Отравители Навального могли быть причастны к убийству троих российских активистов

• В одном из наших предыдущих расследований мы установили тайное подразделение Института криминалистики ФСБ, члены которого следовали за лидером оппозиции Алексеем Навальным в течение почти пяти лет. Члены подразделения, имевшие опыт в области медицины и химического оружия, путешествуя группами по два-три человека, следовали за Навальным в более чем 30 поездках в ходе его президентской кампании 2017 года. Трое членов этого подразделения находились рядом с ним во время предполагаемого отравления его жены в июле 2020 года, а также во время отравления самого Навального в августе 2020 года, которое чуть не стоило ему жизни.
  • Мы также установили, что работу этого подразделения курировал полковник Станислав Макшаков, заместитель директора Института криминалистики и ученый, занимавшийся российской программой химического оружия, под эгидой которой, согласно публичным источникам, было разработано более 200 высокотоксичных веществ, включая фосфорорганические соединения семейства «Новичок». Перед отравлением Навального «Новичком» полковник Макшаков регулярно поддерживал связь с учеными из института «Сигнал», связь которого с тайно возобновленной российской программой химического оружия была установлена в ходе одного из наших совместных расследований.
  • В еще одной публикации мы продемонстрировали еще одно подтверждение роли Института криминалистики ФСБ в отравлении Алексея Навального — фактическое признание со стороны одного из специалистов-химиков этого подразделения Константина Кудрявцева, которого после отравления направили в Омск, чтобы избавиться от каких-либо следов отравляющего вещества на личных вещах Алексея Навального.

В нашем материале мы писали, что отравители из ФСБ группами по два-три человека совершали не только поездки, которые можно объяснить подготовкой убийства Алексея Навального. Мы продолжили изучать огромный массив данных о поездках членов подразделения (методология, примененная ранее в расследовании о Навальном, описана в этой статье). Мы пытались связать их маршруты с ранее необъясненными случаями гибели политических активистов или отравления известных фигур. Мы прибегли к краудсорсингу, опубликовав маршруты 10 известных членов подразделения ФСБ.

Мы получили более 500 откликов от волонтеров, журналистов и других источников, некоторые из которых указали на ранее неизвестные совпадения необъясненных смертей и присутствия поблизости членов подразделения. Анализируя новую информацию, мы применили жесткие критерии отбора потенциальных зацепок для новых исследований. Например, совпадающих поездок должно было быть не менее двух, и в каждой должны были участвовать не менее двух членов подразделения. Еще один вариант — присутствие группы в составе не менее трех членов подразделения на месте необъясненной смерти или острого отравления публичного лица. Эти критерии были отобраны, исходя из вероятностной оценки риска ложных положительных результатов.
Вооружившись этими критериями и проведя дополнительное расследование, мы сумели сопоставить передвижение членов отряда отравителей ФСБ с подозрительными смертями троих публичных лиц в период с 2014 по 2019 гг.

Два из случаев, представленных ниже, соответствуют нашим критериям. В еще одном случае достаточные данные для соответствия критериям отсутствуют, однако имеется другое поразительное сходство с одним из двух вышеупомянутых случаев.

Учитывая, что массив данных поездок членов отряда огромен, вероятно, что этот список неполный. Мы продолжим расследование других возможных заданий этого отряда. Кроме того, поскольку список жертв основан на данных поездок, он ограничен только операциями, которые имели место за пределами Москвы.

Тимур Куашев, журналист из Нальчика

31 июля 2014 года, примерно в 18:30, Тимур Куашев, 26-летний гражданский журналист из Нальчика (столица Кабардино-Балкарской Республики на Северном Кавказе), вышел из дома. Он жил со своей матерью, актрисой местного театра. В 19:00 у нее была премьера, на которую он заказал два билета. Куашев предложил один из билетов знакомой, которая сказала, что в этот вечер она занята. Тогда Тимур принял душ, надел выходные брюки и рубашку и пошел в находившийся неподалеку театр «Родина». Впоследствии свидетель рассказал, что видел, как на автобусной остановке он говорил с какими-то людьми в штатском, которые вышли из машины.

