Самый нужный год. Путин хочет заново объединить страну

Долгий путь к одному году

Одним из последних указов Владимира Путина в 2021 году (подписан 30 декабря, опубликован 31-го) стал Указ №745 "О проведении в Российской Федерации Года культурного наследия народов России".

Подписание документа в последний момент не означает, однако, что принято какое-то спонтанное решение. Саму идею Владимир Путин впервые озвучил для широкой публики ещё в конце ноября 2019 года на заседании президентского Совета по межнациональным отношениям в Нальчике.

Но с этого момента до подписания был пройден большой и весьма неприятный путь. И дело вовсе не в том, что пару лет проект назывался "Год народного искусства и нематериального культурного наследия", а к финальной версии документа было решено сократить название. Документ, впрочем, и сам очень короток: 4 пункта, в которых лишь самым кратким образом описываются контуры будущего комплекса мероприятий.

Дело в том, что внутреннее напряжение в России за эти два года невероятно возросло. У этого были две главные причины.

Во-первых, пандемия коронавируса и связанный с ней огромный комплекс проблем.

Во-вторых, межнациональные (в первую очередь мигрантские, но не только – вспомним BLM) кризисы по всему миру.

Первое привело к тому, что власти долго было вообще не до культурных мероприятий, второе – к тому, что национальная рознь из попутного фактора стала серьёзнейшей угрозой безопасности страны. Создаётся впечатление, что власти до последнего момента колебались, объявлять ли Год культурного наследия, взвешивали за и против.

И приняли правильное решение.

Современная Россия является абсолютно уникальным государственным образованием. И по количеству живых языков, и по количеству национальных автономий со своей территорией (27) мы занимаем второе место в мире после Китая. При этом Китай – ни разу не федерация, и сколько бы ни говорили об авторитаризме Москвы, до жёсткости и непреклонности Пекина ей очень далеко.

При этом национальные автономии (как бы формально они ни назывались) – по определению дестабилизирующий фактор. "Тюрьма народов" тут ни при чём – так происходит во всём мире. Квебек, Каталония, Баскония, Шотландия, Курдистан, Крым, Приднестровье, Кашмир, Абхазия, Донбасс и так далее – статус всех этих территорий с населением, отличным от государствообразующего и зачастую говорящим на отдельном языке, является предметом ожесточённых дискуссий, а порой и вооружённых конфликтов.

Поэтому национальная политика – тончайшее из политических искусств. Поддержание баланса интересов государствообразующего народа и меньших наций – процесс сложный, непрерывный и чрезвычайно затратный. Необходимо маневрировать между Сциллой угнетения национальных окраин и Харибдой паразитизма малых народов на большом.

Идеального рецепта не существует. Даже Китай, который многие считают образцом для подражания, не раз резко менял национальную политику – за "ханьизацией" (китаизация, подавление национального самосознания окраин) Мао Цзедуна пришёл щедрый, едва ли не ленинский национальный либерализм Дэн Сяопина, а последствия его разгребает "бумажный геноцид" (сокращение числа официально признанных наций) Си Цзиньпина.

Но китайцы хотя бы формулируют свою очередную стратегию и ей следуют. А назвать принципы национальной политики в современной России едва ли кто возьмётся. И Год культурного наследия – как раз попытка эти принципы нащупать, лучше познакомиться с нашей многонациональной семьёй, понять базовые ценности друг друга.

Русские, как и политически предшествовавшая им Орда, при всех понятных издержках построения империи, никогда не стригли всех под одну гребёнку, проявляли и уважение к чужим обычаям, и веротерпимость. Но национальная ситуация в стране меняется на глазах и, кажется, нам надо знакомиться со своими соседями заново.

Носителям "высокой культуры" объявленный президентом Год глубоко безразличен – что им эти фестивали казачьей песни или ингушского танца, алтайские народные промыслы и поморская архитектура! Между тем все мы – хорошо, почти все – пусть неосознанно, но родом из глубинных традиций собственного народа. Это не навсегда, унификация наций (равно как и "гендеров") идёт стремительными темпами. Народы, а впоследствии и люди, должны стать взаимозаменяемы, неотличимы друг от друга, лишены индивидуальности и в конечном счёте самих себя.

