Ожившие фрески затопленного монастыря
Место паломничества русских царей
История монастыря на востоке Тверской земли берет свое начало в первой половине XV века. Обитель была основана Макарием Калязинским, пришедшим в эти места с семью монахами. Каменный собор, посвященный Святой Троице, и трапезная церковь построены в XVI веке. В период Великой Смуты в 1610 году монастырь был разграблен и сожжен, однако его быстро восстановили; возведена надвратная Макарьевская церковь, построена шатровая колокольня. В 1654 году на вклад царя Алексея Михайловича и старца Леонида (Высоцкого) Троицкий собор был вновь расписан. Монастырь посещали цари Иван Грозный, Борис Годунов, Михаил Федорович, Петр I, Екатерина Великая. Монастырский комплекс постоянно строился и расширялся вплоть до Октябрьской революции. В 1920-м году по всей стране массово закрывали храмы. Этой участи не избежал и Троице-Макарьев монастырь. В 1940-м настенные росписи монастыря могли быть утрачены: место, где он располагался, затопили после разрушения храмов, келий, монастырских стен при создании Угличского водохранилища. Многие монастырские ценности были спасены Калязинским краеведческим музеем, который организован в 1920 году после закрытия монастыря.
Сотрудники Академии архитектуры СССР под руководством реставратора П. И. Юкина совершили настоящий подвиг. В экстремальных условиях, при температуре, достигавшей -32 градусов, они сняли со стен Троицкого собора более 120 фрагментов стенописи (150 кв. м живописи). Часть фресок была отреставрирована специалистами Московской государственной художественно-промышленной академии им. С. Г. Строганова.
В Музее архитектуры им. А. В. Щусева 11 сентября открылась экспозиция, посвященная спасению росписей Троице-Макарьева монастыря. Кураторы проекта — Юлия Владимировна Ратомская и Зоя Валерьевна Золотницкая. Посетители выставки увидят фрески на ветхозаветные и новозаветные сюжеты, фрагменты цикла «Апокалипсис», изображения святых князей, а также дневник членов экспедиции и многие другие материалы.
Обыкновенное чудо: как спасали монастырские ценности
Юлия Ратомская рассказала diletant.media об истории монастыря и о том, как удалось сохранить уникальные фрески.
Среди экспонатов — возможные ктиторские прижизненные портреты царя Алексея Михайловича и царицы Марии Ильиничны. Это особый жанр, малознакомый широкому зрителю. Какими предстают Алексей Михайлович и Мария Ильинична?
Юлия Ратомская: Является ли они портретами, или это позднее представление о том, кто там изображен — большой вопрос. Дело в том, что эти персонажи являлись частью большой композиции, где среди молящихся святых находились царь и царица, однако подписи, сообщающие о том, кто эти персонажи, там нет, эти персонажи изображены с нимбами, с которыми изображались святые. В Троицком Макарьеве монастыре на протяжении столетий сохранялась традиция считать эти изображения портретами Алексея Михайловича и его жены. Является ли это правдой, или этой поздний домысел? Это научная проблема, мы над этим работаем.
Архитектурный ансамбль Троицкого Макарьева монастыря складывался в допетровское время. Какими характерными особенностями он отличался? Как менялся ансамбль со временем?
Юлия Ратомская: Одно из древнейших сооружений монастыря — Троицкий соборный храм, который сохранялся до зимы 1940 года, когда он был разрушен. Троицкий собор, созданный в 1521—1523 годах, отражал тенденции, характерные для этого периода. Тогда строились храмы, которые копировали черты Успенского собора Московского Кремля, построенного в 1475—1479 годах итальянским архитектором Аристотелем Фиораванти. Троицкий собор, также как Успенский, имел пятиглавие, полукруглые закомары. Лаконичный облик собора определял характер постройки. В интерьере не было хор, все пространство просматривалось, хотя в этом соборе не было круглых столбов, характерных для Успенского собора Московского Кремля.
В 20-е годы XVI века была построена Борисоглебская трапезная церковь. Она имела двухъярусное строение. Во втором ярусе, кроме храмового пространства, находилась обширная одностолпная трапезная. Восточный фасад Борисоглебской церкви сделали гладким, без полукруглых выступов апсид. Декор этого сооружения был очень скромным, деликатным.
В этот же период в XVI веке построена каменная келья настоятеля монастыря. В 1610 году архитектурный ансамбль Троицкого Макарьева монастыря сильно пострадал в результате нападения отряда польского шляхтича Александра Лисовского. Был устроен пожар, во время которого многие сооружения получили повреждения. Вскоре после изгнания поляков из этих земель начались восстановительные работы. В первой половине XVII века в монастыре сформировалась собственная бригада мастеров под руководством Аверкия Мокеева, которая занималась восстановлением собора, строительством новых сооружений. Эта бригада в 1648 году возвела монастырские стены с круглыми угловыми башнями. Монастырские стены завершались ласточкиными хвостами, как стены Московского Кремля.
XVII век был определяющим для истории монастырского ансамбля. Появились Святые ворота, надвратная церковь, посвященная Макарию Калязинскому. В 1650 году вместо деревянной была возведена шатровая колокольня. Серьезным изменениям сооружения монастыря подверглись и в XIX веке. В 1830 году была построена новая колокольня в стиле классицизм. Собор получил четырекхскатное покрытие, которое скрыло первоначальный вид храма. В стиле историзм были переделаны существовавшие кельи XVII-XIX веков.