Тело Тимура Куашева нашли на следующий день на дороге, ведущей к лесу, в пригороде Нальчика Хасанья, более чем в 15 километрах от его дома. Он лежал на земле лицом вниз, на его теле и лице были синяки и гематомы. В официальном криминалистическом отчете говорится, что он умер от остановки сердца, вызванной острой вирусной инфекцией. Согласно отчету, криминалистический анализ «не выявил внешних симптомов насилия или признаков самозащиты».

Однако это явно опровергает фотография лица Куашева, которую его друг снял незадолго до похорон, а теперь прислал нам. На фотографии ясно видны симметричные синяки в верхней части щек, возможно, от пальцев рук, державших его голову сзади, и гематома на левом веке. Важно отметить, что в ходе еще одного осмотра в районе левой подмышки Куашева были выявлены следы инъекции, которая была сделана за 6-10 часов до обнаружения тела.

Благодаря усилиям его отца (высокопоставленного следователя по уголовным делам на пенсии) было начато расследование убийства Куашева. После того, как анализ крови в местной лаборатории не выявил следов наркотиков или известных токсинов, первой гипотезой следствия стало, что Куашева отравили неизвестным веществом. Образцы были отправлены в Москву для дополнительного криминалистического анализа, однако никаких следов яда выявлено не было. В окончательном отчете прокуратуры от сентября 2016 года, когда уголовное расследование было прекращено, говорилось, что явной связи инъекции и гибели Куашева обнаружено не было, а причиной смерти якобы стала коронарная недостаточность.

Семья Тимура Куашева не считает официальное расследование убедительным или заслуживающим доверия. В комментарии новостному сайту «Кавказский Узел» Хамби Куашев указал на отсутствие исследования логов телефона его сына с момента его исчезновения (имелось два сообщения со служебного телефонного номера, которые следствие отказалось изучать, сославшись, согласно решению прокуратуры, на «риск нарушения работы систем мобильного оператора»). Также не были расследованы угрозы, о которых его сын сообщал в течение предшествовавших месяцев. Он также обратил внимание на отсутствие у Тимура Куашева ранее диагностированных медицинских проблем. Кроме того, отец Куашева, который поговорил с нашими расследователями, рассказал, что обратил внимание на то, что в компьютере его сына отсутствовал USB-накопитель, и что когда его нашли, при нем не было ключа от квартиры. Это говорит о том, что после его исчезновения кто-то мог проникнуть к нему в дом.

Действительно, Тимур Куашев сообщал друзьям (и даже властям) о серии анонимных угроз, которые он получил в сети из-за своей журналистской деятельности. В своем блоге в Livejournal (популярной в России блог-платформе, с который начались карьеры многих расследователей и журналистов, в том числе Алексея Навального) Куашев постоянно освещал кабардино-балкарскую политику. Его деятельность, по-видимому, раздражала как местные правоохранительные органы, так и ФСБ. Он писал о жизни в автономной республике, через границы которой иногда перехлестывала волна насилия из Чечни. Он писал статьи о пытках и преследовании со стороны силовиков для популярных в регионе сайтов «Кавказский узел», «Кавполит» и журнала «Дош». Он также организовывал митинги против пыток в полиции и сотрудничал с национальными и местными правозащитными организациями, а также был активным членом российской оппозиционной партии «Яблоко». Друзья Куашева рассказывали, как публично, так и в беседах с нашими расследователями, что его неоднократно вызывали в полицию и ФСБ для допросов в связи с его работой. Куашев, этнический черкес, также был задержан ранее в том же году на митинге, посвященном 150-й годовщине последней битвы Кавказской войны (результатом которой стало вхождение большей части Северного Кавказа в состав Российской Империи и изгнание сотен тысяч черкесов с их земель).
Двое сотрудников Центра по противодействию экстремизму предупредили его о статье, которую он написал незадолго до этого. В ответ на это Кувашев подал жалобу на этих сотрудников за ограничение его свободы слова.

