ней заливали битумом, – говорит Виктор Григорьевич.
Общение с сослуживцами, вспоминает Никитенко, начиналось еще задолго до того, как в окнах служебного автобуса показывались очертания аэропорта. По пути на работу обсуждали фильмы, делились рецептами, спорили о футбольных матчах…
– Текучки кадров, как сейчас бы сказали, не было. Работали целыми семьями, были у нас и свои династии. Многих помню до сих пор. Например, Щегловых. Отец Виктор Алексеевич был командиром авиаотряда. Его супруга Алла Афанасьевна трудилась радиотелеграфистом, их сын Володя – пилотом Ан-2, а невестка Татьяна работала в экономическом отделе, – перечисляет Виктор Григорьевич. – Или отцы и сыновья Горбуновы, Березины, Круглушины, Выдрины. Помню семейные пары Балашовых, Никишиных, Янчевских, Барковых. В мою бытность в аэропорту работали авиатехниками братья Левины, водителями – братья Ермаковы и Рыжонковы, а в службе перевозок – сестры Антоновы, Рая и Тамара.
Семнадцать лет Виктор Никитенко с радостью спешил в Грабцево. Прошел ступеньки карьеры от инженера связи до заместителя командира Калужского объединенного авиаотряда. А потом и в стране, и в ее гражданской авиации наступили новые времена – времена акционерных обществ, прибыли, рентабельности… Рейсов и работы стало мало, затем аэропорт в Калуге и вовсе закрыл свои двери на долгие годы.
– В одно время, помнится, на нашей взлетно-посадочной полосе, за которой так усердно следили когда-то, стали устраивать гонки на автомобилях. Живу я неподалеку от аэропорта, приходил, смотрел. Грустно становилось, обидно. Поэтому был очень рад, когда аэропорт вновь ожил, – делится Виктор Григорьевич.
Он после вынужденного ухода из гражданской авиации сначала десять лет отработал в «Элексе», затем – в сфере энергетики, где продолжает трудиться и по сей день, несмотря на свои 68. На новых местах службы объездил всю область уже на автомобиле. И хотя небо и самолеты в его трудовой биографии занимают по времени не самый большой отрезок, в разговоре у Виктора Григорьевича нет-нет да и проскальзывают «наш аэропорт», «у нас в Грабцеве», «мои коллеги», «наши ветераны»… Видимо, сердце, однажды отданное гражданской авиации, с ней так и осталось.
– До сих пор, бывая в здании аэровокзала (а оно ведь прежнее, не перестроенное, хоть и обновленное внутри), я смотрю на одно, а мысленно вижу другое, – признается Виктор Никитенко. – Где сейчас VIP-зал, у нас был буфет. Стойка регистрации на том же месте, что и у нас была. Зал ожидания сейчас — на втором этаже, как и в наше время. Но сиденья, конечно, уже другие, расположены иначе.
«Самые теплые, самые душевные воспоминания у меня связаны именно с Калужским авиаотрядом. И не только потому, что это моя молодость. Люди тогда рядом со мной были замечательные! У каждого было чему поучиться. Прежде всего, у наших старших товарищей, – говорит Виктор Григорьевич. – Это и заслуженный штурман СССР Василий Павлович Антонов, и лауреат Госпремии, командир Ан-2 Николай Павлович Кустарниченко, и боевой летчик, ветеран Великой Отечественной Владимир Михайлович Шкуренко. Очень многих уже нет в живых. А тем, кто будет праздновать 100-летие гражданской авиации, хочется пожелать здоровья, благополучия и мирного неба!».
Фото Игоря РУЛЁВА и из личного архива В.Г. Никитенко.