Все эти сооружения дожили до 1917 года с небольшими изменениями.
Какие мастера работали над фресками?
Юлия Ратомская: Впервые храм был расписан в XVI веке, однако настенная живопись пострадала во время пожара в 1610 году. Новая стенопись была создана в 1654 году. В интерьере храма вдоль северо-западной и южной стен располагалась широкой полосой храмозданная надпись, сохранившая имена не только заказчиков, но и мастеров. 18 человек состояли в бригаде царских живописцев, прибывших из Москвы. Мастера, которыми руководил Семен Абрамов, ранее принимали участие в росписи главных кремлевских храмов — Успенского и Архангельского соборов. Эти художники работали в манере, характерной для 40-х — начала 50-х годов XVII века. Стилистически фрески очень близки росписям Успенского собора Московского Кремля.
Монастырь закрыли в 1920 году. Какой была судьба церковных ценностей? В 1920-м еще не осуществлялось такого масштабного изъятия ценностей, как двумя годами позже под предлогом борьбы с голодом?
Юлия Ратомская: Уже с 1918 года начали закрывать храмы, прежде всего, крупнейшие монастыри, которые в глазах идеологов того времени представляли не духовные ценности, а образы толстых феодалов, эксплуатировавших людей. Церковные ценности изымались. Мы должны быть благодарны тому, что после закрытия монастыря был организован Калязинский краеведческий музей, директором которого стал местный житель, знаток древностей Иван Федорович Никольский. Благодаря ему были сохранены рукописные книги XVI и XVII веков, некоторые иконы, облачения, даже мощи Макария Калязинского, что позволило после того, как в нашей стране изменилось отношение к православию, вернуть эти мощи церкви.
Зимой 1940 года реставраторы совершили настоящий подвиг, спасая фрески Троицкого собора. По какой технологии их извлекали и хранили, как удалось обеспечить их сохранность в мороз?
Юлия Ратомская: Так как прославившийся еще до 1917 года художник-реставратор Павел Иванович Юкин в советское время вынужден был заниматься подобного рода работой (он, например, принимал участие в демонтаже ряда фресок Новоспасского монастыря, работал еще в нескольких местах), он имел богатый опыт в этой области. Зимой 1940 года члены экспедиции по спасению калязинских росписей оказались в уникальной ситуации — они должны были снимать фрески в неотапливаемом полуразрушенном сооружении в мороз до 30 градусов. Павел Иванович Юкин придумал свою собственную методику — снятие живописи со стен «на мороз», описанную Тамарой Ивановной Гейдор — историком отечественной архитектуры, на протяжении многих лет являвшейся хранителем фресок в Музее архитектуры им. А. В. Щусева:
«Техника снятия заключалась в следующем. По периметру выбранной композиции пробивалась глубокая борозда шириной 6−8 см. Лицевая поверхность живописи заклеивалась несколькими слоями марли на растительных клеях и хорошо просушивалась. Затем узкими и тонкими ножами различной длины отделяли штукатурку от кладки, начиная снизу и с боков и равномерно вгоняя их деревянными молотками. Когда фреска оставалась висеть на узкой верхней неотделенной от стены полосе штукатурки, снаружи на лицевую сторону накладывали щит такого же размера, отделяли последнюю полосу штукатурки от стены и щит с живописью укладывали на пол. В данном случае, используя сильные морозы, П. И. Юкиным впервые был применен метод замораживания. Когда стена хорошо промерзала, всю поверхность живописи и борозды вокруг нее разогревали жаровнями с углями и быстро заклеивали двойным слоем марли, используя мучной клей. В тот момент, когда марля примерзала, но мороз еще не успевал сковать штукатурный слой с кладкой стены, производили его отделение. Снятая живопись с испода (тыльной стороны) укреплялась на паркетаж (деревянная решетка) несколькими слоями раствора алебастра с растительным клеем. И только после того, как основа приобретала достаточную жесткость, производилась расчистка лицевой поверхности», — говорится в статье Т. И. Гейдор «Судьба росписей Троицкого собора Троице-Макарьева монастыря города Калязина».
Юлия Ратомская: После первичной реставрации, которая последовала за монтажом росписей «на паркетаж», эти фрески можно было экспонировать. Было принято решение о проведении в 1940 году большой выставки, но она не состоялась в связи с началом Великой Отечественной войны.
Спустя многие годы спасенные фрески стали нуждаться в реставрации. В 1970-е годы в Строгановском училище художник-реставратор Владимир Прокофьевич Бурый разработал авторскую методику реставрации снятых со стен фрагментов с перенесением живописи на новую основу. Каждый раз, когда реставраторы обращаются к фрагментам, снятым со стен, на Реставрационном совете разрабатывается индивидуальная методика для каждого объекта.
Решается, как будет реставрироваться тот или иной объект, исходя из сохранности фрески и дефектов, которые живопись получила во время своей жизни в храме и после снятия со стен. Ученица Владимира Прокофьевича, его последователь художник-реставратор Наталья Леонидовна Борисова, под руководством которой сделана недавняя реставрация фрагментов калязинских росписей, сама реставрирует фрагменты стенного письма 1654 года и учит студентов-реставраторов, которым предстоит вскоре заниматься ответственным делом — сохранять древние росписи.
Экспозиция в Музее архитектуры им. А. В. Щусева посвящена Тамаре Ивановне Гейдор, которая была многолетним хранителем фресок Троицкого собора Троице-Макарьева монастыря.