Куашев также активно освещал нашумевшее уголовное дело против 58 местных жителей, обвиняемых в рейде на Нальчик в 2005 году, который координировался чеченскими командирами. При этом российские силовики считают, что нападение было инспирировано иностранными исламистскими террористическими организациями. За делом следила правозащитная организация «Мемориал», которая критиковала выбивание под пытками сомнительных признаний, которые противоречили заявлениям других свидетелей. Российский журналист и активист Максим Шевченко, редактор сайта «Кавполит», рассказал Bellingcat, что Куашев был единственным местным журналистом, который освещал ход процесса и неоднократно обрушивался с критикой на несоответствия в материалах обвинения. Шевченко убежден, что Куашева убили из-за того, что он мешал Кремлю устроить безупречный показательный процесс. Эту теорию поддерживают такие журналисты, как Надежда Кеворкова, которая вместе с Шевченко провела журналистское расследование гибели Кувашева и пришла к выводу, что он был убит.

Тимур Куашев также открыто критиковал российское военное вмешательство в Украине, в том числе аннексию Крыма. Он также критиковал политику Кремля и президента России Владимира Путина и заявлял, что стране нужна «новая революция для смены власти». Всего за несколько часов до того, как Куашев был убит, он написал на Фейсбуке, что враги Путина «помирали как по расписанию».

Еще один источник, который сотрудничал с Куашевым и пожелал остаться неизвестным из соображений безопасности, предположил, что в ходе одного из многих допросов в ФСБ Куашева вынудили сотрудничать со спецслужбой, однако впоследствии он отказался от сотрудничества. Этот источник полагает, что именно это стало наиболее вероятной причиной попадания Куашева в «черный список» ФСБ, однако мы не смогли проверить эту версию.

Неизвестно, что именно в журналистской или активистской деятельности Куашева могло привести к его убийство. Однако анализ данных перелетов сотрудников ФСБ из отряда отравителей, а также конфиденциальных документов следствия, предоставленных анонимным источником, показывает, что его смерть, по всей вероятности, стала результатом отравления руками членов той же команды ФСБ, что отравила Навального в 2020 году.

Реконструкция операции ФСБ

Согласно частично доступным данным о перелетах за 2014 год, тот же отряд ФСБ, который ранее был установлен командой Bellingcat в связи с расследованием отравления Навального, вел операцию в районе Нальчика по крайней мере с 13 июля 2014 года. В тот день Константин Кудрявцев, один из специалистов по химическому оружию в отряде, вылетел в Нальчик. Данные об его возвращении отсутствуют.

Девять дней спустя, 22 июля 2014 года, Иван Осипов (отмеченный наградами офицер ФСБ, один из старших сотрудников отряда, замешанного в отравлении Алексея Навального) вылетел из Москвы в Минеральные Воды к северо-западу от Нальчика. Сначала он купил обратный билет на 30 июля, но в тот же день он поменял его на следующее утро, 31 июля. Однако он не сел и на этот рейс, поменяв его еще раз — на рейс 1 августа 2014 г в 14:05. Этот рейс вылетел в Москву через несколько часов после того, как тело Тимура Куашева было найдено в полутора часах езды от Нальчика.

Накануне и во время гибели Куашева Осипов был в Нальчике не один. Помимо Кудрявцева, в течение предшествовавших дней в Нальчик прибыли по меньшей мере еще трое сотрудников ФСБ. Особо важным было прибытие врача Алексея Александрова, другого члена отряда отравителей ФСБ, чьи телефонные биллинги говорят о том, что он находился возле гостиницы Алексея Навального за несколько часов до того, как последний впал в кому в Томске.

