В Челябинской области надо делать больницы мирового уровня, уверены врачи и экологи

Спор по поводу места под строительство детской хирургии областной больницы в Челябинске продолжается. Один из активных участников этих споров Яков Гуревич всю жизнь живет в Челябинске. Яков Гуревич был участником многих переговоров властей и общественников по этому поводу. В беседе с редактором Lentachel.ru он напоминает, что 31 января прошлого года состоялось совещание на данную тему у министра Тупикина. Экологи не против детей - 31 января на этом совещании главный врач ЧОДКБ Галина Киреева рассказала про общую ситуацию с детской медициной в области. О своей больнице она сказала, что существующие здания были возведены в 1937, 1964 и 1983 годах. Многопрофильная детская клиническая больница находится, таким образом, в старых нетиповых зданиях, которые не соответствуют никаким стандартам оказания медицинской помощи детям. Квалификация врачей высочайшая, многие работают на уровне мировых стандартов, но возможности помещений и оборудования снижают эффективность. Поэтому необходимо создавать условия для нормальной работы. Среди присутствующих на том совещании не было никого, кто выступал бы против развития детской медицины. Более того, решили, что вряд ли в области найдется хоть один такой противник. - То есть нет противостояния «экологи против детей»? - Нет, конечно. Со словами «Эта манипуляция «бор или дети» из недавнего интервью Г. Киреевой невозможно не согласиться. Более того, я поставил вопрос так: «Было бы хорошо иметь больницу, соответствующую всем мировым стандартам?», и все поддержали. Расхождение у нас возникло по другому вопросу: медики говорили, что есть деньги только на хирургический корпус, а на всю больницу денег нет. А нам, горожанам, это и тогда, и сейчас было непонятно. - Власть и представители ЧОДКБ говорят, что сейчас есть возможность привлечь деньги на строительство корпуса детской хирургии, что эти средства уже записаны в национальный проект. Тогда как средств на строительство полного больничного комплекса федералы не дадут. - На том совещании, о котором я говорю, именно такой вопрос и возник. Что строительство одного корпуса это одни деньги, а строительство больничного комплекса – совсем другие. - Деньги на такое строительство, согласитесь, вопрос серьезный. - Спору нет. Но давайте разберемся. Строительство упомянутого корпуса включено в нацпроект «Здравоохранение». Но это же вовсе не гарантия финансирования. У нас в нацпроект «Чистый воздух» включено обновление трамвайных путей на 8 миллиардов рублей. И что, эти деньги получены? Текслер вынужденно выделил на днях 1,3 миллиарда рублей на ремонт рельсов. Есть неотмененный нацпроект развития магистральной инфраструктуры с высокоскоростной магистралью Челябинск-Екатеринбург. Кто-нибудь про него сейчас вспоминает? Чтобы федеральные деньги получить, нужно выполнить много условий, в частности, иметь качественный проект и серьезное обоснование, почему нужно финансировать именно его. И еще нужна поддержка населения. Понятно, что федеральный бюджет может не финансировать полноценную больницу в полном объеме. Значит, другую часть, кроме хирургического корпуса, придется финансировать из областного бюджета. - Так денег же нет под это... - Значит, надо их найти. Вы же помните, что на конгресс-холл в центре города, который стоит сейчас в замороженном состоянии, потратили из областного бюджета 3 миллиарда рублей. Новая инфекционная больница (не факт, что она так остро была нужна) стоила сопоставимой суммы бюджетных вложений. Огромные деньги расходуются не просто впустую, но и в ущерб: сотни миллионов рублей на реконструкцию моста на Троицком тракте, а также сейчас на реконструкцию Ленинградского мости. Попросту украдены деньги на реконструкции набережной реки Миасс. Огромные деньги расходуются на, мягко говоря, непервоочередные нужды. Если детская медицина имеет приоритет, то деньги точно найти можно. Мы, как вы выражаетесь – общественники, готовы показать неэффективные расходы в миллиарды рублей не только в уже исполненных бюджетах, но и в плановых бюджетах следующих лет. Представители ЧОДКБ подтверждают, что построить именно больничный комплекс было бы идеальным вариантом, но им власти говорят, что на это денег не дадут. Это ключевой момент. - А сколько денег-то надо на строительство больничного комплекса? - А этого без проекта и не скажешь. Сначала нужно подготовить проект. Кстати, и по отдельно взятому корпусу детской хирургии тоже ведь нет этой финансовой ясности, поскольку нет утвержденного проекта. - То есть в главном вопросе расхождения между медиками и экологами-общественниками нет – современная больница нужна, челябинских детей нужно лечить на самом передовом уровне. - Именно так. Если детская медицина действительно приоритет, власть должна об этом публично заявить. Я бы предложил провести общегородской референдум, чтобы все челябинцы по этому поводу высказались. Как они решат, так и будет. - Разумеется, все горожане выскажутся за современную медицину. - Горожане против строительства в бору, потому что власть не намерена создавать современный больничный комплекс. В регионе продолжается стратегия оптимизации медицины, где интересы населения и медиков никого во власти не интересуют. И при этом нет никакой стратегии развития медицины, в частности, детской. Совершенно непонятно, почему губернатор Текслер и его первый заместитель Гехт против. - То есть Вы, например, за то, чтобы построить больничный комплекс, но где-то на новом месте, так? - Да, и мы это можем обосновать. В Тюмени, кстати, объявлен недавно конкурс на проектирование детской областной больницы. Она будет как раз включать все необходимые отделения в комплексе. И строить эту больницу будут в отдельном месте. Чтобы иметь перспективу развития больницы. - Может, в Тюмени денег больше, чем в Челябинске? - Нет. Там власть больше интересуется потребностями населения и перспективами. - Но власти Челябинской области вроде