Шаг назад. И — два вперед? Мнение Дмитрия Моргулеса

Озвученное в Магнитогорске глубоким пятничным вечером решение Владимира Путина воспринимать как-то двояко на самом деле очень трудно. Если саммит — это встреча глав государств, то Челябинск саммиты потерял.

Многочисленные (как говорят) сопутствующие мероприятия — это, конечно, прекрасно, но больше напоминает программу соревнований по парусному спорту Московской олимпиады. Кто-нибудь помнит, где они прошли? А чемпионов тех игр? Вот и главы государств поедут в Санкт-Петербург. Точка.

Мне понятны попытки региональной медиапропаганды выдать хорошую мину. Тут вам и «большая лоббистская победа Алексея Текслера», и «саммиты все же пройдут в Челябинске. Хотя Питер и утащил часть мероприятий к себе», и даже «Теперь тройка столиц в России выглядит так: Москва — Санкт-Петербург — Челябинск». Это, в конце концов, работа этих людей, и они делают ее во всю силу своего таланта. Но от этого все вышеописанное не перестает быть лишь хорошей миной. При плохой игре. Так что слушать надо, но и фильтровать — не меньше.

Ровно так же я понимаю многочисленный «хор Ярославн», устроивший очередной плач по поводу «все пропало». Пессимизм челябинцев, и прежде всего интеллигенции, предпринимательства, медиасообщества, блогеров разных форматов, среднего класса... словом, тех, у кого чуть более высокие запросы, нежели у «простых людей», — штука, ставшая в последние годы такой же визитной карточкой города, как и хоккейный «Трактор». Без сомнений, люди имеют право на пессимизм, к тому же поводов для него в Челябинске хватало и хватает. Но и это слушать, конечно, надо, но и фильтровать — не меньше.

 Говоря же о средствах, которые будут либо сэкономлены городом из-за переноса саммита, либо все равно достанутся ему, несмотря на его перенос (а это миллиарды рублей), — само наличие этих средств штука хорошая. Но, во-первых, это как оценивать и как интерпретировать их величину.

На условные 5 млрд можно, с одной стороны, построить под десяток детских садов, или с пяток первоклассных больших школ, или пару больниц. Или отремонтировать в Челябинске раза в полтора больше дорог, чем планируется в этом году. Или реконструировать все скверы, парки и прочие общественные пространства в городе. В конце концов, это почти четыре годовых бюджета «Трактора». Или почти 15% бюджета всего Челябинска.

А с другой стороны, те же 5 млрд — это лишь процента три от объема бюджета Челябинской области. Почти уровень статпогрешности. Хотя, учитывая обязательства бюджета региона и современную межбюджетную политику в РФ, снова окажется, что эти деньги очень значимы. 

В конце концов, дело-то вовсе не в деньгах и их количестве. Главная проблема Челябинска второго десятилетия 21 века не наличие денег, а неспособность и даже нежелание действительно эффективно, качественно их тратить. 

 Причина простая — коррупция. В том или ином виде. 

Потому что «освоить» деньги, не глядя на реальную нужность объекта (вспомните хотя бы путепровод от улицы Каслинской, построенный рядом с мостом по Свердловскому проспекту, — много там машин ездит? И все равно ведь все потоки утыкаются в «бутылочное горлышко» возле лакокраски и цинкового), — это коррупция.

Потому что иногда отказаться от строительства одного объекта ради другого (например, от моста через реку Миасс от улицы Энгельса на улицу Краснознаменную ради моста за ТРК «Родник») — это тоже коррупция (потому что мост по Энгельса, конечно, лишил бы пробок улицу Труда, но увел бы основной поток автомобилей от ТРК «Родник», который в годы принятия решения принадлежал семье действующего на тот момент главы области).

Из более свежих примеров — покупка новых автобусов для муниципального общественного транспорта. Алексей Текслер заговорил о них еще в апреле. Но как выделять большие (более 700 млн рублей) областные ресурсы муниципальному предприятию, руководство которого находится под двумя «уголовками» (по статьям «Мошенничество в особо крупном размере» и «Злоупотребление полномочиями»), а само предприятие в очередной своей реинкарнации в очередной раз находится под угрозой банкротства? Вот и не купили до сих пор (на сайте госзакупок висят лишь два только что объявленных аукциона на 33 автобуса).

Перенос саммита — это, как ни крути, поражение. Болезненное. Поражение города, который оказался не способен подготовиться к крупному международному событию. Хотя имел, скажем так, все шансы. Этот перенос — объективная оценка того состояния (управленческого, морального, градостроительного, какого угодно), в котором оказался и город, весь регион и его власти. 

Можно и нужно ругать теперь уже бывшие власти во главе Борисом Дубровским, которые по большому счету не то что саммитами — собственно Челябинском не занимались последние лет пять. А то и десять — и к «магнитогорцам» можно добавить Михаила Юревича. Это как кто пожелает.

Но что дальше-то?

И вот тут на самом деле перенос саммитов дает властям города и региона очень хорошую возможность. Шанс. Даже так — ШАНС.

Словом, заложить базис на долгие годы. Это куда важнее любых саммитов. Будет город в порядке - никуда от него большие события не денутся.

Но передышка передышкой, а времени на самом деле сильно больше не стало. Так, в августе мэрия грозилась показать (ну, и быренько-быренько, еще этим составом гордумы принять) новый генплан. У многих есть смутные сомнения, что он адекватен как тому состоянию, в котором находится город, так и целям и задачам развития (хотя бы потому, что этих целей и задач вообще нет). 

Так что время не ждет. А потеря саммитов не «убьет» город. А вот сделать сильнее может. Ну, пока что хочется в это верить...