В отличие от своего коллеги Осипова, Александров прилетел в аэропорт города Владикавказ в 100 км к юго-востоку от Нальчика. Как рассказал Кудрявцев во время телефонного разговора с Навальным, сотрудники отряда ФСБ (даже члены одной и той же бригады) часто летают разными рейсами из разных аэропортов в разные пункты назначения, чтобы избежать раскрытия. Такой почерк подтверждается сотнями рейсов членов отряда ФСБ, записи о которых изучила команда Bellingcat. Александров прибыл на неделю позже Осипова, 29 июля. Как и Осипов, он сперва заказал обратный билет на 31 июля, но не сел на этот рейс. Вместо этого он в последний момент купил билет из Владикавказа в Москву на 2 августа 2014 г, следующий день после того, как было обнаружено тело Куашева.

Также 29 июля во Владикавказ вылетели Денис Мачикин и Роман Матюшин, оба — офицеры ФСБ из Москвы, которые, вероятно, работают в Отделе по защите конституционного строя. Они оба приобрели обратные билеты в Москву на 30 июля 2014 г. Однако они не воспользовались ими, заменив билеты на 31 июля 2014 г — день после исчезновения Куашева. Те неполные данные заказа авиабилетов, которые мы изучили, не дают однозначного ответа, вылетели ли они в тот день, или же, как Осипов, снова взяли билеты на следующий день

После исчезновения Куашева из дела пропали важные улики, что, по-видимому, соответствует почерку отряда ФСБ. В разговоре с Навальным Константин Кудрявцев рассказал, что отряд обеспечивает, чтобы во время их операций камеры слежения не работали.

В случае с Куашевым, в тот вечер, когда он исчез, все камеры слежения на площади перед театром «Родина», куда он пошел на спектакль с участием его матери, оказались нерабочими из-за технической ошибки, или, как говорится в документе ниже, «в связи с выходом из строя коммутатора».

2 августа, в день после того, как было найдено тело Куашева, его друзьям и коллегам удалось получить полную выписку данных от его мобильного оператора за неделю с 25 июля по 2 августа. В записях не было никакой активности (ни звонков, ни СМС, ни пользования интернетом) до 2 августа 2014 года. Полное отсутствие активности за 1 августа тем более странно, что 2 августа 2014 года на телефон пришло восемь входящих спам-сообщений (что происходит регулярно на российских мобильных телефонах). Альтернативная гипотеза, что его телефон был выключен и снова включен только 2 августа 2014 года, опровергается данными других телефонных номеров, в том числе правозащитника из Дагестана, который сообщил нашим расследователям, что он разговаривал и переписывался с Куашевым по этому номеру в течение нескольких дней перед его гибелью.

Если история звонков Куашева была «зачищена» мобильным оператором, то это вряд ли произошло без вмешательства ФСБ — эта спецслужба контролирует работу в том числе поставщиков телекоммуникационных услуг. Российские мобильные операторы обязаны хранить все данные о звонках и регулярно передавать их в репозиторий, подконтрольный ФСБ.

После гибели Тимура Куашева образцы его тканей и крови сперва протестировали на токсины в Нальчике. Однако в лабораториях местных больниц не было оборудования для масс-спектрографии, которая чаще всего используется для выявления токсинов и наркотических веществ в образцах крови и мочи или для других сложных анализов. Тогда образцы тканей были переданы в Москву для дальнейшего анализа.

В отчете по результатам экспертизы, проведенной в Москве, было подтверждено отсутствие каких-либо токсичных веществ в следах крови Тимура Куашева, которая вытекла на его рубашку в районе инъекции. Это стало одним из важнейших оснований закрытия уголовного расследования его смерти.

Однако этот анализ проводил уже знакомый нам Институт криминалистики ФСБ: то же подразделение, где служит тайный отряд отравителей, в том числе Александров, Осипов и Кудрявцев. Экспертный отчет был подписан Василием Калашниковым — тем же экспертом ФСБ, который, как рассказал по телефону Кудрявцев, курировал проведенную в Омске операцию по устранению улик отравления Алексея Навального. Как мы установили ранее, отравители Навального работали под эгидой именно этого института. В случае с Куашевым это позволило отравителям расследовать и в конечном итоге скрыть собственную операцию.