бы заявили определенно свою позицию: что надо строить детскую хирургию, но строить в сосновом бору. - Для чего? Эту позицию надо обосновать. А они не могут. - Представитель ЧОДКБ когда мне рассказывал о проекте сооружения детской хирургии в бору, сказал, что больше со стороны больницы не будет позывов к новым стройкам в лесной зоне. А у меня вот сомнения есть. Тем более что помимо детской больницы здесь же рядом есть еще и взрослая, и онкоцентр. - Об этом прямо говорит и Г. Киреева, что хирургический корпус удовлетворит лишь первоочередные потребности, и главный хирург Ростовцев, что для качественной хирургии нужны и другие качественные возможности лечения. Кстати, расположенный в бывшем советском недострое перинатальный центр тоже не соответствует нормам. Он не соединен с детской больницей, более того, вообще построен с грубейшим нарушением противопожарных норм. Это как раз из-за отсутствия места. Любое очередное необходимое развитие и детской больницы, и других учреждений медгородка, неизбежно потребует пожертвовать очередными участками бора. - Больница – это корпусов 5? Сумма затрат – 12-13 миллиардов рублей? Это меньше общих затрат на конгресс-холл. - Точно меньше. Но дело прежде всего в том, что заниматься таким проектом изначально должны профессионалы. История рождения проекта детской хирургии (когда сперва его готовили почему-то в самом ЧОДКБ и только потом привлекли профессионалов) это доказывает. Если наши медики умеют лечить детей, это не значит, что они умеют проектировать здания. И это я еще не говорю о том, что Федеральное медико-биологическое агентство и «Гипроздравпроект» были просто не допущены к участию в конкурсе по обоснованию. Две самых профессиональных организации в России, между прочим. Сейчас в Челябинске конкурс по проектированию хирургического корпуса выиграла фирма, в которой есть всего два специалиста-проектировщика. Скажите, как два специалиста (к тому же не занимающиеся специализированно медучреждениями) могут спроектировать больницу мирового уровня качественно? Пора понять, что все-таки не «карманные» ребята должны выполнять такие проекты. Почему в том же Татарстане так много сделано? Потому что там профессионалы готовят обоснования и проекты. И получают поддержку населения. А затем эти проекты представляют в Москву для федерального финансирования. И если завтра та же Тюмень или Казань представят в Москву готовый проект по подобному объекту, Челябинск просто отодвинут. - Но все-таки по детской хирургии какая-то работа проводится. - Однако пока проекта нет, федерального финансирования нет. А вот конкурс уже провели. Представим, что задумку наших властей реализовали. Построили этот новый современный хирургический корпус, соответствующим всем стандартам. Но он же будет входить в один комплекс с убогой областной детской больницей. Уровень любой системы определяется ее слабым звеном. Чиновники не хотят об думать. - Если делать, то делать хорошо и в комплексе? - Именно. И отдельно хочу сказать, что если построят детскую хирургию в бору, то расстояние между новым корпусом и существующим будет метров 400. Нам говорят, что больных детей нельзя далеко возить. Надо, чтобы все было рядом. Чем быстрее, тем лучше. Так вот в этом случае быстрее и лучше не получится. Придется соединительный коридор вон какой длинный строить. Но это же не олимпийский стадион! - Если строить новую больницу в комплексе, то где? - Выбирать место под строительство опять-таки должны профессионалы. Вообще если есть политическая воля развивать детскую медицину, то это один вариант. Если такой политической воли нет, бессмысленно тыкать в то или иное место на карте. - Какова должна быть последовательность действий, чтобы проект был гарантированно реализован? Причем, с учетом мнения всех сторон. - Сейчас разрабатывается новый Генплан Челябинска. И место под детскую больницу должно быть в нем предусмотрено. Но для этого разработчики должны иметь задачу - найти место для детской больницы с учетом всех предъявляемых к ней требований. - Почему все-таки власти так отстаивают вариант с участком в сосновом бору под строительство детской хирургии? - Им это выгодно. Даст Москва деньги – хорошо. Не даст – тоже неплохо, напрягаться, изыскивать бюджетные возможности не надо, Москва будет виновата. Решение о месте строительства принималось на основе разработок малограмотных, и, как выяснилось, аффилированных с чиновниками проектировщиков. Приняли негодное решение и отступать теперь неловко. Кстати, эта возня уже два года продолжается, но сдвигов нет, а шансы на федеральное финансирование уменьшаются с каждым днем. - Что будет, если решение о строительстве в бору будет все же принято? - Оно властями уже принято, но, к счастью, не реализовано. Если корпус построят в бору, то во-первых, мы не получим современную детскую больницу. Во-вторых, будет уничтожено 4 с лишним гектара лучшего участка городского бора сейчас, и еще будут уничтожены десятки гектар в будущем. - Но нам же обещают превентивные высадки и дают гарантии, что больше ничего строиться не будет! - Какие могут быть гарантии, если больница должна развиваться? Да и кто же поверит гарантиям наших чиновников? Будет уничтожен естественный лес. А здесь речь о посадках, которые превратятся в лес лет через 50, если повезет. Кроме того, на территории бора и так посадки идут. - Как думаете, решение апелляционного суда устоит в вышестоящих судебных инстанциях? Удастся закрепить решение о незаконности постановления Заксобрания по поводу изменения границ соснового бора как особо охраняемой природной территории? - Я думаю, это несущественно. Здесь просто речь о неспособности юридически грамотно готовить документы. Заксобрание может нагадить при желании любым способом. Оно уже ликвидировало охранную зону бора, вывело из бора несколько десятков гектаров. Оно устраивает торговлю по включению «Монахов» в ООПТ. Это просто говорит о подходах власти. Фактически решение депутатов направлено против здоровья детей.