И так уж получилось, что именно Россия – в авангарде сопротивления. По отношению как к внешним влияниям (предельно жёсткое), так и к собственным "малым народам" (ровно наоборот). Хотя едва ли можно назвать "малыми" мощное татарское меньшинство, конгломерат дагестанских наций, сплочённый чеченский народ, армянскую и азербайджанскую диаспоры.

Несмотря на все проблемы, о которых постоянно пишет Царьград, мы умеем жить вместе. И Год национальных культур – лишняя возможность это показать.

Декларированный президентом Год, к сожалению, получится неполным – правительству дано два месяца с момента подписания документа на подготовку плана мероприятий и поиск их финансирования. В то же время есть что-то символическое в том, что основная программа начнётся одновременно с весной, которой нам сейчас так не хватает.

К тому же совсем необязательно и сворачивать всю программу ровно 31 декабря 2022 года. Поддержка национальных театров, промыслов, музеев, интеграция древних традиций в современные реалии – всем этим надо заниматься постоянно. Знакомиться с обычаями друг друга, понимать особенности мышления, уважать иные взгляды на жизнь и судьбу. Чтобы мы оставались разными – и были вместе.

Многое спустят в чиновничьей болтовне, многое уйдёт в никуда на госзакупках, но какие-то элементы взаимопонимания, семена радушия и гостеприимства всё равно останутся. Царьград, и в первую очередь его региональные отделения, которых всё больше, обязательно будет сообщать читателям о самых значимых и правильных, на наш взгляд, событиях Года культурного наследия народов России.

Зачем вообще всё это нужно?

Очень просто: для блага людей. Для того, чтобы мы оставались вместе, не враждовали и пуще того – не расходились в разные стороны.

Вместе – надёжнее и выгоднее.

Правда состоит в том, что развал империи крайне редко приводит к процветанию её бывших частей. В ярчайшем примере этого правила мы живём – ни одно из 15 государств, появившихся после распада СССР, до сих пор не вернуло себе тот процент мировой экономики, который имело на момент разделения, а тем более на середину 1980-х годов. Совокупная доля наших территорий в мировом ВВП упала с 4,6% в 1990 году (а это уже спад и развал!) до 2,6%, и тенденций к существенному росту до сих пор не видно нигде (!). Определённые надежды подавали маленькие, но гордые прибалтийские страны с их неплохой дисциплиной и производительностью труда, однако после вступления в ЕС и еврозону новые "большие братья" просто съели экономику, созданную предыдущим, отвергнутым "братом".

Вожделенная независимость – это всегда распад экономических связей, междуусобицы новых элит, делёж имперского наследия – всё это никак не способствует благополучию рядового гражданина и даже подданного. Никто не выиграл от распада Римской империи. Как правило, не благоденствуют страны, освободившиеся от "британского ига". Даже в моноэтнических союзах наблюдается похожая история: так, сохранившие единство Арабские эмираты живут куда лучше, чем страны распавшейся Арабской республики.

Какое-то время новые государства могут питаться удовлетворённой национальной гордыней, но блюдо это скоропортящееся, да и на всех его не хватает.

Настоящий фундамент, на котором может держаться крепкое, стабильное общество, – это именно созданная веками культура, а не банковские активы, вакцины Pfizer и короли "Инстаграма".

Слухи о смерти культуры очень сильно преувеличены, и мы это прекрасно знаем даже по собственному опыту. Приезжая в другую страну или даже отличающийся по обычаям регион, вы вряд ли первым делом пообедаете в McDonald's, приоденетесь в Zara, купите Ballantine's в Walmart или "Балтику" в "Пятёрочке". Ведь культура – это не только музейные древности, но и повседневная жизнь, однако даже её у нас пытаются отжать транснациональные компании с их улыбчивой унификацией.

Чтобы мы забыли себя и перестали оказывать сопротивление их ласковому цифровому давлению. Тогда с нами можно будет делать, что угодно. Например, для начала сократить численность, не разбирая, где там тувинец, русский или мокша.

Такой сценарий нам не нужен.