Ведущий мировой эксперт в области химического оружия, пожелавший остаться неизвестным, изучил полный текст экспертизы (доступен здесь) и высказал следующее мнение:

«Был проведен довольно базовый анализ. GC-MS и LC-MS со стандартным поиском по стандартным библиотекам, никакой собственной базы данных не указано. Разумеется, если использованное вещество было разработано специально для того, чтобы избежать обнаружения, то анализ и должен был пропустить это соединение, поскольку его не должно быть в “официальных” библиотеках».

Лезгинский активист из Дагестана

24 марта 2015 года в городе Каспийск (приморский пригород Махачкалы, столицы Республики Дагестан) местные жители нашли тело Руслана Магомедрагимова, активиста местного движения «Садвал» («Единство»). Движение «Садвал» было создано в 1990 году. Его цель — «создание национальной государственности лезгинского народа». Лезгины — этническая группа численностью чуть менее миллиона человек, которые говорят на собственном языке и проживают на территории Дагестана в Российской Федерации и соседнего Азербайджана.

В полдень Магомедрагимов позвонил своему другу и договорился встретиться с ним на фестивале лезгинского языка, который должен был состояться позже в тот же день. Однако на встрече он так и не появился — его тело было обнаружено чуть позже 14:00. Его машина была припаркована во дворе в 400 метрах от места, где было обнаружено его тело. По словам Ислама Кличканова, друга Магомедрагимова, из машины Магомедрагимова пропал видеорегистратор. Также пропали два из трех мобильных телефонов, которые у него были. Криминалисты, прибывшие на место преступления, обнаружили в машине свежие отпечатки подошв другого человека.

Первоначальным выводом следствия стало, что Магомедрагимов умер от сердечной недостаточности. Однако патологоанатом, проводивший вскрытие жертвы, как сообщается, оспорил этот вывод, заявив, что у Магомедрагимова было полностью здоровое сердце, и что причиной смерти, по-видимому, стало удушение. При этом на шее или где-либо еще на теле жертвы отсутствовали следы насилия. Однако предварительное следствие проигнорировало этот вывод и заключило, что причиной смерти Магомедрагимова стала сердечная недостаточность.

В то же время родственники Магомедрагимова утверждали, что, получив тело для похорон, они заметили на его шее две точки, похожие на следы шприца. По настоянию родственников образцы тканей были отправлены на анализ на наличие токсинов. Нам не удалось найти публичных отчетов о результатах этого анализа. Мы также не смогли связаться с членами семьи Магомедрагимова и спросить их о подробностях. Однако лидер движения «Садвал» публично заявил, что уверен, что Магомедрагимов был убит за его активистскую деятельность. Региональные СМИ проводили параллели между гибелью Магомедрагимова и гибелью Тимура Куашева годом ранее, обращая внимание в том числе на следы инъекции.

Другой сходной чертой гибели Магомедрагимова и Куашева стало присутствие членов отряда отравителей ФСБ.
Как и в случае с Куашевым, члены отряда Иван Осипов и Константин Кудрявцев посещали Махачкалу незадолго до гибели Магомедрагимова: Осипов побывал там дважды в январе 2015 года, а Кудрявцев приезжал в Махачкалу за две недели до смерти активиста (как и в случае с Куашевым в 2014 году) и пробыл в регионе с 11 по 16 марта.
24 марта 2015 года, всего за четыре дня до гибели Магомедрагимова, Иван Осипов вылетел во Владикавказ (в четырех часах езды от Каспийска). Он пробыл в регионе шесть дней и вылетел обратно в Москву через два дня после предполагаемого отравления.

