ВЕЛИКИЙ ГРАЖДАНИН КАВКАЗА

ДАТА

28 апреля с.г. в возрасте 83 лет умер Муса Мухамедович ШАНИБОВ

1989 г. – председатель Ассамблеи горских народов Кавказа, 1991 г. – президент Конфедерации горских народов Кавказа (КГНК), 1992 г. – 1996 г. – президент Конфедерации народов Кавказа. 28 мая ему исполнилось бы 84 года.

Муса Шанибов был, по-настоящему легендой северокавказского движения от Абхазии до Дагестана. В то смутное время, когда на глазах рушился СССР, а на его обломках появлялись новые независимые государства, народы Северного Кавказа, Абхазии и Южной Осетии оказались в уязвимом положении. Идея консолидации витала в воздухе, как и в 1917 г. в Российской империи после Февральской революции.

И в это сложное время, как и в историческом прошлом, должны были появиться лидеры, которым поверили бы народы Северного Кавказа, Абхазии и Южной Осетии. Наиболее ярким, харизматичным и искренним из всей плеяды лидеров национально-демократических движений в регионе стал именно М. Шанибов.

Именно он стал инициатором «похода» всего актива парламента и президентского совета КНК в Южную Осетию в мае 1992 г., чтобы остудить пыл и рвение Шеварднадзе и его подельников из нелегитимного (никем не избранного) Госсовета для того, чтобы «разобраться» с непокорными осетинами. Аналогично повел себя М.Шанибов, когда Госсовет Шеварднадзе организовал агрессию против Абхазии в августе 1992-го. Тогда М.Шанибов от имени КНК обратился к народам Северного Кавказа с пламенным призывом о помощи Абхазии всеми возможными способами.

По сути, КНК во главе с М.Шанибовым стала тем организующим и координирующим началом, благодаря которому было создано широкое добровольческое движение по всему Северному Кавказу и Югу России.

Это позволило сорвать замыслы агрессора в Абхазии в первые же недели августа – сентября 1992 года.

Россия и весь Кавказ увидели, каким важным политическим фактором стала КНК во главе с М.Шанибовым. То, что тогда делал лидер КНК, вполне соответствовало чаяниям многих народов региона, и именно М.Шанибов отражал эти настроения.

Кроме того, еще ранее, с 1989 по 1992 гг., он прилагал огромные усилия для того, чтобы наладить межнациональные отношения между ингушами и осетинами, между народами Дагестана и на Западном Кавказе.

Его энергии можно было позавидовать: сегодня он в Москве в Совете Федерации, а ранее – в Совете национальностей бывшего СССР, затем в Верховном Совете, а потом в Госдуме РФ, защищая интересы народов региона, а завтра, смотришь, он уже в Дагестане или в Чечне, в Ингушетии или Абхазии, Адыгее или Осетии.

Не все получалось, к сожалению, но КНК во главе с М.Шанибовым делали все, что в их силах для урегулирования межнациональных отношений в регионе, для мира и нормальной жизни на Северном Кавказе.

Он крутился как белка в колесе, сжигая себя в бесконечных вояжах по региону. М.Шанибов чувствовал себя, без преувеличения, настоящим представителем подавляющего большинства народов региона, оставался в этом качестве подлинным интернационалистом и очень трепетно относился к своей политической и нравственной роли на Кавказе.

Против него в сентябре 1992 г. открыли уголовное дело якобы за «разжигание межнациональной розни», а по сути – за организацию многотысячных митингов в поддержку Абхазии. Он успел «посидеть» некоторое время и в застенках, потом после освобождения вынужден был уехать в Абхазию.

Его пламенные речи, его горящие глаза и вера в то, что он говорит, снимали всякие сомнения в его искренности и готовности к жертве.

Он мог ошибаться, но в самопожертвовании, в готовности к риску, несмотря на солидный возраст, ему нельзя было отказать.

Это был настоящий сын адыгского народа, исконный кавказец, который появился в нужное время и в нужном месте. Он организовывал Чрезвычайный съезд народов Северного Кавказа в два этапа – в Нальчике и Махачкале; публичные акции; призывы к переговорам между Ельциным и Дудаевым, чтобы остановить ввод федеральных сил в Чеченскую Республику – Ичкерию в декабре 1994 г. Он предупреждал Кремль, что это может развязать вторую Кавказскую войну и спровоцировать новую трагедию братоубийственной войны в регионе и в России в целом.

Не вняли обращениям, высокомерно отмахнулись. Итог известен: две чеченские кампании, унесшие жизни сотен тысяч людей, разгул сепаратизма и религиозно окрашенного терроризма, огромный ущерб экологии и здоровью населения от Ингушетии и до Дагестана.

М.Шанибов известен не только как лидер широкого, объединительного движения на Кавказе, но и как ученый-социолог, профессор Абхазского и Кабардино-Балкарского государственных университетов.

Он войдет в историю Кавказа как пламенный боец, как настоящий, харизматичный лидер народов Северного Кавказа, Абхазии и Южной Осетии в борьбе за достойное место народов Северного Кавказа в демократической России, как это себе представляли «отцы» Объединенного союза горцев Кавказа в мае 1917 г., со времени первого съезда народов региона во Владикавказе.

То, что он говорил еще в начале 1990-х годов, особенно актуально теперь, когда остро стоят вопросы: останутся ли народы Кавказа во всемирной истории, или нам суждено сойти с арены как субъекты собственной истории; или мы докажем свою способность отстоять себя и свои интересы ради будущих поколений наших народов.

В этом контексте и благодаря своей роли в истории народов Северного Кавказа, Абхазии и Южной Осетии в судьбоносный период с 1989-го по 1995 гг. мы всегда будем помнить М. Шанибова, чтить его светлую память!

Мы приносим свои глубочайшие соболезнования родным и близким покойного и всему кабардинскому народу. Мы считаем, что его память должна быть увековечена на должном уровне, как на его малой родине (КБР), так и в Абхазии и Южной Осетии.

Члены руководящих органов КГНК (КНК) и Конгресса кабардинского народа в период 1991-1998 г.г. :

От Абхазии: Геннадий Аламиа, Гурам Гумба, Сергей Шамба

От Адыгеи: Амин Зехов

От Шапсугии: Руслан Гвашев

От КБР: Хаути Шериев, Валера Хатажуков, Ибрагим Яганов

От КЧР: Альберт Адамоков

От РСО – Алания: Станислав Кесаев

От Дагестана: Деньга Халидов

Геннадий АЛАМИА