В случае с Магомедрагимовым данных о подозрительных поездках меньше, чем в случае с Куашевым, и самих по себе их недостаточно, чтобы сделать уверенный вывод, что он был убит командой отравителей ФСБ. Однако следует отметить поразительно схожие обстоятельства гибели этих двух активистов с Северного Кавказа, включая заявления об использовании инъекции для убийства, которое можно списать на сердечную недостаточность.
Как активист движения «Садвал», Магомедрагимов защищал права лезгинского народа и поддерживал идею автономного «Лезгистана», который объединил бы российских и азербайджанских лезгинов. Несмотря на пацифистский характер и мирную тактику этой организации, вполне возможно, что в ней видели сепаратистское движение, которое несет долгосрочные риски для стабильности Российской Федерации. Ровно через год после гибели Магомедрагимова лидер движения «Садвал» Назим Гаджиев был найден мертвым в своей квартире в Махачкале с ножевыми ранениями на теле. Подозреваемые в его убийстве так и не были названы.

Прокремлевский борец с коррупцией

16 ноября 2019 года Никита Исаев запостил в ВК селфи, где он сидит в поезде, который должен вот-вот отправиться из Тамбова (примерно в 500 км к юго-востоку от Москвы). Исаев ехал домой после еще одного дня тяжелой работы: он встречался с местными жителями, разочаровавшимися в местных коррумпированных политиках и региональных мини-олигархах.

Он занимался этим уже более года, возглавляя движение «Новая Россия». Ему всегда удавалось соблюдать тонкую грань между критикой региональных или второстепенных московских политиков и отсутствием нападок в адрес федерального правительства. Хотя Исаев позиционировал свое движение как независимое и направленное против системы, он продолжал поддерживать основные элементы политики Кремля и лично президента Путина и критиковать внешних и внутренних врагов России, в том числе Алексея Навального. Последнее тем более забавно, что некоторые российские комментаторы называли Исаева «новым Навальным», имея в виду, что он, по-видимому, копировал критику коррупции в регионах со стороны Навального и даже был внешне похож на него. В отличие от Навального, Исаев имел неограниченный доступ на федеральные телеканалы и регулярно давал комментарии на самые разные темы, включая защиту прав потребителей, американскую политику и войну в Украине. Навальный полагал, что Исаев — политический проект-«спойлер», разработанный бывшим наставником Исаева Владиславом Сурковым, бывшим помощником Путина и архитектором российской политической системы «управляемой демократии». Предполагалось, что роль Исаева заключалась в том, чтобы расколоть и ослабить поддержку Алексея Навального, при этом нападая на политических врагов Суркова в Кремле. Он даже стал советником по региональному развитию партии «Справедливая Россия» — одной из «системных» оппозиционных партий в Госдуме, которая регулярно голосует за политику государства.

Тем удивительнее его внезапная смерть 16 ноября в поезде на Москву. Согласно описанию его бывшей помощницы и девушки Алины Жестовской, Никита Исаев проснулся чуть позже часа ночи и пошел в туалет. Он отсутствовал долгое время, а когда вернулся, он сгибался и держался за живот, как будто кто-то его ударил. Последние слова, которые он произнес, прежде чем упать на пол в конвульсиях, — «Отравился, отравился, кажется».

Жестовская позвала проводника, но тот сказал, что останавливать поезд нет смысла — он шел через густой лес, а на следующей станции не было даже фельдшера. К тому времени, как поезд дошел до следующей станции (более чем через час), Исаев утратил пульс, а его пальцы и губы посинели. На станции в поезд вошли врачи и констатировали его смерть.

По возвращении в Москву образцы крови Исаева отправили на анализ в лабораторию. Еще до того, как стали известны результаты, его кремировали — как он сам того хотел, рассказали члены его семьи нашей расследовательской команде. Лабораторный анализ не выявил в его крови следов токсинов. Было объявлено, что смерть наступила от сердечного приступа. Мало кто из его последователей и сторонников поверил в эту версию, что видно по множеству звонков во время радиопередачи с Алиной Жестовской: Никита был здоров, ему был 41 год и он сам говорил, что уверен, что был отравлен. Несмотря на это, Жестовская сказала нашей расследовательской команде, что она верит, что Никита умер от сердечного приступа, и что полагает, что люди, которые заявляют, что он (или Алексей Навальный) был отравлен, просто распространяют теории заговора.

Тем не менее, судя по нашим интервью с членами семьи и друзьями Исаева, в течение месяцев перед смертью он был беспокоен. Его друг, живущий за границей, который попросил об анонимности, рассказал нам, что в июне 2019 года Исаев обсуждал с ним возможность вывезти свою семью из России. Исаев не сообщал ему о конкретных угрозах, однако, по его словам, во время встречи в июне Никита был «сам не свой». Два человека, близких Исаеву, которые также попросили об анонимности, рассказали нам, что незадолго до его смерти он начал подозревать, что Алину Жестовскую «назначили следить за ним», и что он пытался от нее избавиться. Жестовская рассказала нам, что впервые встретилась с Исаевым случайно в поезде и работала на него на волонтерских началах, поскольку разделяла его взгляды на борьбу с коррупцией. Она играла все большую роль в его движении, а после его смерти в течение короткого времени возглавляла организацию.

Реконструкция операции ФСБ

В ходе краудсорсингового анализа поездок 10 известных членов отряда отравителей ФСБ было отмечено совпадением двух поездок Алексея Александрова и Никиты Исаева в 2019 году (Исаев подробно рассказывал о своих поездках в своем аккаунте в ВК). Совпадение наблюдалось для поездок в Магнитогорск в мае 2019 года и в Нижний Новгород в октябре 2019 года (за месяц до смерти Исаева).

Эти два совпадения были статистически значимы, но недостаточно убедительны, чтобы выдвинуть гипотезу причастности ФСБ к его гибели. Однако эти две поездки стали зацепкой, и мы решили установить других попутчиков Александрова, опираясь на анализ данных о пассажирах самолетов и поездов. Эти три новых имени, в свою очередь, дали нам больший набор поездок, которые мы затем смогли вновь сравнить с данными о перемещениях Исаева. Нам также удалось получить дополнительные данные о поездках Исаева из нескольких оффлайновых (неполных) баз данных билетов, что позволило расширить датасет поездок Исаева за счет не упомянутых в ВК. После этого мы снова попытались сопоставить его поездки и расширившуюся базу данных поездок сотрудников ФСБ.

В результате мы установили, что по крайней мере пятеро сотруднико ФСБ, связанных с отрядом отравителей из Института криминалистики, следовали за Никитой Исаевым в течение более года до его смерти.

В таблице наверх показано, что сотрудники ФСБ следовали за Исаевым в тринадцати поездках в семь разных пунктов назначения на территории России. Реальное число совпадающих поездок наверняка выше из-за того, что данные о поездках Исаева неполные, а также из-за того, что по крайней мере в ходе некоторых поездок сотрудники ФСБ могли путешествовать под до сих пор неизвестными нам подставными документами. Кроме того, мы до сих пор не установили всех членов этого отряда ФСБ. Однако даже наличие всего семи совпадений (на 13 отрезках поездок) по направлениям, разбросанным по огромной территории (а по крайней мере в одном случае, следование за Исаевым между двумя точками на Дальнем Востоке) делает статистическую вероятность ложного положительного результата близкой к нулю.

Трое сотрудников ФСБ, идентифицированных во время расследования этой операции (Александр Самофал, Виктор Кравченко и Михаил Тихонов), в этот период или ранее летали по билетам, заказанным совместно с Алексеем Александровым либо другими известными членами отряда отравителей. Таким образом, можно исключить версию, что они были случайными попутчиками. Мы пока не установили были ли эти строе сотрудниками Института криминалистики или Отдела по защите конституционного строя. Как мы писали выше, последняя организация работает вместе с отрядом отравителей.